77 цитат персонажа «Гумберт Гумберт» на каждый день

77 цитат персонажа «Гумберт Гумберт» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Задолго до нашей встречи у нас бывали одинаковые сны.

   Задолго до нашей встречи у нас бывали одинаковые сны.

   — Владимир Набоков · книга
2. «

   Мы любили преждевременной любовью, отличавшейся тем неистовством, которое так часто разбивает жизнь зрелых людей.

   Мы любили преждевременной любовью, отличавшейся тем неистовством, которое так часто разбивает жизнь зрелых людей.

   — Владимир Набоков · книга
3. «

   Она сказала: «Предлагаю похерить игру в поцелуи и пойти жрать».

   Она сказала: «Предлагаю похерить игру в поцелуи и пойти жрать».

   — Владимир Набоков · книга
4. «

   Мелодия, которую я слышал, состояла из голосов играющих детей, только из них. И тогда мне стало ясно, что пронзительный ужас состоит не в том, что Лолиты нет рядом со мной, а в том, что её голоса нет в этом хоре.

   Мелодия, которую я слышал, состояла из голосов играющих детей, только из них. И тогда мне стало ясно, что пронзительный ужас состоит не в том, что Лолиты нет рядом со мной, а в том, что её голоса нет в этом хоре.

   — Лолита (Lolita) · фильм
5. «

   «Неприличное» бывает зачастую равнозначаще «необычному».

   «Неприличное» бывает зачастую равнозначаще «необычному».

   — Владимир Набоков · книга
6. «

   Я опять рыдал, пьянея от невозможного прошлого.

   Я опять рыдал, пьянея от невозможного прошлого.

   — Владимир Набоков · книга
7. «

   Ибо нет на земле второго такого блаженства, как блаженство нежить нимфетку.

   Ибо нет на земле второго такого блаженства, как блаженство нежить нимфетку.

   — Владимир Набоков · книга
8. «

   Что за диковинная штука — жизнь! Мы норовим восстановить против себя как раз те силы рока, которые мы хотели бы задобрить.

   Что за диковинная штука — жизнь! Мы норовим восстановить против себя как раз те силы рока, которые мы хотели бы задобрить.

   — Владимир Набоков · книга
9. «

   День умирал, я уже катил по шоссе под мелким дождиком, и, как бы деятельно ни ездили два близнеца по смотровому стеклу, они не могли справиться с моими слезами.

   День умирал, я уже катил по шоссе под мелким дождиком, и, как бы деятельно ни ездили два близнеца по смотровому стеклу, они не могли справиться с моими слезами.

   — Владимир Набоков · книга
10. «

    Я же всегда выбирал нравственную гигиену невмешательства.

    Я же всегда выбирал нравственную гигиену невмешательства.

    — Владимир Набоков · книга
11. «

    О, дайте мне хоть разок посентиментальничать. Я так устал быть циником!

    О, дайте мне хоть разок посентиментальничать. Я так устал быть циником!

    — Владимир Набоков · книга
12. «

    Всегда есть наслаждение в кружевной вуали, сквозь которую глаза, знакомые только тебе, избраннику, мимоходом улыбаются тебе одному...

    Всегда есть наслаждение в кружевной вуали, сквозь которую глаза, знакомые только тебе, избраннику, мимоходом улыбаются тебе одному...

    — Владимир Набоков · книга
13. «

    Тот род жилья, в котором знаешь, что найдешь вместо душа клистирную кишку, натягиваемую на ванный кран.

    Тот род жилья, в котором знаешь, что найдешь вместо душа клистирную кишку, натягиваемую на ванный кран.

    — Владимир Набоков · книга
14. «

    Крылатые заседатели! Никакой загробной жизни не принимаю, если в ней не объявится Лолита в том виде, в каком она была тогда, на колорадском курорте...

    Крылатые заседатели! Никакой загробной жизни не принимаю, если в ней не объявится Лолита в том виде, в каком она была тогда, на колорадском курорте...

    — Владимир Набоков · книга
15. «

    Она была Ло. Просто Ло по утрам, ростом в пять футов и в одном носке. Она была Лола в штанах. Она была Доли в школе. Она была Долорес на пунктире бланков. Но в моих объятьях она была всегда Лолита. Свет моей жизни. Огонь моих чресел. Грех мой. Душа моя. Лолита.

    Она была Ло. Просто Ло по утрам, ростом в пять футов и в одном носке. Она была Лола в штанах. Она была Доли в школе. Она была Долорес на пунктире бланков. Но в моих объятьях она была всегда Лолита. Свет моей жизни. Огонь моих чресел. Грех мой. Душа моя. Лолита.

    — Лолита (Lolita) · фильм
16. «

    Мы бы предпочли никогда прежде не знать соседа — отставного торговца сосисками — если бы оказалось, что он только что выпустил сборник стихов, непревзойдённых никем в этом веке.

    Мы бы предпочли никогда прежде не знать соседа — отставного торговца сосисками — если бы оказалось, что он только что выпустил сборник стихов, непревзойдённых никем в этом веке.

    — Владимир Набоков · книга
17. «

    Это было состояние припадочной похотливости, которая бы льстила моему самолюбию, если бы не обостряла так мою ревность.

    Это было состояние припадочной похотливости, которая бы льстила моему самолюбию, если бы не обостряла так мою ревность.

    — Владимир Набоков · книга
18. «

    Но и красота тоже не служит критерием, между тем как вульгарность (или то хотя бы, что зовется вульгарностью в той или другой среде) не исключает непременно присутствия тех таинственных черт — той сказочно-странной грации, той неуловимой, переменчивой, душеубийственной, вкрадчивой прелести, — которые отличают нимфетку от сверстниц, несравненно более зависящих от пространственного мира единовременных явлений, чем от невесомого острова завороженного времени, где Лолита играет с ей подобными.

    Но и красота тоже не служит критерием, между тем как вульгарность (или то хотя бы, что зовется вульгарностью в той или другой среде) не исключает непременно присутствия тех таинственных черт — той сказочно-странной грации, той неуловимой, переменчивой, душеубийственной, вкрадчивой прелести, — которые отличают нимфетку от сверстниц, несравненно более зависящих от пространственного мира единовременных явлений, чем от невесомого острова завороженного времени, где Лолита играет с ей подобными.

    — Владимир Набоков · книга
19. «

    ...мы склонны наделять наших друзей той устойчивостью свойств и судьбы, которую приобретают литературные герои в уме у читателя.

    ...мы склонны наделять наших друзей той устойчивостью свойств и судьбы, которую приобретают литературные герои в уме у читателя.

    — Владимир Набоков · книга
20. «

    Как самодовольно дивился я тому, что она — моя, моя, моя...

    Как самодовольно дивился я тому, что она — моя, моя, моя...

    — Владимир Набоков · книга