13 фраз персонажа «Костоправ» — избранное

Ниже 13 цитат персонажа «Костоправ»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Ненавижу, когда враги становятся людьми. Не положено им этого.

   Ненавижу, когда враги становятся людьми. Не положено им этого.

   — Глен Кук · книга
2. «

   Религия — гость, который, однажды утром постучавшись в твою дверь, не уйдёт уже никогда. Она обладает сверхъестественной силой и толкает людей на совершенно нерациональные поступки.

   Религия — гость, который, однажды утром постучавшись в твою дверь, не уйдёт уже никогда. Она обладает сверхъестественной силой и толкает людей на совершенно нерациональные поступки.

   — Глен Кук · книга
3. «

   Зло всегда найдет щель, чтобы выбраться на свободу.

   Зло всегда найдет щель, чтобы выбраться на свободу.

   — Глен Кук · книга
4. «

   Отряд покидают только ногами вперед.

   Отряд покидают только ногами вперед.

   — Глен Кук · книга
5. «

   Наёмнику нет надобности понимать, что происходит. Достаточно с него золота, которым платят за службу. Именно это выдалбливали мне в голову с того момента, как я записался в Отряд. Нет правых и неправых, нет добрых и злых, а есть только наши и не наши. Воинская честь — понятие для внутреннего потребления, она существует только во взаимоотношениях между братьями.

   Наёмнику нет надобности понимать, что происходит. Достаточно с него золота, которым платят за службу. Именно это выдалбливали мне в голову с того момента, как я записался в Отряд. Нет правых и неправых, нет добрых и злых, а есть только наши и не наши. Воинская честь — понятие для внутреннего потребления, она существует только во взаимоотношениях между братьями.

   — Глен Кук · книга
6. «

   Мне было в радость учиться у неё, а она получила такое же удовольствие, обучая меня. Должно быть, это наполняло её ощущением собственной нужности.

   Мне было в радость учиться у неё, а она получила такое же удовольствие, обучая меня. Должно быть, это наполняло её ощущением собственной нужности.

   — Глен Кук · книга
7. «

   Я думаю, каждый из нас когда-нибудь находит человека, с которым он может быть совершенно честен, чье доброе мнение заменяет мнение всего мира. И это доброе мнение становится важнее всех подлых, скользких замыслов, алчности, похоти, самовозвеличения — всего, что мы творим втихаря, тем временем убеждая мир в том, что мы — всего лишь простые, душевные люди. Так вот, я был ее объектом честности, а она — моим. Одно лишь мы скрывали друг от друга — и только из-за боязни: а вдруг оно, будучи раскрытым, изменит все остальное и, быть может, вдребезги разобьет откровенность во всем остальном...

   Я думаю, каждый из нас когда-нибудь находит человека, с которым он может быть совершенно честен, чье доброе мнение заменяет мнение всего мира. И это доброе мнение становится важнее всех подлых, скользких замыслов, алчности, похоти, самовозвеличения — всего, что мы творим втихаря, тем временем убеждая мир в том, что мы — всего лишь простые, душевные люди. Так вот, я был ее объектом честности, а она — моим. Одно лишь мы скрывали друг от друга — и только из-за боязни: а вдруг оно, будучи раскрытым, изменит все остальное и, быть может, вдребезги разобьет откровенность во всем остальном...

   — Глен Кук · книга
8. «

   Я не говорил, что буду сидеть сложа руки. Только объяснил, что наши возможности более чем скромны. Ты же не потребуешь от мужика с перочинным ножом в руках вырубить лес и отсроить город. Для серьезного дела нужны серьёзные инструменты.

   Я не говорил, что буду сидеть сложа руки. Только объяснил, что наши возможности более чем скромны. Ты же не потребуешь от мужика с перочинным ножом в руках вырубить лес и отсроить город. Для серьезного дела нужны серьёзные инструменты.

   — Глен Кук · книга
9. «

   — Скажи, Костоправ, есть ли боги? Я никогда не верила в богов. — Не знаю, Госпожа. Я ещё не встречал осмысленной религии. Они обычно непоследовательны. Боги, судя по описаниям их поклонников, большей частью психопаты с манией величияи паранойей. Не знаю, как они живут со своей одержимостью. Возможно, впрочем, что люди просто неспособны правильно интерпретировать действия существа, безмерно их превосходящего. Может быть, каждая вера — то уродливый и грязный осколок истины. Может быть, и есть силы, лепящие наш мир. Но я никогда не мог понять, зачем богам в столь громадном мире волноваться из-за человеческих судеб или молитв.

   — Скажи, Костоправ, есть ли боги? Я никогда не верила в богов. — Не знаю, Госпожа. Я ещё не встречал осмысленной религии. Они обычно непоследовательны. Боги, судя по описаниям их поклонников, большей частью психопаты с манией величияи паранойей. Не знаю, как они живут со своей одержимостью. Возможно, впрочем, что люди просто неспособны правильно интерпретировать действия существа, безмерно их превосходящего. Может быть, каждая вера — то уродливый и грязный осколок истины. Может быть, и есть силы, лепящие наш мир. Но я никогда не мог понять, зачем богам в столь громадном мире волноваться из-за человеческих судеб или молитв.

   — Глен Кук · книга
10. «

    Сааляешь однажды дурака, и тебе этого нипочём не забудут.

    Сааляешь однажды дурака, и тебе этого нипочём не забудут.

    — Глен Кук · книга
11. «

    В первую очередь надо устроить оборону, даже если знаешь, что на что ммлт вокруг нет ни единого врага. Крышу над головой сооружают потом. Лучше промокнуть, чем лечь в землю.

    В первую очередь надо устроить оборону, даже если знаешь, что на что ммлт вокруг нет ни единого врага. Крышу над головой сооружают потом. Лучше промокнуть, чем лечь в землю.

    — Глек Кук · книга
12. «

    Толпа эволюционировала, у неё развилась нервная система. Если появятся ещё и мозги, то мы попадём в капкан революции.

    Толпа эволюционировала, у неё развилась нервная система. Если появятся ещё и мозги, то мы попадём в капкан революции.

    — Глек Кук · книга
13. «

    Передо мной лежал человек. Он опустился на самое дно, но потом пробил себе дорогу назад, к свету, и щаслужиа уважение. И теперь этот человек гораздо достойнее меня. Потому что, определив себе нравственные ориентиры, он держался из до конца, даже ценой собственно жизни. И часть своей вины — пусть и малую — он искупил.

    Передо мной лежал человек. Он опустился на самое дно, но потом пробил себе дорогу назад, к свету, и щаслужиа уважение. И теперь этот человек гораздо достойнее меня. Потому что, определив себе нравственные ориентиры, он держался из до конца, даже ценой собственно жизни. И часть своей вины — пусть и малую — он искупил.

    — Глен Кук · книга