28 цитат персонажа «Нора», ставших крылатыми

28 цитат персонажа «Нора» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Он посмотрел на меня с такой уверенностью и доверием, что практически разбило мое сердце.

   Он посмотрел на меня с такой уверенностью и доверием, что практически разбило мое сердце.

   — Бекка Фитцпатрик · книга
2. «

   Дорогой Кевин, мне нужно попрощаться с кем-то кто мне дорог, и кто еще здесь. Поэтому я прощаюсь с тобой. Мне было хорошо с тобой, Кевин. Когда мы были вместе, я иногда вспоминала, кем я была до того, как все изменилось, но я претворялась, делая вид что я ничего не потеряла. Хочется верить, что все может быть как раньше. Хочется верить что, я не стою среди заброшенных руин мертвой цивилизации. Хочется верить, что еще возможно достучаться до людей. Но это слишком тяжело. Тяжело потому, что я струсила. И не смогла стерпеть эту боль. Снова. Знаю, что так не честно Кевин. Ты тоже многое потерял. Но ты сильный. Ты еще здесь. Но мне уже здесь места нет. Я пыталась оправиться, Кевин. Я не хотела боли и пошла простым путем. И он привел меня домой. И знаешь, что я нашла дома? Я нашла их, Кевин, там где, оставила. Там, где они оставили меня. Я приняла правду лишь через три года. Но прошлое не вернуть и не исправить. Мне уже не помочь. Как может быть и всем нам. Я не могу так больше жить, Кевин. А умереть не хватает решимости. Но мне нужно к чему-то двигаться. К чему угодно. Не знаю, куда я еду. Просто прочь отсюда. От этого всего. Хочу туда, где никто не знает, что со мной случилось. Но я боюсь их забыть. И я не хочу забывать их. Не могу. Они были моей семьей. Думаю, я любила тебя, Кевин. Может, и ты меня. Жаль, что все это приходится писать на бумаге. Жаль, что не могу тебя увидеть и поблагодарить. И сказать, как много ты для меня значишь. Просто не могу. Я же говорю. Я трусиха. Так что пожелай мне удачи. Мне она пригодится. С любовью, Нора.

   Дорогой Кевин, мне нужно попрощаться с кем-то кто мне дорог, и кто еще здесь. Поэтому я прощаюсь с тобой. Мне было хорошо с тобой, Кевин. Когда мы были вместе, я иногда вспоминала, кем я была до того, как все изменилось, но я претворялась, делая вид что я ничего не потеряла. Хочется верить, что все может быть как раньше. Хочется верить что, я не стою среди заброшенных руин мертвой цивилизации. Хочется верить, что еще возможно достучаться до людей. Но это слишком тяжело. Тяжело потому, что я струсила. И не смогла стерпеть эту боль. Снова. Знаю, что так не честно Кевин. Ты тоже многое потерял. Но ты сильный. Ты еще здесь. Но мне уже здесь места нет. Я пыталась оправиться, Кевин. Я не хотела боли и пошла простым путем. И он привел меня домой. И знаешь, что я нашла дома? Я нашла их, Кевин, там где, оставила. Там, где они оставили меня. Я приняла правду лишь через три года. Но прошлое не вернуть и не исправить. Мне уже не помочь. Как может быть и всем нам. Я не могу так больше жить, Кевин. А умереть не хватает решимости. Но мне нужно к чему-то двигаться. К чему угодно. Не знаю, куда я еду. Просто прочь отсюда. От этого всего. Хочу туда, где никто не знает, что со мной случилось. Но я боюсь их забыть. И я не хочу забывать их. Не могу. Они были моей семьей. Думаю, я любила тебя, Кевин. Может, и ты меня. Жаль, что все это приходится писать на бумаге. Жаль, что не могу тебя увидеть и поблагодарить. И сказать, как много ты для меня значишь. Просто не могу. Я же говорю. Я трусиха. Так что пожелай мне удачи. Мне она пригодится. С любовью, Нора.
3. «

   Он может осмелиться на всё, на что он пожелает осмелиться.

   Он может осмелиться на всё, на что он пожелает осмелиться.

   — Джулия Гарвуд · книга
4. «

   В непосредственной близости от него меня разрывали два полярных желания. Одна часть меня хотела бежать прочь от него с криком «Пожар!» А другая, сумасшедшая, хотела посмотреть, как близко я сумею подобраться...не обжегшись.

   В непосредственной близости от него меня разрывали два полярных желания. Одна часть меня хотела бежать прочь от него с криком «Пожар!» А другая, сумасшедшая, хотела посмотреть, как близко я сумею подобраться...не обжегшись.

   — Бекка Фитцпатрик · книга
5. «

   Я официально влюблена в твои простыни.

   Я официально влюблена в твои простыни.

   — Бекка Фитцпатрик · книга
6. «

   — И это еще нужно говорить тебе? Или у тебя нет обязанностей перед твоим мужем и перед твоими детьми? — У меня есть и другие, столь же священные. — Нет у тебя таких! Какие это? — Обязанности перед самой собою. — Ты прежде всего жена и мать. — Я в это больше не верю. Я думаю, что прежде всего я человек, так же как и ты, или, по крайней мере, должна постараться стать человеком.

   — И это еще нужно говорить тебе? Или у тебя нет обязанностей перед твоим мужем и перед твоими детьми? — У меня есть и другие, столь же священные. — Нет у тебя таких! Какие это? — Обязанности перед самой собою. — Ты прежде всего жена и мать. — Я в это больше не верю. Я думаю, что прежде всего я человек, так же как и ты, или, по крайней мере, должна постараться стать человеком.

   — Генрик Ибсен · книга
7. «

   — Ты представь себе только, как человеку с таким пятном на совести приходится лгать, изворачиваться, притворяться перед всеми, носить маску, даже перед своими близкими, даже перед женой и собственными детьми. И вот насчет детей — это всего хуже, Нора. — Почему? — Потому что отравленная ложью атмосфера заражает, разлагает всю домашнюю жизнь. Дети с каждым глотком воздуха воспринимают зародыши зла. — Ты уверен в этом? — Ах, милая, я достаточно в этом убеждался в течение своей адвокатской практики. Почти все рано сбившиеся с пути люди имели лживых матерей.

   — Ты представь себе только, как человеку с таким пятном на совести приходится лгать, изворачиваться, притворяться перед всеми, носить маску, даже перед своими близкими, даже перед женой и собственными детьми. И вот насчет детей — это всего хуже, Нора. — Почему? — Потому что отравленная ложью атмосфера заражает, разлагает всю домашнюю жизнь. Дети с каждым глотком воздуха воспринимают зародыши зла. — Ты уверен в этом? — Ах, милая, я достаточно в этом убеждался в течение своей адвокатской практики. Почти все рано сбившиеся с пути люди имели лживых матерей.

   — Генрик Ибсен · книга
8. «

   Некоторых людей любишь больше всего на свете, а с другими как-то больше всего хочется бывать.

   Некоторых людей любишь больше всего на свете, а с другими как-то больше всего хочется бывать.

   — Генрик Ибсен · книга
9. «

   Меня поили, кормили, одевали, а мое дело было развлекать, забавлять тебя, Торвальд. Вот в чем проходила моя жизнь. Ты так устроил. Ты и папа много виноваты передо мной. Ваша вина, что из меня ничего не вышло.

   Меня поили, кормили, одевали, а мое дело было развлекать, забавлять тебя, Торвальд. Вот в чем проходила моя жизнь. Ты так устроил. Ты и папа много виноваты передо мной. Ваша вина, что из меня ничего не вышло.

   — Генрик Ибсен · книга
10. «

    Ненавижу – пустой, незначительный глагол. Ненависть не просто обволакивает душу, но замещает её.

    Ненавижу – пустой, незначительный глагол. Ненависть не просто обволакивает душу, но замещает её.

    — Дэвид Митчелл · книга
11. «

    — Мы можем обжираться, пьянствовать, нюхать кокаин и трахаться! При этом мы не толстеем и не беременеем!

    — Мы можем обжираться, пьянствовать, нюхать кокаин и трахаться! При этом мы не толстеем и не беременеем!

    — Вкус ночи (Wir sind die Nacht) · фильм
12. «

    — Вот. Вам цветы. — Зачем? — От меня Вам. — Спасибо, не надо. — Почему? — В очереди за хлебом не стоят с цветами. — А я могу Вам без очереди взять. — Давид Маркович, это глупо, я же Вам все сказала, а Вы настаиваете, зачем? — Вот что, Нора, вот Вам букет, и хотите — метите им улицу. Вечером жду Вас перед оперным театром. Будем оперу слушать. Всё!

    — Вот. Вам цветы. — Зачем? — От меня Вам. — Спасибо, не надо. — Почему? — В очереди за хлебом не стоят с цветами. — А я могу Вам без очереди взять. — Давид Маркович, это глупо, я же Вам все сказала, а Вы настаиваете, зачем? — Вот что, Нора, вот Вам букет, и хотите — метите им улицу. Вечером жду Вас перед оперным театром. Будем оперу слушать. Всё!

    — Давид Маркович Гоцман · сериал
13. «

    Вы никогда меня не любили. Вам только нравилось быть в меня влюбленными.

    Вы никогда меня не любили. Вам только нравилось быть в меня влюбленными.

    — Генрик Ибсен · книга
14. «

    Каждый раз, приходя в их квартиру, я надеялась, что застану его дома. А когда его не оказывалось, меня охватывала болезненная тоска. Вот тогда я и поняла, что попала.

    Каждый раз, приходя в их квартиру, я надеялась, что застану его дома. А когда его не оказывалось, меня охватывала болезненная тоска. Вот тогда я и поняла, что попала.

    — Анна Тодд · книга
15. «

    Его обещание оставаться рядом со мной было таким же надежным, как клятва. Он был частью меня, а я — частью него. Он бы сделал что угодно — все — чтобы удержать меня здесь, рядом с ним.

    Его обещание оставаться рядом со мной было таким же надежным, как клятва. Он был частью меня, а я — частью него. Он бы сделал что угодно — все — чтобы удержать меня здесь, рядом с ним.

    — Бекка Фитцпатрик · книга
16. «

    — Нора… Вы одно скажите... Фима вам… только друг, ну или... не только? — Только… И вы, Давид, мне тоже будете — тоже только друг… — Шо, не нравлюсь? — Нравитесь, но это ничего не меняет. Вы, Давид… — Ша, Нора! Я и без второго слова все понимаю.

    — Нора… Вы одно скажите... Фима вам… только друг, ну или... не только? — Только… И вы, Давид, мне тоже будете — тоже только друг… — Шо, не нравлюсь? — Нравитесь, но это ничего не меняет. Вы, Давид… — Ша, Нора! Я и без второго слова все понимаю.

    — Давид Маркович Гоцман · сериал
17. «

    — Значит, я дура? — Нет, ты просто яркая. Такая яркая, что по тебе плачет психиатрическая лечебница.

    — Значит, я дура? — Нет, ты просто яркая. Такая яркая, что по тебе плачет психиатрическая лечебница.

    — Линнет Скаво · сериал
18. «

    Он божественно улыбнулся. От такой улыбки учащается пульс. Во всяком случае, мой участился.

    Он божественно улыбнулся. От такой улыбки учащается пульс. Во всяком случае, мой участился.

    — Бекка Фитцпатрик · книга
19. «

    — Если я так плох в качестве опекуна, как насчёт того, чтобы стать моим любовником? Моя жена крайне толерантна в этих вопросах, — сказал 22-летний герцог Кашбарн. — Ты серьёзно?! Ты самый большой придурок, раз реально предлагаешь такое! Ладушки, я посещу твою комнату позже, будь готов! — отвечает молодой граф Рейден. — Э! Нечестно. Я тоже хочу в комнату к старшему братику, — говорит высококлассный убийца и добавляет, обращаясь к герцогу: — Знаешь, я просто «высший класс» в этом плане! — Лорд Кашбарн, прекратите дурачиться! Не надо играть с графом в такие игры! — воскликнул Трейс. — И ты, Руарк, только масла в огонь подливаешь! — обратился друг герцога к убийце. А на кровати в это время... — Лорд Кашбарн, похоже, и правда развлекается, — весело вставила свои копейки законная жена герцога. — Думаю, я, пожалуй, лучше стану вашей любовницей, госпожа, — как бы между прочим сказала Нора, нынешняя любовница Кашбарна, — ибо тут очень много соперников. Или это ваш план, чтобы остаться в одиночестве?..

    — Если я так плох в качестве опекуна, как насчёт того, чтобы стать моим любовником? Моя жена крайне толерантна в этих вопросах, — сказал 22-летний герцог Кашбарн. — Ты серьёзно?! Ты самый большой придурок, раз реально предлагаешь такое! Ладушки, я посещу твою комнату позже, будь готов! — отвечает молодой граф Рейден. — Э! Нечестно. Я тоже хочу в комнату к старшему братику, — говорит высококлассный убийца и добавляет, обращаясь к герцогу: — Знаешь, я просто «высший класс» в этом плане! — Лорд Кашбарн, прекратите дурачиться! Не надо играть с графом в такие игры! — воскликнул Трейс. — И ты, Руарк, только масла в огонь подливаешь! — обратился друг герцога к убийце. А на кровати в это время... — Лорд Кашбарн, похоже, и правда развлекается, — весело вставила свои копейки законная жена герцога. — Думаю, я, пожалуй, лучше стану вашей любовницей, госпожа, — как бы между прочим сказала Нора, нынешняя любовница Кашбарна, — ибо тут очень много соперников. Или это ваш план, чтобы остаться в одиночестве?..

    — Алисия
20. «

    — Меня все ненавидят. Кроме тебя. Мне показалось, будто она повесила мне на плечи рюкзак такой тяжести, что я едва не упала под его весом. Как в тот раз, когда папа, Антон и я собрались в горы и папа решил, что я сама должна нести свои вещи. Слишком тяжело. Это выше моих сил.

    — Меня все ненавидят. Кроме тебя. Мне показалось, будто она повесила мне на плечи рюкзак такой тяжести, что я едва не упала под его весом. Как в тот раз, когда папа, Антон и я собрались в горы и папа решил, что я сама должна нести свои вещи. Слишком тяжело. Это выше моих сил.

    — Анника Тор · книга