81 фраза персонажа «Шут» для дневника

81 цитата персонажа «Шут» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Ведьма-ведунья зелье варила, Ведьма-ведунья дело говорила, Ключи отдверей спрятаны в подвале, Кто их найдет, Тот целехонький уйдет.

   Ведьма-ведунья зелье варила, Ведьма-ведунья дело говорила, Ключи отдверей спрятаны в подвале, Кто их найдет, Тот целехонький уйдет.

   — Александр Андерсон · книга
2. «

   Кто способен дружить без мысли о дружбе? Кто способен быть искренним, не зная, что это верность? Кто способен понимать, не спрашивая, и любить, не говоря?... Это и называется дружбой двух людей.

   Кто способен дружить без мысли о дружбе? Кто способен быть искренним, не зная, что это верность? Кто способен понимать, не спрашивая, и любить, не говоря?... Это и называется дружбой двух людей.

   — Юрий Вяземский · книга
3. «

   — Но, может, нам еще удастся увидеться до моего отъезда? — Я буду мыть голову, — холодно процедила Маграт. — Когда? — Всегда!

   — Но, может, нам еще удастся увидеться до моего отъезда? — Я буду мыть голову, — холодно процедила Маграт. — Когда? — Всегда!

   — Терри Пратчетт · книга
4. «

   Каково у нас питание, таково и воспитание.

   Каково у нас питание, таково и воспитание.

   — Уильям Шекспир · книга
5. «

   Плуг туп бывает иногда, Дурак же плугом — никогда.

   Плуг туп бывает иногда, Дурак же плугом — никогда.

   — Уильям Шекспир · книга
6. «

   Однажды Володя Кондрашов спросил Шута: Послушай, Валя, почему у тебя нет прозвища? Ведь у всех в классе есть какое-нибудь прозвище. Шут ответил ему вопросом на вопрос: А у тебя тоже есть какое-нибудь прозвище? — Да, меня все зовут Кондриком. — Вот видишь, — улыбнулся Шут. — А меня все зовут Валей.

   Однажды Володя Кондрашов спросил Шута: Послушай, Валя, почему у тебя нет прозвища? Ведь у всех в классе есть какое-нибудь прозвище. Шут ответил ему вопросом на вопрос: А у тебя тоже есть какое-нибудь прозвище? — Да, меня все зовут Кондриком. — Вот видишь, — улыбнулся Шут. — А меня все зовут Валей.

   — Юрий Вяземский · книга
7. «

   Полоумный тот, кто верит, что можно волка приручить, узнать, здоровая ли лошадь, доверять любви мальчика и клятвам девки.

   Полоумный тот, кто верит, что можно волка приручить, узнать, здоровая ли лошадь, доверять любви мальчика и клятвам девки.

   — Уильям Шекспир · книга
8. «

   Меха раздувают пылающий горн, на наковальне куется меч: это та же сталь, что и вначале, но как изменилось ее острие!

   Меха раздувают пылающий горн, на наковальне куется меч: это та же сталь, что и вначале, но как изменилось ее острие!

   — Юрий Вяземский · книга
9. «

   Для дураков — печальный день: Все умники страны Мозги надели набекрень И стали им равны!

   Для дураков — печальный день: Все умники страны Мозги надели набекрень И стали им равны!

   — Уильям Шекспир · книга
10. «

    Кто служит только для того, чтоб извлекать доходы, Тебя оставит одного во время непогоды.

    Кто служит только для того, чтоб извлекать доходы, Тебя оставит одного во время непогоды.

    — Уильям Шекспир · книга
11. «

    – Никлас! – рявкнул Дрюня в открытую дверь, отступая еще на шаг. – Уберите отсюда его алкоголическое высочество, иначе мы лишимся его апоплексического величества!

    – Никлас! – рявкнул Дрюня в открытую дверь, отступая еще на шаг. – Уберите отсюда его алкоголическое высочество, иначе мы лишимся его апоплексического величества!

    — Лесса Каури · книга
12. «

    Между прочим, некоторые монахи, проповедовавшие непротивление злу насилием и полное отрешение от мира, в совершенстве владели каратэ и, случалось, применяли его к тем наглецам, которые мешали им отрешаться и непротивляться.

    Между прочим, некоторые монахи, проповедовавшие непротивление злу насилием и полное отрешение от мира, в совершенстве владели каратэ и, случалось, применяли его к тем наглецам, которые мешали им отрешаться и непротивляться.

    — Юрий Вяземский · книга
13. «

    В ком сердце жесткое, как пятка, тех не смутит чужая боль. Но спать они не будут сладко, когда натрут себе мозоль!

    В ком сердце жесткое, как пятка, тех не смутит чужая боль. Но спать они не будут сладко, когда натрут себе мозоль!

    — Уильям Шекспир · книга
14. «

    Судьба корыстная блудница, она с голодным не ложится.

    Судьба корыстная блудница, она с голодным не ложится.

    — Уильям Шекспир · книга
15. «

    Ложь, она же как крошки на полу, — одна незаметна, но россыпь бросается в глаза и очень раздражает.

    Ложь, она же как крошки на полу, — одна незаметна, но россыпь бросается в глаза и очень раздражает.

    — Александр Андерсон · книга
16. «

    Отцов сановных и богатых ласкают дочки и зятья. А у кого штаны в заплатах, — того не жалует семья!

    Отцов сановных и богатых ласкают дочки и зятья. А у кого штаны в заплатах, — того не жалует семья!

    — Уильям Шекспир · книга
17. «

    Этот год дуракам не везет: Стали умники все дураками; Потеряв своим глупостям счет, В обезьян превратилися сами.

    Этот год дуракам не везет: Стали умники все дураками; Потеряв своим глупостям счет, В обезьян превратилися сами.

    — Уильям Шекспир · книга
18. «

    Умники часто думают, что они Бог весть как остроумны, и все-таки остаются в дураках.

    Умники часто думают, что они Бог весть как остроумны, и все-таки остаются в дураках.

    — Уильям Шекспир · книга
19. «

    Если Господь Бог одарил кого учтивостью, тот при дворе и уживется и наживется.

    Если Господь Бог одарил кого учтивостью, тот при дворе и уживется и наживется.

    — Уильям Шекспир · книга
20. «

    Теперь у моего Купидона мозги сдвинулись набекрень, и я начинаю относиться к любви, как старик к деньгам: мне жалко ее тратить.

    Теперь у моего Купидона мозги сдвинулись набекрень, и я начинаю относиться к любви, как старик к деньгам: мне жалко ее тратить.

    — Уильям Шекспир · книга