Подборка персонажа: 37 цитат — «Олег»

Собрали 37 цитат персонажа «Олег» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   У меня хорошая человеческая мечта — найти пулемёт с ящиком патронов.

   У меня хорошая человеческая мечта — найти пулемёт с ящиком патронов.

   — Артём Каменистый · книга
2. «

   Риск здорово, когда рискую не я...

   Риск здорово, когда рискую не я...

   — Юрий Никитин · книга
3. «

   Мне в туалет приспичило, там яйца на плите. Их три минуты варить, а у меня пятиминутное свидание с рекламой купальников в журнале «Спорт».

   Мне в туалет приспичило, там яйца на плите. Их три минуты варить, а у меня пятиминутное свидание с рекламой купальников в журнале «Спорт».
4. «

   Один дурак изрёк, сто других повторяют. Мир меняется, в прошлом не было ни таких религий, ни таких передвижений племён и народов. Так что старые решения непригодны. Знания прошлого не дает познать будущее, скорее мешает...

   Один дурак изрёк, сто других повторяют. Мир меняется, в прошлом не было ни таких религий, ни таких передвижений племён и народов. Так что старые решения непригодны. Знания прошлого не дает познать будущее, скорее мешает...

   — Юрий Никитин · книга
5. «

   Опять прав тот, у кого больше силы. Конечно, ты будешь творить только добро, а зло — так мимоходом, лес рубят — щепки летят. Да и что обращать внимание на людишек, когда заботишься для всего белого света?

   Опять прав тот, у кого больше силы. Конечно, ты будешь творить только добро, а зло — так мимоходом, лес рубят — щепки летят. Да и что обращать внимание на людишек, когда заботишься для всего белого света?

   — Юрий Никитин · книга
6. «

   — Он вот-вот пригласит меня на свидание. Спрашивал, далеко ли я живу, во сколько заканчиваю. — Если мужчина ждет, пока ты кончишь, держись за него.

   — Он вот-вот пригласит меня на свидание. Спрашивал, далеко ли я живу, во сколько заканчиваю. — Если мужчина ждет, пока ты кончишь, держись за него.

   — Кэролайн Чэннинг · сериал
7. «

   Олень оказался слишком пугливым, при виде путников, он грациозно перепрыгнул через ручей и скрылся в лесу, не потревожив при этом и веточки. — Что это? — испуганно воскликнула Аня, из-за спины парня не успевшая рассмотреть животное. — Проглотун Пржевальского. Занесен в «Красную Книгу», их осталось пять штук на всю планету. Тебе сколько лет? — Шестнадцать. — Плохо дело, — притворно вздохнул Олег. — Он питается девушками не старше двадцати лет, так что ты ему подходишь. — Я серьезно спрашивала, – обиженно воскликнула Аня. — Обычный олень, причем не северный, а благородный. — А они разве отличаются? — Конечно! У северного на три ноги больше.

   Олень оказался слишком пугливым, при виде путников, он грациозно перепрыгнул через ручей и скрылся в лесу, не потревожив при этом и веточки. — Что это? — испуганно воскликнула Аня, из-за спины парня не успевшая рассмотреть животное. — Проглотун Пржевальского. Занесен в «Красную Книгу», их осталось пять штук на всю планету. Тебе сколько лет? — Шестнадцать. — Плохо дело, — притворно вздохнул Олег. — Он питается девушками не старше двадцати лет, так что ты ему подходишь. — Я серьезно спрашивала, – обиженно воскликнула Аня. — Обычный олень, причем не северный, а благородный. — А они разве отличаются? — Конечно! У северного на три ноги больше.

   — Артём Каменистый · книга
8. «

   Аня покачала головой: — Раз уж ты такой великий лесной человек, то мог бы попробовать развести огонь первобытными средствами. — Милая барышня, кроме спичек и зажигалки, я умею пользоваться только огнеметом. Всякие трущиеся палочки и куски кремня не внушают мне доверия. Боюсь, что с их помощью, мне и до старости костер не разжечь. Можно попробовать стукнуть тебя по лбу, говорят, что после этого из глаз вылетают искры, но думаю, ты на этот эксперимент не согласишься.

   Аня покачала головой: — Раз уж ты такой великий лесной человек, то мог бы попробовать развести огонь первобытными средствами. — Милая барышня, кроме спичек и зажигалки, я умею пользоваться только огнеметом. Всякие трущиеся палочки и куски кремня не внушают мне доверия. Боюсь, что с их помощью, мне и до старости костер не разжечь. Можно попробовать стукнуть тебя по лбу, говорят, что после этого из глаз вылетают искры, но думаю, ты на этот эксперимент не согласишься.

   — Артём Каменистый · книга
9. «

   Мужчины влюбляются в идею как в женщину и в женщину как в идею. — пробурчал он скептически, зажигая сигару. — Что за женщина эта Вера? Почему она так умело кружит людям голову? Ну это не женщина, это какое-то яблоко раздора. Нет. Как раз не она кружит, а без нее начинает кружиться голова, будто бы ее некуда преклонить. Что я буду делать? Я думал, она хочет спать, а ей ничего не надо. Ей, видите ли, нужны страдания. И что она нашла в этих страданиях? Себя. В страданиях мы часто находим себя, такими, какие мы есть на самом деле...

   Мужчины влюбляются в идею как в женщину и в женщину как в идею. — пробурчал он скептически, зажигая сигару. — Что за женщина эта Вера? Почему она так умело кружит людям голову? Ну это не женщина, это какое-то яблоко раздора. Нет. Как раз не она кружит, а без нее начинает кружиться голова, будто бы ее некуда преклонить. Что я буду делать? Я думал, она хочет спать, а ей ничего не надо. Ей, видите ли, нужны страдания. И что она нашла в этих страданиях? Себя. В страданиях мы часто находим себя, такими, какие мы есть на самом деле...

   — Михаил Литвенник · книга
10. «

    Мы выросли с тобой в одном дворе, одни книги читали. Но прожили то разное!..

    Мы выросли с тобой в одном дворе, одни книги читали. Но прожили то разное!..

    — Мне не больно · фильм
11. «

    — Я отдал миллионы демократическому движению. — В России нет демократии. Можешь давать сколько хочешь.

    — Я отдал миллионы демократическому движению. — В России нет демократии. Можешь давать сколько хочешь.

    — Олег · сериал
12. «

    — Боги создали мир таким. — Боромир рек, что боги погодя ужаснулись содеянному.

    — Боги создали мир таким. — Боромир рек, что боги погодя ужаснулись содеянному.

    — Юрий Никитин · книга
13. «

    Лучший способ преодолеть искушение — это поддаться ему. Сразу потом понимаешь, что не искушение оно вовсе, а так — видимость. Что бороться с ним легко, что зазря время потерял и тебе это вовсе не нужно.

    Лучший способ преодолеть искушение — это поддаться ему. Сразу потом понимаешь, что не искушение оно вовсе, а так — видимость. Что бороться с ним легко, что зазря время потерял и тебе это вовсе не нужно.

    — Юрий Никитин · книга
14. «

    У богов дней много, да не все наши.

    У богов дней много, да не все наши.

    — Юрий Никитин · книга
15. «

    Всё-таки это самый лёгкий путь искать Истину. Отсечь шумный мелочный мир, лживый и продажный, отгородиться стеной отшельничества, остаться с Богом наедине. Без боли нет рождения. Душа просыпается лишь от боли, страданий. Душа либо страдает, либо спит. Когда говорят, «душа радуется», то под душой подразумевают что-то другое.

    Всё-таки это самый лёгкий путь искать Истину. Отсечь шумный мелочный мир, лживый и продажный, отгородиться стеной отшельничества, остаться с Богом наедине. Без боли нет рождения. Душа просыпается лишь от боли, страданий. Душа либо страдает, либо спит. Когда говорят, «душа радуется», то под душой подразумевают что-то другое.

    — Юрий Никитин · книга
16. «

    Я смотрю на ветку, и мой ветер ерошит хвою, моя скала незыблемо стоит внизу, моя пичуга назойливо орет, кружась в смолистом аромате! Вместо почетного места зрителя мне предлагают неуют участника, место со-автора, открытое всем ветрам; и я иду, выхожу на подмостки, я тоже, я здесь, я – мы вместе… Я шагаю в небо с вершины сосны, зная заранее: далеко не всегда можно пойти по облакам. Но и стоять в отдалении, в безопасности и покое, разглядывая сосну, небо и скалу в лорнет с единственной целью отметить – да, небо, да сосна, да, скала, вы совершенно правы, все как в жизни!... О св. Фома, покровитель реалистов, почему обошел ты меня милостью своей?! Поздно сетовать.

    Я смотрю на ветку, и мой ветер ерошит хвою, моя скала незыблемо стоит внизу, моя пичуга назойливо орет, кружась в смолистом аромате! Вместо почетного места зрителя мне предлагают неуют участника, место со-автора, открытое всем ветрам; и я иду, выхожу на подмостки, я тоже, я здесь, я – мы вместе… Я шагаю в небо с вершины сосны, зная заранее: далеко не всегда можно пойти по облакам. Но и стоять в отдалении, в безопасности и покое, разглядывая сосну, небо и скалу в лорнет с единственной целью отметить – да, небо, да сосна, да, скала, вы совершенно правы, все как в жизни!... О св. Фома, покровитель реалистов, почему обошел ты меня милостью своей?! Поздно сетовать.

    — Генри Лайон Олди · книга
17. «

    Никакое усилие на свете не бывает напрасным. Сизиф, например, развивал мускулатуру.

    Никакое усилие на свете не бывает напрасным. Сизиф, например, развивал мускулатуру.

    — Юрий Никитин · книга
18. «

    Иной раз, дабы сотворить добро, надо убить злодея.

    Иной раз, дабы сотворить добро, надо убить злодея.

    — Юрий Никитин · книга
19. «

    — Видал? Оксфорд не пропьешь. — Я работаю над этим.

    — Видал? Оксфорд не пропьешь. — Я работаю над этим.

    — Олег · сериал
20. «

    — Он трупак. — У каждого свои недостатки. — Но мы его и таким любим.

    — Он трупак. — У каждого свои недостатки. — Но мы его и таким любим.

    — Гриша Измайлов · сериал