«Рассказчик»: 92 цитаты

Собрали 92 цитаты персонажа «Рассказчик» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Старый друг заслуживает второго шанса.

   Старый друг заслуживает второго шанса.
2. «

   ... Власть развратит и их тоже. Смерть посеет скорбь. Скорбь приведёт к ненависти...

   ... Власть развратит и их тоже. Смерть посеет скорбь. Скорбь приведёт к ненависти...
3. «

   Ваш разум пуст, как молодой месяц. Должно быть, что-то вычистило его, прошлось по углам, выскребло коридоры. Пустота даже... даже уютна.

   Ваш разум пуст, как молодой месяц. Должно быть, что-то вычистило его, прошлось по углам, выскребло коридоры. Пустота даже... даже уютна.
4. «

   Впрочем, если умеешь смеяться, в нынешнем мире можно найти много смешного. Как вы думаете?

   Впрочем, если умеешь смеяться, в нынешнем мире можно найти много смешного. Как вы думаете?

   — Эрих Мария Ремарк · книга
5. «

   — Что же ещё у нас осталось? — спросил я. — Яблоки на деревьях, золотой октябрь и наши мечты, — ответила она.

   — Что же ещё у нас осталось? — спросил я. — Яблоки на деревьях, золотой октябрь и наши мечты, — ответила она.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
6. «

   Говорят, что странствующий в одиночку, странствует вдвоём со смертью.

   Говорят, что странствующий в одиночку, странствует вдвоём со смертью.
7. «

   Мне хотелось сжечь Лувр. Раскрошить молотком на мелкие кусочки греческую коллекцию в Британском музее и подтереться Моной Лизой. Отныне этот мир принадлежит мне!

   Мне хотелось сжечь Лувр. Раскрошить молотком на мелкие кусочки греческую коллекцию в Британском музее и подтереться Моной Лизой. Отныне этот мир принадлежит мне!

   — Чак Паланик · книга
8. «

   Одиночество ищет спутников и не спрашивает, кто они. Кто не понимает этого, тот никогда не знал одиночества, а только уединение.

   Одиночество ищет спутников и не спрашивает, кто они. Кто не понимает этого, тот никогда не знал одиночества, а только уединение.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
9. «

   А память наша вообще лжет, давая возможность выжить, — старается смягчить невыносимое, покрывая его налетом забвения.

   А память наша вообще лжет, давая возможность выжить, — старается смягчить невыносимое, покрывая его налетом забвения.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
10. «

    Давным-давно, на берегу синего Балтийского моря жил сисадмин по кличке «Сизый Кекс»...

    Давным-давно, на берегу синего Балтийского моря жил сисадмин по кличке «Сизый Кекс»...
11. «

    Он был не просто Звездой её жизни. Он был Вселенной, полной звёзд.

    Он был не просто Звездой её жизни. Он был Вселенной, полной звёзд.
12. «

    Боб подсчитал, что он «убил» Джесси Джеймса приблизительно 800 раз. Он подозревал, что никто и никогда не воскрешал собственное предательство так часто и так публично. Боб отвергал обвинения в трусости, а Чарли с ними соглашался. Он говорил о миссис Зи Джеймс так, как священники говорят о Мадонне и писал ей длинные письма, в которых выворачивал наизнанку душу и молил о прощении. Ни одно из писем он не отправил. Покончив с собой, Чарли Форд стал в глазах сограждан идеальным убийцей Джесси Джеймса.

    Боб подсчитал, что он «убил» Джесси Джеймса приблизительно 800 раз. Он подозревал, что никто и никогда не воскрешал собственное предательство так часто и так публично. Боб отвергал обвинения в трусости, а Чарли с ними соглашался. Он говорил о миссис Зи Джеймс так, как священники говорят о Мадонне и писал ей длинные письма, в которых выворачивал наизнанку душу и молил о прощении. Ни одно из писем он не отправил. Покончив с собой, Чарли Форд стал в глазах сограждан идеальным убийцей Джесси Джеймса.

    — Как трусливый Роберт Форд убил Джесси Джеймса (The Assassination of Jesse James by the Coward Robert Ford) · фильм
13. «

    В общем, плохо, Иосиф. Все плохо. Но внешне все выглядит блестяще.

    В общем, плохо, Иосиф. Все плохо. Но внешне все выглядит блестяще.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
14. «

    Центр настаивал на неукоснительном соблюдении мер конспирации. Важнейшая из таких мер — регулярно светиться в узком и насквозь порочном кругу берлинского гламура. Шуренберг не любил корпоративные тусовки. Но сачковать нельзя. И он был вынужден жечь...

    Центр настаивал на неукоснительном соблюдении мер конспирации. Важнейшая из таких мер — регулярно светиться в узком и насквозь порочном кругу берлинского гламура. Шуренберг не любил корпоративные тусовки. Но сачковать нельзя. И он был вынужден жечь...

    — Гитлер капут! · фильм
15. «

    Всегда есть две правды: с одной рвешься вперед, очертя голову, а другая похожа на осторожный ход, когда прежде всего думаешь о себе.

    Всегда есть две правды: с одной рвешься вперед, очертя голову, а другая похожа на осторожный ход, когда прежде всего думаешь о себе.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
16. «

    Правильный камень даёт вам преимущество. Неправильный — что ж, он всё равно красив, правда?

    Правильный камень даёт вам преимущество. Неправильный — что ж, он всё равно красив, правда?
17. «

    — Тебя убьют люди Козерога, когда ты попытаешься спасти Гвина. Это очень трогательная сцена. Я плакал, когда писал. — Наплевать на то, что Вы написали. Вы не властны над моей судьбой, иначе я не был бы здесь. Я Вам не просто какой-нибудь там герой из Вашей книги, а Вы... Вы — не мой бог.

    — Тебя убьют люди Козерога, когда ты попытаешься спасти Гвина. Это очень трогательная сцена. Я плакал, когда писал. — Наплевать на то, что Вы написали. Вы не властны над моей судьбой, иначе я не был бы здесь. Я Вам не просто какой-нибудь там герой из Вашей книги, а Вы... Вы — не мой бог.

    — Сажерук · фильм
18. «

    Покусившиеся на правду — берегитесь. У правосудия обоюдоострый клинок.

    Покусившиеся на правду — берегитесь. У правосудия обоюдоострый клинок.
19. «

    Не было ни красноречивых некрологов, ни посмертных снимков в мелочных лавках, ни толп на улицах, провожающих траурный кортеж. Никто не написал его биографию, никто не назвал в его честь ребенка, никто не заплатил двадцать пять центов, чтобы постоять в комнате, в которой он вырос. Раздался выстрел, вскрикнула официантка... Роберт Форд упал на пол и увидел перед глазами потолок. Он погрузился во тьму прежде, чем нашел подходящие слова...

    Не было ни красноречивых некрологов, ни посмертных снимков в мелочных лавках, ни толп на улицах, провожающих траурный кортеж. Никто не написал его биографию, никто не назвал в его честь ребенка, никто не заплатил двадцать пять центов, чтобы постоять в комнате, в которой он вырос. Раздался выстрел, вскрикнула официантка... Роберт Форд упал на пол и увидел перед глазами потолок. Он погрузился во тьму прежде, чем нашел подходящие слова...

    — Как трусливый Роберт Форд убил Джесси Джеймса (The Assassination of Jesse James by the Coward Robert Ford) · фильм
20. «

    Что такое свобода, как не возможность выбора? Между мужеством и трусостью, любовью и долгом, и даже раем и адом. Наш выбор определяет нашу человеческую сущность. Мы выбираем мир, в котором мы живем.

    Что такое свобода, как не возможность выбора? Между мужеством и трусостью, любовью и долгом, и даже раем и адом. Наш выбор определяет нашу человеческую сущность. Мы выбираем мир, в котором мы живем.