45 лучших цитат персонажа «Максим»

Собрали 45 цитат персонажа «Максим» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Нет ничего хуже, чем старые школьные друзья! Старым школьным друзьям лучше оставаться в воспоминаниях, а не материализоваться из мыслей, не хлопать тебя по плечу небезупречно чистыми руками. Все эти ностальгические встречи только травмируют... наводят на мысль о возрасте, импотенции, лысине, болезни Альцгеймера и прочей бренности жизни.

   Нет ничего хуже, чем старые школьные друзья! Старым школьным друзьям лучше оставаться в воспоминаниях, а не материализоваться из мыслей, не хлопать тебя по плечу небезупречно чистыми руками. Все эти ностальгические встречи только травмируют... наводят на мысль о возрасте, импотенции, лысине, болезни Альцгеймера и прочей бренности жизни.

   — Елена Колина · книга
2. «

   — Я дегустирую. Порция вот двадцать грамм. Пятьдесят сортов. — Ну тогда ладно... Это же литр! — Любопытно. Не распробовал.

   — Я дегустирую. Порция вот двадцать грамм. Пятьдесят сортов. — Ну тогда ладно... Это же литр! — Любопытно. Не распробовал.

   — Максим · фильм
3. «

   Люди говорят на смеси русского и английского либо из желания показать, какие они иностранцы, либо если у них беден родной язык.

   Люди говорят на смеси русского и английского либо из желания показать, какие они иностранцы, либо если у них беден родной язык.

   — Елена Колина · книга
4. «

   Воистину, шаурма – это суши для бедных. Быстро, сытно и недорого.

   Воистину, шаурма – это суши для бедных. Быстро, сытно и недорого.

   — Сергей Минаев · книга
5. «

   Тунеядец ты, Билл [коту]. Матроскин в твои годы корову имел, а ты всё халявишь.

   Тунеядец ты, Билл [коту]. Матроскин в твои годы корову имел, а ты всё халявишь.

   — На игре · фильм
6. «

   Голос жены был уверенный. Голос был обвиняющий. Голос был страдающий.

   Голос жены был уверенный. Голос был обвиняющий. Голос был страдающий.

   — Сергей Лукьяненко · книга
7. «

   Я долго смотрел, как тлели угли костра: сначала яркий и большой, уголь понемногу становился меньше, покрывался пеплом и исчезал под ним. И скоро от костра не осталось ничего, кроме теплого запаха. Я смотрел и думал: «Так и все мы... Хоть бы разгореться ярче!»

   Я долго смотрел, как тлели угли костра: сначала яркий и большой, уголь понемногу становился меньше, покрывался пеплом и исчезал под ним. И скоро от костра не осталось ничего, кроме теплого запаха. Я смотрел и думал: «Так и все мы... Хоть бы разгореться ярче!»

   — Максим Горький · книга
8. «

   — А ты почему спросил? — Подумал, вдруг ты это тогда так просто сказала? Ну чтоб базу подвести под... это вот все. — Макс широким жестом обволокла кровать, где они лежали. — Конечно, не просто так! Я вообще редко что-то просто так говорю. — В самом деле? — Макс приподнял одну бровь. — А мне почему-то казалось, что ты болтушка. — И что? Мне просто есть, что сказать. И не всегда получается промолчать, когда нужно. Но это не значит, что я только глупости говорю или то, чего вовсе не думаю.

   — А ты почему спросил? — Подумал, вдруг ты это тогда так просто сказала? Ну чтоб базу подвести под... это вот все. — Макс широким жестом обволокла кровать, где они лежали. — Конечно, не просто так! Я вообще редко что-то просто так говорю. — В самом деле? — Макс приподнял одну бровь. — А мне почему-то казалось, что ты болтушка. — И что? Мне просто есть, что сказать. И не всегда получается промолчать, когда нужно. Но это не значит, что я только глупости говорю или то, чего вовсе не думаю.

   — Ольга Фикс · книга
9. «

   Я обычно люблю, когда дети галдят, но сегодня раздражало и это. Кольке уже девять, взрослый парень, но продолжает себя вести, будто ему пять: ходит за мной хвостом и постоянно требует внимания.

   Я обычно люблю, когда дети галдят, но сегодня раздражало и это. Кольке уже девять, взрослый парень, но продолжает себя вести, будто ему пять: ходит за мной хвостом и постоянно требует внимания.

   — Олег Рой · книга
10. «

    — Это тебе... — Что это?! ... Я здесь очень красивая. — В жизни ты гораздо лучше! — Максим Москвин «Девушке моей мечты», январь 2000... Но ты же тогда не знал меня... ?! — Я ждал тебя всю жизнь!...

    — Это тебе... — Что это?! ... Я здесь очень красивая. — В жизни ты гораздо лучше! — Максим Москвин «Девушке моей мечты», январь 2000... Но ты же тогда не знал меня... ?! — Я ждал тебя всю жизнь!...

    — Максим · фильм
11. «

    Все мы в юности наполнили себя, как ведро водой, модными цитатами, стихами и всю свою жизнь собирались встать на стул и прочитать миру стихотворение в надежде, что мир будет рукоплескать нашей элитарности, интеллектуальности и прочей «ности»... На самом деле для правильной, нестыдной интеллектуальности нужны деньги. И чтобы перестать быть человеком из стада, нужны всего лишь деньги.

    Все мы в юности наполнили себя, как ведро водой, модными цитатами, стихами и всю свою жизнь собирались встать на стул и прочитать миру стихотворение в надежде, что мир будет рукоплескать нашей элитарности, интеллектуальности и прочей «ности»... На самом деле для правильной, нестыдной интеллектуальности нужны деньги. И чтобы перестать быть человеком из стада, нужны всего лишь деньги.

    — Елена Колина · книга
12. «

    Но в первую очередь всё-таки мы люди, это важнее всего. Именно этот вывод и есть главный результат эксперимента под названием Жизнь. Какими бы возможностями мы ни обладали, как бы далеко не залезли в глубины Бессознательного, в первую очередь мы – просто люди. И это дает нам совсем не волшебные, но огромные силы. Держаться вместе, любить и дружить, понимать и направлять друг друга, помогать и оберегать. Мы справимся! Все вместе.

    Но в первую очередь всё-таки мы люди, это важнее всего. Именно этот вывод и есть главный результат эксперимента под названием Жизнь. Какими бы возможностями мы ни обладали, как бы далеко не залезли в глубины Бессознательного, в первую очередь мы – просто люди. И это дает нам совсем не волшебные, но огромные силы. Держаться вместе, любить и дружить, понимать и направлять друг друга, помогать и оберегать. Мы справимся! Все вместе.
13. «

    — Есть вещи, которые имеют значение, — резюмирует мой Иерофант, тормозя у очередного светофора. – Их, честно говоря, очень мало. И есть вещи, которые никакого значения не имеют. Их великое множество. Мне бы не хотелось, чтобы мы с тобой тратили драгоценное время своей жизни, обсуждая или, хуже того, мучительно обдумывая последние.

    — Есть вещи, которые имеют значение, — резюмирует мой Иерофант, тормозя у очередного светофора. – Их, честно говоря, очень мало. И есть вещи, которые никакого значения не имеют. Их великое множество. Мне бы не хотелось, чтобы мы с тобой тратили драгоценное время своей жизни, обсуждая или, хуже того, мучительно обдумывая последние.

    — Макс Фрай · книга
14. «

    Если город железной челюстью тебя прикусил, И бежать по этому кругу уже не хватает сил, Посмотри на глобус, страна велика. Садись в самолет, поезд, автобус, Рукой помаши: «Пока»!

    Если город железной челюстью тебя прикусил, И бежать по этому кругу уже не хватает сил, Посмотри на глобус, страна велика. Садись в самолет, поезд, автобус, Рукой помаши: «Пока»!
15. «

    — Вот это реальный приз. — Тебе Кличко в реале вырубить надо, чтобы такой приз с тобой здороваться начал.

    — Вот это реальный приз. — Тебе Кличко в реале вырубить надо, чтобы такой приз с тобой здороваться начал.

    — Максим · фильм
16. «

    В целом люди прекрасны, одеты по моде, основная их масса живет на свободе...

    В целом люди прекрасны, одеты по моде, основная их масса живет на свободе...

    — Елена Колина · книга
17. «

    Измена — это уж точно такой грех, который себе позволяют все.

    Измена — это уж точно такой грех, который себе позволяют все.

    — Елена Колина · книга
18. «

    — Слава, ты с кем хочешь жить? — С Жанной Фриске. — В общем будешь жить с Максимом. — Не лучший вариант.

    — Слава, ты с кем хочешь жить? — С Жанной Фриске. — В общем будешь жить с Максимом. — Не лучший вариант.

    — Аня · фильм
19. «

    Сколько усилий предпринимают люди, чтобы притупить своё восприятие, неужели это для тебя новость? Одни изо дня в день пьют пиво, другие раскладывают электронные пасьянсы, третьи мусолят романы, четвертых от телевизоров за ноги не оттащишь… Собственно, все эти ухищрения не обязательны. Достаточно поменьше спать и побольше жрать, это тоже отлично работает… А потом удивляются: отчего в юности счастье и муку ломтями резали, а нынче тонким слоем мазать приходится на хлеб насущный? Куда ушла острота ощущений? Почему сердце больше не рвётся на части по всякому пустяковому поводу? И одни вздыхают покорно: «Старею», другие радуются: «Мудрее становлюсь, обретаю власть над эмоциями». А самые лучшие понимают, что уже положены живьем во гроб, терять почти нечего, и идут вразнос, тело своё в первый попавшийся костёр на растопку кинуть готовы, лишь бы обрести хоть на миг растраченное по пустякам сокровище… Другое дело, что оно не утрачено. Лежит себе в подвале – только отыщи да пыль смахни. Но это, как ни странно, труднее всего. Сгореть много, много проще.

    Сколько усилий предпринимают люди, чтобы притупить своё восприятие, неужели это для тебя новость? Одни изо дня в день пьют пиво, другие раскладывают электронные пасьянсы, третьи мусолят романы, четвертых от телевизоров за ноги не оттащишь… Собственно, все эти ухищрения не обязательны. Достаточно поменьше спать и побольше жрать, это тоже отлично работает… А потом удивляются: отчего в юности счастье и муку ломтями резали, а нынче тонким слоем мазать приходится на хлеб насущный? Куда ушла острота ощущений? Почему сердце больше не рвётся на части по всякому пустяковому поводу? И одни вздыхают покорно: «Старею», другие радуются: «Мудрее становлюсь, обретаю власть над эмоциями». А самые лучшие понимают, что уже положены живьем во гроб, терять почти нечего, и идут вразнос, тело своё в первый попавшийся костёр на растопку кинуть готовы, лишь бы обрести хоть на миг растраченное по пустякам сокровище… Другое дело, что оно не утрачено. Лежит себе в подвале – только отыщи да пыль смахни. Но это, как ни странно, труднее всего. Сгореть много, много проще.

    — Макс Фрай · книга
20. «

    — Выступаем обязательно. Там собирается весь генералитет округа. — Я думаю так. Подберёмся к части ползком, снимаем часовых и незаметно выступаем. Слушай, а с воздуха нас прикрывают морально чайки. А! А! — Мне всегда нравились остроумные мужчины. — Да, мне тоже. В смысле, я имею в виду... Так, не надо смеяться...

    — Выступаем обязательно. Там собирается весь генералитет округа. — Я думаю так. Подберёмся к части ползком, снимаем часовых и незаметно выступаем. Слушай, а с воздуха нас прикрывают морально чайки. А! А! — Мне всегда нравились остроумные мужчины. — Да, мне тоже. В смысле, я имею в виду... Так, не надо смеяться...

    — Вика · фильм