«Старик» в 61 цитата

Собрали 61 цитата персонажа «Старик» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Он ощущал, что у жизни горизонтальный привкус и что эта позиция — самая удобная для его принципов.

   Он ощущал, что у жизни горизонтальный привкус и что эта позиция — самая удобная для его принципов.

   — Габриэль Гарсиа Маркес · книга
2. «

   Я добился всего, ибо умел всем пренебречь.

   Я добился всего, ибо умел всем пренебречь.

   — Оноре де Бальзак · книга
3. «

   Выйдя из-за стола, старик подошел к наборному полотну с ликом Христа и ласково погладил нимб заскорузлыми пальцами. — Войны заканчиваются, а красота вечна. Я вам больше скажу: созданное в трудные времена всегда несёт в себе большую глубину.

   Выйдя из-за стола, старик подошел к наборному полотну с ликом Христа и ласково погладил нимб заскорузлыми пальцами. — Войны заканчиваются, а красота вечна. Я вам больше скажу: созданное в трудные времена всегда несёт в себе большую глубину.

   — Ирина Богданова · книга
4. «

   Глупо терять надежду…

   Глупо терять надежду…

   — Эрнест Хемингуэй · книга
5. «

   Я никогда не утомляю своего организма и потому все еще отличаюсь крепким здоровьем.

   Я никогда не утомляю своего организма и потому все еще отличаюсь крепким здоровьем.

   — Оноре де Бальзак · книга
6. «

   Он вспомнил, как однажды поймал на крючок самку марлина. Самец всегда подпускает самку к пище первую, и, попавшись на крючок, самка со страха вступила в яростную, отчаянную борьбу, которая быстро ее изнурила, а самец, ни на шаг не отставая от нее, плавал и кружил вместе с ней по поверхности моря. Он плыл так близко, что старик боялся, как бы он не перерезал лесу хвостом, острым, как серп, и почти такой же формы. Когда старик зацепил самку багром и стукнул ее дубинкой, придерживая острую, как рапира, пасть с шершавыми краями, когда он бил ее дубинкой по черепу до тех пор, пока цвет ее не стал похож на цвет амальгамы, которой покрывают оборотную сторону зеркала, и когда потом он с помощью мальчика втаскивал ее в лодку, самец оставался рядом. Потом, когда старик стал сматывать лесу и готовить гарпун, самец высоко подпрыгнул в воздух возле лодки, чтобы поглядеть, что стало с его подругой, а затем ушел глубоко в воду, раскинув светло-сиреневые крылья грудных плавников, и широкие сиреневые полосы у него на спине были ясно видны. Старик не мог забыть, какой он был красивый. И он не покинул свою подругу до конца.

   Он вспомнил, как однажды поймал на крючок самку марлина. Самец всегда подпускает самку к пище первую, и, попавшись на крючок, самка со страха вступила в яростную, отчаянную борьбу, которая быстро ее изнурила, а самец, ни на шаг не отставая от нее, плавал и кружил вместе с ней по поверхности моря. Он плыл так близко, что старик боялся, как бы он не перерезал лесу хвостом, острым, как серп, и почти такой же формы. Когда старик зацепил самку багром и стукнул ее дубинкой, придерживая острую, как рапира, пасть с шершавыми краями, когда он бил ее дубинкой по черепу до тех пор, пока цвет ее не стал похож на цвет амальгамы, которой покрывают оборотную сторону зеркала, и когда потом он с помощью мальчика втаскивал ее в лодку, самец оставался рядом. Потом, когда старик стал сматывать лесу и готовить гарпун, самец высоко подпрыгнул в воздух возле лодки, чтобы поглядеть, что стало с его подругой, а затем ушел глубоко в воду, раскинув светло-сиреневые крылья грудных плавников, и широкие сиреневые полосы у него на спине были ясно видны. Старик не мог забыть, какой он был красивый. И он не покинул свою подругу до конца.

   — Эрнест Хемингуэй · книга
7. «

   Должен признаться, я питаю слабость к рыжим женщинам, не знаю, почему. Это моя кнопка, на которую легко надавить, чтобы я стал вдруг покладистым и вежливым. Строптивость уходит куда-то в землю, как электрический ток, пронизывая меня по вертикали с головы до пят. Струится по спинномозговой жидкости. Высвечивает каждую клеточку существа. Вероятно, тут что-то от язычества, дремучее, твердое, побуждающее к наслаждениям, иными словами – сила корневищ, не ведающих интеллигентных слабостей и рефлексии. То, о чем апостол Павел мудро заметил: «Ибо по внутреннему человеку нахожу удовольствие в законе Божием; но в членах моих вижу иной закон, противоборствующий закону ума моего и делающий меня пленником закона греховного, находящегося в членах моих». Вот и я становлюсь пленником закона языческого, приятного, пропитанного животворящей энергией Эроса. Так сказать, обнуляюсь.

   Должен признаться, я питаю слабость к рыжим женщинам, не знаю, почему. Это моя кнопка, на которую легко надавить, чтобы я стал вдруг покладистым и вежливым. Строптивость уходит куда-то в землю, как электрический ток, пронизывая меня по вертикали с головы до пят. Струится по спинномозговой жидкости. Высвечивает каждую клеточку существа. Вероятно, тут что-то от язычества, дремучее, твердое, побуждающее к наслаждениям, иными словами – сила корневищ, не ведающих интеллигентных слабостей и рефлексии. То, о чем апостол Павел мудро заметил: «Ибо по внутреннему человеку нахожу удовольствие в законе Божием; но в членах моих вижу иной закон, противоборствующий закону ума моего и делающий меня пленником закона греховного, находящегося в членах моих». Вот и я становлюсь пленником закона языческого, приятного, пропитанного животворящей энергией Эроса. Так сказать, обнуляюсь.

   — Юрий Меркеев · книга
8. «

   Пусть она думает обо мне лучше, чем я на самом деле, и я тогда буду и в самом деле лучше.

   Пусть она думает обо мне лучше, чем я на самом деле, и я тогда буду и в самом деле лучше.

   — Эрнест Хемингуэй · книга
9. «

   Старик тостов говорить не стал и другим налить не предлагал – он отхлебнул вина и с видом знатока покачал головой: — Улей и сад, — негромко произнес он. — Да, это славное вино. Ах, какое было солнце в Андалусии, какие женщины! Как они меня любили, как почитали. Увы, увы им, увы им всем, ибо те, кто любит, должны помнить о том, что частенько отданная любовь возвращается дарителю в виде трехкратных мук.

   Старик тостов говорить не стал и другим налить не предлагал – он отхлебнул вина и с видом знатока покачал головой: — Улей и сад, — негромко произнес он. — Да, это славное вино. Ах, какое было солнце в Андалусии, какие женщины! Как они меня любили, как почитали. Увы, увы им, увы им всем, ибо те, кто любит, должны помнить о том, что частенько отданная любовь возвращается дарителю в виде трехкратных мук.

   — Андрей Александрович Васильев · книга
10. «

    Оно всегда так: кому полтина, кому ни алтына.

    Оно всегда так: кому полтина, кому ни алтына.

    — Юрий Галинский · книга
11. «

    Ты думаешь, что бессмертие счастье, кто может это утверждать? Я думаю, что лучше жить так как заложено природой и умереть в срок. Людей, которые не могут умереть в срок, можно только пожалеть.

    Ты думаешь, что бессмертие счастье, кто может это утверждать? Я думаю, что лучше жить так как заложено природой и умереть в срок. Людей, которые не могут умереть в срок, можно только пожалеть.
12. «

    Товарищ Спиридонов, тут и Кутузова, и Ленина, и геройскую звезду дают за то, чтоб побольше набить народу. Сколько наколотили и наших, и ихних. Какую же звезду — наверное, кило на два — надо вашей дочке дать, что она в такой каторге жизнь новую принесла.

    Товарищ Спиридонов, тут и Кутузова, и Ленина, и геройскую звезду дают за то, чтоб побольше набить народу. Сколько наколотили и наших, и ихних. Какую же звезду — наверное, кило на два — надо вашей дочке дать, что она в такой каторге жизнь новую принесла.

    — Василий Гроссман · книга
13. «

    Тот, кто обладает истиной, должен благовестить о ней осторожно.

    Тот, кто обладает истиной, должен благовестить о ней осторожно.

    — Анатоль Франс · книга
14. «

    Каждый кто ищет силы, в итоге ее теряет.

    Каждый кто ищет силы, в итоге ее теряет.
15. «

    Советов никогда не бывает достаточно, когда они на самом деле требуются.

    Советов никогда не бывает достаточно, когда они на самом деле требуются.

    — Яромир Слушны · книга
16. «

    Закон наш очень краток и нетруден к исполнению: всяк разумеет, что должно любить Бога, яко благодетеля, а ближнего как самого себя, ибо через то приобретет и от него любовь к себе; а тем избавится от многих досад, неминуемо происходящих по нарушению сей заповеди.

    Закон наш очень краток и нетруден к исполнению: всяк разумеет, что должно любить Бога, яко благодетеля, а ближнего как самого себя, ибо через то приобретет и от него любовь к себе; а тем избавится от многих досад, неминуемо происходящих по нарушению сей заповеди.

    — Дмитрий Алексеевич Зиберов · книга
17. «

    Чем больше ты на чем-то сосредоточен, тем больше ты узнаешь.

    Чем больше ты на чем-то сосредоточен, тем больше ты узнаешь.
18. «

    Одни и те же вещи предстают перед нами в разных обликах.

    Одни и те же вещи предстают перед нами в разных обликах.

    — Анатоль Франс · книга
19. «

    Оттого и кидаются от одного к другому, пока не сгинут. Ей пятнадцать лет, а может, пятнадцать сумерек или пятнадцать небес. Внутри всё живее, чем снаружи, где только ветер и смерть. Поэтому надо... не идти... а ждать. Потому что прийти значит умереть сразу, а как прекрасно думать, что завтра мы увидим сто золотых рогов, вонзенных солнцем в облака.

    Оттого и кидаются от одного к другому, пока не сгинут. Ей пятнадцать лет, а может, пятнадцать сумерек или пятнадцать небес. Внутри всё живее, чем снаружи, где только ветер и смерть. Поэтому надо... не идти... а ждать. Потому что прийти значит умереть сразу, а как прекрасно думать, что завтра мы увидим сто золотых рогов, вонзенных солнцем в облака.

    — Федерико Гарсиа Лорка · книга
20. «

    Нас наделили глазами, но не зрением. Мы смотрим в пустоту, и в ней не разглядеть дороги.

    Нас наделили глазами, но не зрением. Мы смотрим в пустоту, и в ней не разглядеть дороги.