22 цитаты персонажа «Вика» — от иронии до философии

Собрали 22 цитаты персонажа «Вика» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Ты хотел стать режиссером моей тишины. Стань теперь режиссером своей.

   Ты хотел стать режиссером моей тишины. Стань теперь режиссером своей.
2. «

   — Выступаем обязательно. Там собирается весь генералитет округа. — Я думаю так. Подберёмся к части ползком, снимаем часовых и незаметно выступаем. Слушай, а с воздуха нас прикрывают морально чайки. А! А! — Мне всегда нравились остроумные мужчины. — Да, мне тоже. В смысле, я имею в виду... Так, не надо смеяться...

   — Выступаем обязательно. Там собирается весь генералитет округа. — Я думаю так. Подберёмся к части ползком, снимаем часовых и незаметно выступаем. Слушай, а с воздуха нас прикрывают морально чайки. А! А! — Мне всегда нравились остроумные мужчины. — Да, мне тоже. В смысле, я имею в виду... Так, не надо смеяться...

   — Вика · фильм
3. «

   Может, проклятие такое висит над людьми? Когда обещают порядок, жди хаоса, когда защищают жизнь, приходит смерть, когда защищают мораль – люди превращаются в зверей. Стоит только сказать – я выше, я чище, я лучше, и приходит расплата. Только те, кто не обещают чудес и не становятся на пьедестал, приносят в мир добро.

   Может, проклятие такое висит над людьми? Когда обещают порядок, жди хаоса, когда защищают жизнь, приходит смерть, когда защищают мораль – люди превращаются в зверей. Стоит только сказать – я выше, я чище, я лучше, и приходит расплата. Только те, кто не обещают чудес и не становятся на пьедестал, приносят в мир добро.

   — Сергей Лукьяненко · книга
4. «

   Знаешь, аналогии фальшивы.

   Знаешь, аналогии фальшивы.

   — Сергей Лукьяненко · книга
5. «

   – Эй! – Ты девушка, а не мужик! – Я вообще мутант! – И что? Это не повод.

   – Эй! – Ты девушка, а не мужик! – Я вообще мутант! – И что? Это не повод.

   — Елена Кароль · книга
6. «

   … Это проклятие. Право судить и право властвовать. Право на истину. Легко разобраться с дураком или зверем. Гораздо труднее с тем, кто считает себя сверхчеловеком. Умным, чистым и непорочным. Генералы, борющиеся за мир, правители, громящие коррупцию, извращенцы, осуждающие порнографию, — господи, мало ли их мы видели?

   … Это проклятие. Право судить и право властвовать. Право на истину. Легко разобраться с дураком или зверем. Гораздо труднее с тем, кто считает себя сверхчеловеком. Умным, чистым и непорочным. Генералы, борющиеся за мир, правители, громящие коррупцию, извращенцы, осуждающие порнографию, — господи, мало ли их мы видели?

   — Сергей Лукьяненко · книга
7. «

   Да для тебя слово «дружба» может означать только одно! — Что? — Плавленный сырок!!! А слово Любовь тебе знакомо только как женское имя!

   Да для тебя слово «дружба» может означать только одно! — Что? — Плавленный сырок!!! А слово Любовь тебе знакомо только как женское имя!
8. «

   — А твой отец чем занимается? — Мой? Ну, он... Ну, он часто работу меняет. Ну, он то на крупную фирму работает, то не на крупную. Вот. Всякие командировки там, короче. Вот. Слушай, честно говоря, я не знаю, вообще, где он работает, и вообще, где он сейчас находится. Мы не живем, короче, с ним. — Прости, я не знала. — Да нет, тут ничего такого. Дело житейское.

   — А твой отец чем занимается? — Мой? Ну, он... Ну, он часто работу меняет. Ну, он то на крупную фирму работает, то не на крупную. Вот. Всякие командировки там, короче. Вот. Слушай, честно говоря, я не знаю, вообще, где он работает, и вообще, где он сейчас находится. Мы не живем, короче, с ним. — Прости, я не знала. — Да нет, тут ничего такого. Дело житейское.

   — Лёша · фильм
9. «

   – Ты до сих пор злишься на то, что не нашла демонов? – Пф! – А на что тогда? – Я не злюсь. – Злишься. – Нет. – Злишься-злишься… – Нет! Гр-р-р! – Книга была яростно запущена в стену, и все спокойствие с ба слетело, как пересушенная луковая шелуха. – Да, я злюсь! Довольна? – Нет. А на что ты злишься?

   – Ты до сих пор злишься на то, что не нашла демонов? – Пф! – А на что тогда? – Я не злюсь. – Злишься. – Нет. – Злишься-злишься… – Нет! Гр-р-р! – Книга была яростно запущена в стену, и все спокойствие с ба слетело, как пересушенная луковая шелуха. – Да, я злюсь! Довольна? – Нет. А на что ты злишься?

   — Елена Кароль · книга
10. «

    Не привыкнув к подаркам неласковой фортуны, она пятилась от предлагаемого ей счастья, как бездомная собачка от пятикилограммового куска вырезки, внезапно шмякнувшегося на землю прямо перед ее голодной мордой.

    Не привыкнув к подаркам неласковой фортуны, она пятилась от предлагаемого ей счастья, как бездомная собачка от пятикилограммового куска вырезки, внезапно шмякнувшегося на землю прямо перед ее голодной мордой.

    — Арина Ларина · книга
11. «

    В жизни никто никого ни о чем не предупреждает, самое страшное всегда происходит внезапно.

    В жизни никто никого ни о чем не предупреждает, самое страшное всегда происходит внезапно.

    — Светлана Тюльбашева · книга
12. «

    – Кошмарного тебе дня, Рид. – Такое приветствие принято у тебя на родине? – сдержанно поинтересовался мужчина. – Нет, но не желать же мне доброго дня своему палачу, – передернула плечами я.

    – Кошмарного тебе дня, Рид. – Такое приветствие принято у тебя на родине? – сдержанно поинтересовался мужчина. – Нет, но не желать же мне доброго дня своему палачу, – передернула плечами я.

    — Франциска Вудворт · книга
13. «

    — Это замечательные стихи, — вздохнула Искра. — Я думаю, нет, я даже уверена, что скоро их оценят и Сергею Есенину поставят памятник. — А какую надпись ты бы сделала на этом памятнике?... Они провели конкурс, и Вика тотчас признала, что Искра вышла победительницей, написав: «Спасибо тебе, сердце, которое билось для нас». Только слова «билось для» они дружно заменили на «болело за».

    — Это замечательные стихи, — вздохнула Искра. — Я думаю, нет, я даже уверена, что скоро их оценят и Сергею Есенину поставят памятник. — А какую надпись ты бы сделала на этом памятнике?... Они провели конкурс, и Вика тотчас признала, что Искра вышла победительницей, написав: «Спасибо тебе, сердце, которое билось для нас». Только слова «билось для» они дружно заменили на «болело за».

    — Борис Васильев · книга
14. «

    — Думаю, есть люди, которые ближе к собакам, чем к людям, — ума у них нет, одно чутье. Одного человека они любят, другого боятся, третьего ненавидят и хотят укусить, но если собака в жизни не объяснит, почему ей кто-то не нравится, то у людей, даже таких вот, есть речевой аппарат и некоторое подобие мозгов. Если спросить, Олег быстро придумает объяснение своей ненависти, правдоподобное с его точки зрения, но его неприязнь возникла раньше объяснений, он просто, как собака, что-то учуял.

    — Думаю, есть люди, которые ближе к собакам, чем к людям, — ума у них нет, одно чутье. Одного человека они любят, другого боятся, третьего ненавидят и хотят укусить, но если собака в жизни не объяснит, почему ей кто-то не нравится, то у людей, даже таких вот, есть речевой аппарат и некоторое подобие мозгов. Если спросить, Олег быстро придумает объяснение своей ненависти, правдоподобное с его точки зрения, но его неприязнь возникла раньше объяснений, он просто, как собака, что-то учуял.

    — Светлана Тюльбашева · книга
15. «

    А ты знаешь, что по-настоящему характер человека раскрывается в тридцать лет? У кого-то в двадцать семь, у кого-то в тридцать три. Но возраст Иисуса Христа не случаен. Согласись, было бы гораздо логичнее, если бы Иисусу было лет сорок пять – пятьдесят. В это время человек уже умудрен жизнью, проповедуй, да учи. Но нет! Ему было только тридцать три, когда он, так сказать, закончил свою земную карьеру. И это не случайно. Потому что решения, которые ты принимаешь в этом возрасте, нельзя списать ни на щенячью неопытность, ни на старческий маразм, ни на кризис среднего возраста. Решения полностью твои, и цели твои, и средства твои, и выбор твой. Страшное и прекрасное время.

    А ты знаешь, что по-настоящему характер человека раскрывается в тридцать лет? У кого-то в двадцать семь, у кого-то в тридцать три. Но возраст Иисуса Христа не случаен. Согласись, было бы гораздо логичнее, если бы Иисусу было лет сорок пять – пятьдесят. В это время человек уже умудрен жизнью, проповедуй, да учи. Но нет! Ему было только тридцать три, когда он, так сказать, закончил свою земную карьеру. И это не случайно. Потому что решения, которые ты принимаешь в этом возрасте, нельзя списать ни на щенячью неопытность, ни на старческий маразм, ни на кризис среднего возраста. Решения полностью твои, и цели твои, и средства твои, и выбор твой. Страшное и прекрасное время.

    — Татьяна Шахматова · книга
16. «

    — Слушай, а Сергей Абрамов — это кто? — Вик, ты чего? Вот же — пароход.

    — Слушай, а Сергей Абрамов — это кто? — Вик, ты чего? Вот же — пароход.

    — Вика · фильм
17. «

    Мы все пахнем одинаково. Одиночеством.

    Мы все пахнем одинаково. Одиночеством.
18. «

    — Десять дней провела там. По утрам завтракали какой-то кашей на воде, потом три часа медитировали, потом обедали какой-то кашей на воде и овощами какими-то сырыми, после обеда было свободное время — я в основном гуляла вокруг монастыря, — потом медитация, ужин (угадай, что было на ужин) и отбой. И ни слова произнести было нельзя. Я в первый день попробовала, на меня монахи зашипели так злобно. Говорить, значит, нельзя, а шипеть можно. — Понравилось тебе молчать? — Ты знаешь, да. Это прикольно. Первые дня три молчать приятно, появляется ощущение спокойствия какого-то внутреннего. Следующие пару дней очень хочется что-нибудь сказать или даже закричать. А потом появляется страх, что, когда все это закончится, ты начнешь говорить, но никто тебе не будет отвечать. Я последний день молчания так боялась, прямо представляла, как все закончилось, я возвращаюсь домой, звоню подруге, а она берет трубку и молчит. Я что-то ей говорю, а она молчит. Приезжаю домой, открываю дверь, а отец молча уходит в другую комнату. И куда бы я ни пошла, что бы я ни сказала, все в ответ будут молчать. И со мной никогда больше никто не заговорит, никто.

    — Десять дней провела там. По утрам завтракали какой-то кашей на воде, потом три часа медитировали, потом обедали какой-то кашей на воде и овощами какими-то сырыми, после обеда было свободное время — я в основном гуляла вокруг монастыря, — потом медитация, ужин (угадай, что было на ужин) и отбой. И ни слова произнести было нельзя. Я в первый день попробовала, на меня монахи зашипели так злобно. Говорить, значит, нельзя, а шипеть можно. — Понравилось тебе молчать? — Ты знаешь, да. Это прикольно. Первые дня три молчать приятно, появляется ощущение спокойствия какого-то внутреннего. Следующие пару дней очень хочется что-нибудь сказать или даже закричать. А потом появляется страх, что, когда все это закончится, ты начнешь говорить, но никто тебе не будет отвечать. Я последний день молчания так боялась, прямо представляла, как все закончилось, я возвращаюсь домой, звоню подруге, а она берет трубку и молчит. Я что-то ей говорю, а она молчит. Приезжаю домой, открываю дверь, а отец молча уходит в другую комнату. И куда бы я ни пошла, что бы я ни сказала, все в ответ будут молчать. И со мной никогда больше никто не заговорит, никто.

    — Светлана Тюльбашева · книга
19. «

    — На тебе лица нет... — сказала Вика. — Есть, но оно мне не нравится.

    — На тебе лица нет... — сказала Вика. — Есть, но оно мне не нравится.

    — Сергей Лукьяненко · книга
20. «

    Личность, неспособная к созиданию, обязательно ищет оправдания деструктивному поведению.

    Личность, неспособная к созиданию, обязательно ищет оправдания деструктивному поведению.

    — Сергей Лукьяненко · книга