80 цитат персонажа «Шут» — подборка редакции

80 цитат персонажа «Шут» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   За веревку дам колпак; За тобой спешит дурак.

   За веревку дам колпак; За тобой спешит дурак.

   — Уильям Шекспир · книга
2. «

   Они заплакали от счастья, а я запел с тоски, Узнав, что мой король без власти играет в дураки!

   Они заплакали от счастья, а я запел с тоски, Узнав, что мой король без власти играет в дураки!

   — Уильям Шекспир · книга
3. «

   Правда — это дворовая собака, которую выгоняют хлыстом; а госпожа борзая может оставаться у камина, даже когда воняет.

   Правда — это дворовая собака, которую выгоняют хлыстом; а госпожа борзая может оставаться у камина, даже когда воняет.

   — Уильям Шекспир · книга
4. «

   Приходит дуракам капут, Не спрос на них сегодня. Разумные себя ведут Безумных сумасбродней.

   Приходит дуракам капут, Не спрос на них сегодня. Разумные себя ведут Безумных сумасбродней.

   — Уильям Шекспир · книга
5. «

   Отец в лохмотьях на детей Наводит слепоту. Богач-отец всегда милей И на ином счету. Судьба продажна и низка И презирает бедняка.

   Отец в лохмотьях на детей Наводит слепоту. Богач-отец всегда милей И на ином счету. Судьба продажна и низка И презирает бедняка.

   — Уильям Шекспир · книга
6. «

   Эта холодная ночь превратит нас всех в шутов и сумасшедших.

   Эта холодная ночь превратит нас всех в шутов и сумасшедших.

   — Уильям Шекспир · книга
7. «

   Благородные люди большей частью такие привередливые и изнеженные, что предпочитают идти по пути, усыпанному цветами, который заканчивается широкими воротами и жарким пламенем.

   Благородные люди большей частью такие привередливые и изнеженные, что предпочитают идти по пути, усыпанному цветами, который заканчивается широкими воротами и жарким пламенем.

   — Уильям Шекспир · книга
8. «

   Дайте иссякшему дураку вина — и он наполнится, дайте бессовестному человеку добрый совет — и он исправится. А если не исправится, — позовите костоправа, и тот уж справится. Всё, что поправлено — только залатано: дырявая добродетель залатана грехом, а исправленный грех залатан добродетелью.

   Дайте иссякшему дураку вина — и он наполнится, дайте бессовестному человеку добрый совет — и он исправится. А если не исправится, — позовите костоправа, и тот уж справится. Всё, что поправлено — только залатано: дырявая добродетель залатана грехом, а исправленный грех залатан добродетелью.

   — Уильям Шекспир · книга
9. «

   — А ещё они не видят звёзд... — Ая-Ая-Ая-Ая-Яй.

   — А ещё они не видят звёзд... — Ая-Ая-Ая-Ая-Яй.

   — Пиковая Дама
10. «

    Слова до того изолгались, что мне противно доказывать ими правду.

    Слова до того изолгались, что мне противно доказывать ими правду.

    — Уильям Шекспир · книга
11. «

    А теперь ты — нуль без цифры. Я лучше тебя теперь: я — шут, а ты — ничто.

    А теперь ты — нуль без цифры. Я лучше тебя теперь: я — шут, а ты — ничто.

    — Уильям Шекспир · книга
12. «

    — Ну вот. Какая нехорошая леди… а вы, между прочим, мне едва не понравились! Я уже хотел назвать вас Королевой Бала!! Я резко остановилась и повернулась к шуту, которому вдруг пришла в голову не слишком удачная мысль бодро шлепнуться на пол, поджав под себя ноги и скрестив их по-турецки. — Кем? — Королевой! Что, передумали? — хитро прищурился он, но мне уже было не до шуток. Неторопливо вернувшись, я присела, чтобы наши глаза оказались на одном уровне, и, позволив платью белоснежным цветком распластаться по красивому паркету, тихо сказала: — Не стоит меня так принижать, господин шут. И не нужно присваивать мне недостойных званий. У Тим-Тима неприлично отвисла челюсть. — Что?!! — Каждая женщина в душе своей — королева, — так же тихо сказала я. — Поэтому, называя леди королевой всего одной ночи, вы, господин шут, рискуете ее смертельно оскорбить. Надеюсь, вы понимаете, почему? Он ошарашено моргнул и не нашелся, что возразить. Только и спросил растеряно: — Ну… прямо-таки и смертельно? Я хищно улыбнулась, на мгновение вернувшись в недобрый образ Фантома, и вкрадчиво спросила: — Разве вы не знаете, господин шут, что женщины по природе своей гораздо более опасные существа, чем мужчины? И разве никогда не замечали, что порой от хлесткой пощечины вас спасает только белая перчатка? Под моим тяжелым взглядом он странно вздрогнул, отполз назад и уставился, как кролик на удава. Даже побледнел слегка под гримом, хотя, может, мне и почудилось. — П-почему перчатка? И почему именно белая? — Чтобы не запачкаться, — серьезно ответила я.

    — Ну вот. Какая нехорошая леди… а вы, между прочим, мне едва не понравились! Я уже хотел назвать вас Королевой Бала!! Я резко остановилась и повернулась к шуту, которому вдруг пришла в голову не слишком удачная мысль бодро шлепнуться на пол, поджав под себя ноги и скрестив их по-турецки. — Кем? — Королевой! Что, передумали? — хитро прищурился он, но мне уже было не до шуток. Неторопливо вернувшись, я присела, чтобы наши глаза оказались на одном уровне, и, позволив платью белоснежным цветком распластаться по красивому паркету, тихо сказала: — Не стоит меня так принижать, господин шут. И не нужно присваивать мне недостойных званий. У Тим-Тима неприлично отвисла челюсть. — Что?!! — Каждая женщина в душе своей — королева, — так же тихо сказала я. — Поэтому, называя леди королевой всего одной ночи, вы, господин шут, рискуете ее смертельно оскорбить. Надеюсь, вы понимаете, почему? Он ошарашено моргнул и не нашелся, что возразить. Только и спросил растеряно: — Ну… прямо-таки и смертельно? Я хищно улыбнулась, на мгновение вернувшись в недобрый образ Фантома, и вкрадчиво спросила: — Разве вы не знаете, господин шут, что женщины по природе своей гораздо более опасные существа, чем мужчины? И разве никогда не замечали, что порой от хлесткой пощечины вас спасает только белая перчатка? Под моим тяжелым взглядом он странно вздрогнул, отполз назад и уставился, как кролик на удава. Даже побледнел слегка под гримом, хотя, может, мне и почудилось. — П-почему перчатка? И почему именно белая? — Чтобы не запачкаться, — серьезно ответила я.

    — Александра Лисина · книга
13. «

    У кого есть дом, чтобы укрыть в нем голову, у того голова в порядке.

    У кого есть дом, чтобы укрыть в нем голову, у того голова в порядке.

    — Уильям Шекспир · книга
14. «

    Плывя по реке, царь поднялся на Обезьянью гору. Увидев его, стадо обезьян в испуге разбежалось. Только одна обезьяна прыгала то сюда, то туда, хвасталась перед царем своей красотой. Царь улыбнулся, помани обезьяну, а когда та приблизилась, велел слугам схватить ее и обезобразить...

    Плывя по реке, царь поднялся на Обезьянью гору. Увидев его, стадо обезьян в испуге разбежалось. Только одна обезьяна прыгала то сюда, то туда, хвасталась перед царем своей красотой. Царь улыбнулся, помани обезьяну, а когда та приблизилась, велел слугам схватить ее и обезобразить...

    — Юрий Вяземский · книга
15. «

    Слова подчас обладают куда большей властью, чем магия…

    Слова подчас обладают куда большей властью, чем магия…

    — Терри Пратчетт · книга
16. «

    Ведь знает шут, наученный судьбой: Приносит радость выигранный бой, Но даже поражение порой Нельзя назвать проигранной игрой.

    Ведь знает шут, наученный судьбой: Приносит радость выигранный бой, Но даже поражение порой Нельзя назвать проигранной игрой.

    — Юрий Вяземский · книга
17. «

    Я думал, вы в опасности, а вы — в драме.

    Я думал, вы в опасности, а вы — в драме.

    — Александр Андерсон · книга
18. «

    Я читал разные книги — интересные, наглые. умные, глупые, но, поверьте, хуже всех — невоспитанные книги с морем воды.

    Я читал разные книги — интересные, наглые. умные, глупые, но, поверьте, хуже всех — невоспитанные книги с морем воды.

    — Александр Андерсон · книга
19. «

    Наживайся тайком, Не мели языком, Меньше бегай пешком, Больше езди верхом, Не нуждайся ни в ком, Не водись с игроком, Не гуляй, не кути, А сиди взаперти.

    Наживайся тайком, Не мели языком, Меньше бегай пешком, Больше езди верхом, Не нуждайся ни в ком, Не водись с игроком, Не гуляй, не кути, А сиди взаперти.

    — Уильям Шекспир · книга
20. «

    У кого ума крупица, Тот снесет и дождь и град. Он ненастья не боится, Счастью и несчастью рад.

    У кого ума крупица, Тот снесет и дождь и град. Он ненастья не боится, Счастью и несчастью рад.

    — Уильям Шекспир · книга