16 цитат персонажа «Володя» для поста в соцсетях

16 цитат персонажа «Володя» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Мы жили в разграбленной и несчастной стране, зарабатывая тяжким трудом на пропитание своим детям.

   Мы жили в разграбленной и несчастной стране, зарабатывая тяжким трудом на пропитание своим детям.

   — Вячеслав Килеса · книга
2. «

   Сашка, главное здесь — не думать. А я все время думаю. И это неправильно. Ведь сколько поколений думало об этом и пришло к великой мудрости — надо не думать. Почему солдатам всегда дают какое-нибудь задание, любое, пусть самое бессмысленное, лишь бы их чем-нибудь занять? Чтобы не думать. В этом есть глубокий смысл — чтобы человек не думал. Нужно спасти его от себя самого, от мыслей о смерти.

   Сашка, главное здесь — не думать. А я все время думаю. И это неправильно. Ведь сколько поколений думало об этом и пришло к великой мудрости — надо не думать. Почему солдатам всегда дают какое-нибудь задание, любое, пусть самое бессмысленное, лишь бы их чем-нибудь занять? Чтобы не думать. В этом есть глубокий смысл — чтобы человек не думал. Нужно спасти его от себя самого, от мыслей о смерти.

   — Михаил Шишкин · книга
3. «

   Знаете, у каждого бывает... он теряет веру в свои силы, и хочется уехать куда-нибудь, к чертям, где нет никого. Но дело в том, что вскоре появляется такое желание вернуться, что мастерская кажется раем.

   Знаете, у каждого бывает... он теряет веру в свои силы, и хочется уехать куда-нибудь, к чертям, где нет никого. Но дело в том, что вскоре появляется такое желание вернуться, что мастерская кажется раем.

   — Москва, любовь моя · фильм
4. «

   Выходящее за рамки обычного кажется людям уродством.

   Выходящее за рамки обычного кажется людям уродством.

   — Вячеслав Килеса · книга
5. «

   Володя: Ну и что же вы сделали такого замечательного, люди шестидесятых годов? Где вы? Ау! Не видно, не слышно. Одни приспособились и стали отлично преуспевать. Другие растворились в небытии. Нету их! Нету! Уехали, голубчики, за моря-океаны. Третьи так и тянут свою жалкую житейскую лямку. Так? Или не так?

   Володя: Ну и что же вы сделали такого замечательного, люди шестидесятых годов? Где вы? Ау! Не видно, не слышно. Одни приспособились и стали отлично преуспевать. Другие растворились в небытии. Нету их! Нету! Уехали, голубчики, за моря-океаны. Третьи так и тянут свою жалкую житейскую лямку. Так? Или не так?

   — Людмила Разумовская · книга
6. «

   Непосредственная и любвеобильная, Галина относилась к мужчинам как к лакомствам, которые необходимо перепробовать, а семейная жизнь была для нее чем-то вроде детской игры в куклы: не получилось — начнем сначала или попробуем иначе.

   Непосредственная и любвеобильная, Галина относилась к мужчинам как к лакомствам, которые необходимо перепробовать, а семейная жизнь была для нее чем-то вроде детской игры в куклы: не получилось — начнем сначала или попробуем иначе.

   — Вячеслав Килеса · книга
7. «

   Весь мир знает, что такое любовь, а вы и вам подобные исказили смысл этого слова! Вы обратили любовь в какую-то игру в бирюльки. Вы постоянно твердите о любви, только и делаете, что рассматриваете свое чувство, но все это у вас в голове, а не в сердце! Для вас любовь или разврат, или математическая задача. А любви как любви, как чувства одного человека к другому, вы не знаете.

   Весь мир знает, что такое любовь, а вы и вам подобные исказили смысл этого слова! Вы обратили любовь в какую-то игру в бирюльки. Вы постоянно твердите о любви, только и делаете, что рассматриваете свое чувство, но все это у вас в голове, а не в сердце! Для вас любовь или разврат, или математическая задача. А любви как любви, как чувства одного человека к другому, вы не знаете.

   — Валерий Брюсов · книга
8. «

   — Бог дал нам свободу. Понимаете? Свободу! Он не захотел делать нас рабами и насильно приводить к добру. Мы же не стадо баранов, Елена Сергеевна! Он дал нам свободу выбора. Между добром и злом. — Но почему все-таки человек иногда выбирает зло? — Потому что зло, Елена Сергеевна, это удовольствие. А в мире очень мало удовольствий.

   — Бог дал нам свободу. Понимаете? Свободу! Он не захотел делать нас рабами и насильно приводить к добру. Мы же не стадо баранов, Елена Сергеевна! Он дал нам свободу выбора. Между добром и злом. — Но почему все-таки человек иногда выбирает зло? — Потому что зло, Елена Сергеевна, это удовольствие. А в мире очень мало удовольствий.

   — Людмила Разумовская · книга
9. «

   Стыдно выпрашивать деньги, но еще более стыдно выпрашивать любовь, взывая к жалости, сочувствию и воспоминаниям.

   Стыдно выпрашивать деньги, но еще более стыдно выпрашивать любовь, взывая к жалости, сочувствию и воспоминаниям.

   — Вячеслав Килеса · книга
10. «

    Вот было чувство гармонии мира. Теперь его нет... Что делать? Оно пропало...

    Вот было чувство гармонии мира. Теперь его нет... Что делать? Оно пропало...

    — Смятение чувств · фильм
11. «

    Спорить с женщиной — все равно что общаться с зеркалом: твои аргументы, отразившись, ударят по тебе же.

    Спорить с женщиной — все равно что общаться с зеркалом: твои аргументы, отразившись, ударят по тебе же.

    — Вячеслав Килеса · книга
12. «

    Не важно, что ты любишь другого — пусть это даже мой сын. Важно то, что ты не любишь меня.

    Не важно, что ты любишь другого — пусть это даже мой сын. Важно то, что ты не любишь меня.

    — Вячеслав Килеса · книга
13. «

    У тебя сейчас есть любовь: держись за нее, как бы ни была она смешна для других. Уверяю тебя: в мире нет ничего ценнее и важнее любви.

    У тебя сейчас есть любовь: держись за нее, как бы ни была она смешна для других. Уверяю тебя: в мире нет ничего ценнее и важнее любви.

    — Вячеслав Килеса · книга
14. «

    Небо, хлеб, работа — это жизнь.

    Небо, хлеб, работа — это жизнь.

    — Москва, любовь моя · фильм
15. «

    Я был уверен в Клаве, как в самом себе. Наивный человек, возомнивший, что нарисованное изображение не отличается от настоящего.

    Я был уверен в Клаве, как в самом себе. Наивный человек, возомнивший, что нарисованное изображение не отличается от настоящего.

    — Вячеслав Килеса · книга
16. «

    Наша семейная жизнь напоминала пыточный застенок, где Ольга играла роль палача, допрашивая меня, почему я улыбнулся этой женщине и о чем разговаривал с той. Она была уверена, что брачное свидетельство передало меня в полную ее собственность и только ей должно быть адресовано мое круглосуточное внимание.

    Наша семейная жизнь напоминала пыточный застенок, где Ольга играла роль палача, допрашивая меня, почему я улыбнулся этой женщине и о чем разговаривал с той. Она была уверена, что брачное свидетельство передало меня в полную ее собственность и только ей должно быть адресовано мое круглосуточное внимание.

    — Вячеслав Килеса · книга