100 цитат по теме «жертвы» без воды

100 цитат про «жертвы»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Да. Но жертв это не волнует. Страдания, что они вынесли, нельзя отрицать. Ты не можешь просить их не испытывать ненависти. Однажды возненавидишь, и это чувство уже не остановить. Оно будет лишь нарастать. Это цепь ненависти. С этим ничего нельзя сделать. Видимо, в этом и заключается война.

   Да. Но жертв это не волнует. Страдания, что они вынесли, нельзя отрицать. Ты не можешь просить их не испытывать ненависти. Однажды возненавидишь, и это чувство уже не остановить. Оно будет лишь нарастать. Это цепь ненависти. С этим ничего нельзя сделать. Видимо, в этом и заключается война.

   — Рэй
2. «

   ...тут что-то нашло на меня, и я высыпала весь кулек дорогой синьки ей на голову... после мытья под краном Траутхен стала совсем синей. Волосы синие, лицо синее, платье синее. Вся синяя. Это было замечательно! Я тоже когда-нибудь покрашусь в синий цвет. Я никогда не думала, что Траутхен может быть такой красивой!

   ...тут что-то нашло на меня, и я высыпала весь кулек дорогой синьки ей на голову... после мытья под краном Траутхен стала совсем синей. Волосы синие, лицо синее, платье синее. Вся синяя. Это было замечательно! Я тоже когда-нибудь покрашусь в синий цвет. Я никогда не думала, что Траутхен может быть такой красивой!

   — Ирмгард Койн · книга
3. «

   Только дурные и пошлые натуры выигрывают от революции. Но удалась революция или потерпела поражение, люди с большим сердцем всегда будут её жертвами.

   Только дурные и пошлые натуры выигрывают от революции. Но удалась революция или потерпела поражение, люди с большим сердцем всегда будут её жертвами.

   — Генрих Гейне
4. «

   0000873. Власть никогда не помнит, что она должна своему народу, зато власть всегда помнит, что народ должен ей. Долг в числе десятков миллионов человек, погибших в великую Отечественную, власть никогда не сможет вернуть народу, но, тем не менее, народ еще что-то должен власти, при том, что Путин сидит в Кремле на креслах, сделанных по спецзаказу (ручная работа дороже стоит).

   0000873. Власть никогда не помнит, что она должна своему народу, зато власть всегда помнит, что народ должен ей. Долг в числе десятков миллионов человек, погибших в великую Отечественную, власть никогда не сможет вернуть народу, но, тем не менее, народ еще что-то должен власти, при том, что Путин сидит в Кремле на креслах, сделанных по спецзаказу (ручная работа дороже стоит).
5. «

   Жертвы мечтают не о победе в борьбе с кем-то. Они мечтают перестать быть жертвами. Они просто не хотят быть жертвами.

   Жертвы мечтают не о победе в борьбе с кем-то. Они мечтают перестать быть жертвами. Они просто не хотят быть жертвами.

   — Kang Mi Rae · сериал
6. «

   Это война и могут быть жертвы. Бездействие тоже убивает, только медленнее.

   Это война и могут быть жертвы. Бездействие тоже убивает, только медленнее.

   — Мэтт «Воз» Возняк · сериал
7. «

   Да уж, сказать мне нечего. В конце концов, я — солдат, а не чёртова кинозвезда, чтобы трещать обо всём на свете. Всё, что я могу — это следовать приказам и выполнять свою работу. И сейчас всё, что мне нужно, так это проторчать тут ещё пару недель, и я ухожу. Я уже давно хотел съездить на рыбалку. Пойми, мужик. Армия — она... Эх! Армия уже не та, что прежде. Я думал, что прослужив в «Плохой Роте», я быстро скоротаю остаток службы. Но после увиденного за свою вахту там, как к нам всем относятся, я понял, что наши жизни для них не стоят ничего: мы для них — всего лишь пушечное мясо, и не более того. Большинство парней не догадываются, почему нас зовут «Плохой Ротой» и почему мы до сих пор оправдываем это имя. Мужик, когда ты под огнём, единственный, кому ты можешь доверять, это такой же, как ты парень, что рядом с тобой в окопе. Ты понимаешь, что я хочу сказать? Ты должен быть всегда в состоянии доверить свою жизнь товарищам по оружию. Но Хэг, или Свит... Чёрт, да я им даже ключи от моей тачки не доверил бы! Порой мне кажется, что они скорее перестреляют друг друга, чем врагов. Всё потому что в бою ваш товарищ может измениться в любую сторону. Я хочу сказать, что если и есть возможность выбирать, на чьей стороне сражаться, то я бы подошёл к этому выбору с умом, потому как не доверил бы свою жизнь даже тому новичку, которого к нам недавно перевели. Кроме этого, мне больше нечего сказать.

   Да уж, сказать мне нечего. В конце концов, я — солдат, а не чёртова кинозвезда, чтобы трещать обо всём на свете. Всё, что я могу — это следовать приказам и выполнять свою работу. И сейчас всё, что мне нужно, так это проторчать тут ещё пару недель, и я ухожу. Я уже давно хотел съездить на рыбалку. Пойми, мужик. Армия — она... Эх! Армия уже не та, что прежде. Я думал, что прослужив в «Плохой Роте», я быстро скоротаю остаток службы. Но после увиденного за свою вахту там, как к нам всем относятся, я понял, что наши жизни для них не стоят ничего: мы для них — всего лишь пушечное мясо, и не более того. Большинство парней не догадываются, почему нас зовут «Плохой Ротой» и почему мы до сих пор оправдываем это имя. Мужик, когда ты под огнём, единственный, кому ты можешь доверять, это такой же, как ты парень, что рядом с тобой в окопе. Ты понимаешь, что я хочу сказать? Ты должен быть всегда в состоянии доверить свою жизнь товарищам по оружию. Но Хэг, или Свит... Чёрт, да я им даже ключи от моей тачки не доверил бы! Порой мне кажется, что они скорее перестреляют друг друга, чем врагов. Всё потому что в бою ваш товарищ может измениться в любую сторону. Я хочу сказать, что если и есть возможность выбирать, на чьей стороне сражаться, то я бы подошёл к этому выбору с умом, потому как не доверил бы свою жизнь даже тому новичку, которого к нам недавно перевели. Кроме этого, мне больше нечего сказать.

   — Сэмюэль Рэдфорд · игра
8. «

   Мы все жертвы жертв.

   Мы все жертвы жертв.

   — Луиза Хей
9. «

   Все мы жертвы... Вот в чём суть.

   Все мы жертвы... Вот в чём суть.

   — Ворон (The Crow) (1994) · фильм
10. «

    — Однажды ночью жизнь замутилась, и поблекли все цвета. Убили меня или нет, не знаю, но ранили, ранили сюда, — она показала на грудь, — и с тех пор я стала другая. — Ты что — умирала? — Да, умирала: любовь жестока. Любовь требует жертв. Жертвы требуют крови. Что за жертва без крови?

    — Однажды ночью жизнь замутилась, и поблекли все цвета. Убили меня или нет, не знаю, но ранили, ранили сюда, — она показала на грудь, — и с тех пор я стала другая. — Ты что — умирала? — Да, умирала: любовь жестока. Любовь требует жертв. Жертвы требуют крови. Что за жертва без крови?

    — Джозеф Шеридан Ле Фаню · книга
11. «

    Легко быть благородным: выбор между добром и злом очевиден для любого нормального человека. Даже если нужно пожертвовать собой. А если — не собой? А если выбор не между добром и злом, а между двумя «злами»?

    Легко быть благородным: выбор между добром и злом очевиден для любого нормального человека. Даже если нужно пожертвовать собой. А если — не собой? А если выбор не между добром и злом, а между двумя «злами»?

    — Олег Рой · книга
12. «

    Но ведь мы выбираем себе жертвы, с которыми можем справиться, которые нам по плечу.

    Но ведь мы выбираем себе жертвы, с которыми можем справиться, которые нам по плечу.

    — Джон Апдайк · книга
13. «

    Никто не выбирает, ради кого или чего следует приносить жертвы. Нужно быть редким счастливчиком, чтобы пожертвовать собой во имя того, что тебе действительно дорого, а не ради чужого дяди.

    Никто не выбирает, ради кого или чего следует приносить жертвы. Нужно быть редким счастливчиком, чтобы пожертвовать собой во имя того, что тебе действительно дорого, а не ради чужого дяди.

    — Макс Фрай · книга
14. «

    Имен жертв никто не помнит, на обложках журналов красуются убийцы.

    Имен жертв никто не помнит, на обложках журналов красуются убийцы.

    — Стюарт «Стю» Шепард · фильм
15. «

    Но я вовсе не считаю, что понять — значит простить. Если встать на эту точку зрения, дойдешь до того, что начнешь распускать слюни над судьбой убийц, насильников и похитителей детей, забывая при этом об их жертвах. А это неправильно.

    Но я вовсе не считаю, что понять — значит простить. Если встать на эту точку зрения, дойдешь до того, что начнешь распускать слюни над судьбой убийц, насильников и похитителей детей, забывая при этом об их жертвах. А это неправильно.

    — Роберт Хайнлайн · книга
16. «

    ... Это немецкий народ стал первой жертвой фашизма, и я, кстати, тоже.

    ... Это немецкий народ стал первой жертвой фашизма, и я, кстати, тоже.

    — Карл Кунерт · фильм
17. «

    Война — те же переговоры, только в другой форме. Ненависть — необязательный атрибут войны. Интересы же могут быть любыми: территория, ресурсы, идеология, религия, честь. Войны постоянно разгорались на подобной почве. А значит — война закончится, когда затеявшие её добьются желаемого. Или же... война закончится, когда число жертв слишком велико, чтобы оправдывать цель.

    Война — те же переговоры, только в другой форме. Ненависть — необязательный атрибут войны. Интересы же могут быть любыми: территория, ресурсы, идеология, религия, честь. Войны постоянно разгорались на подобной почве. А значит — война закончится, когда затеявшие её добьются желаемого. Или же... война закончится, когда число жертв слишком велико, чтобы оправдывать цель.

    — Инахо Кайдзука · аниме
18. «

    Для жертв насилия и их семей нет справедливости. Это насмешка над правосудием.

    Для жертв насилия и их семей нет справедливости. Это насмешка над правосудием.

    — Тед Деннинг · сериал
19. «

    — Нам всем приходится чем-то жертвовать! — Решил пожертвовать мной?

    — Нам всем приходится чем-то жертвовать! — Решил пожертвовать мной?
20. «

    Осуществится то, к чему ты стремился делом. Над чем работаешь, то и создаешь. Даже если работаешь ради уничтожения чего-то. Объявив войну, я создаю врагов. Выковываю их и ожесточаю. И напрасно я стану уверять, что сегодняшнее насилие создаст свободу завтра, — я внедряю только насилие. С жизнью не слукавишь. Не обманешь дерево, оно потянется туда, куда его направят. Прочее — ветер слов. И если мне кажется, что я жертвую вот этим поколением во имя счастья последующих, я просто-напросто жертвую людьми. Не этими и не теми, а всеми разом. Всех людей я обрекаю на злосчастье. Прочее — ветер слов. И если я воюю во имя мира, я укрепляю войну. С помощью войны не установить мира.

    Осуществится то, к чему ты стремился делом. Над чем работаешь, то и создаешь. Даже если работаешь ради уничтожения чего-то. Объявив войну, я создаю врагов. Выковываю их и ожесточаю. И напрасно я стану уверять, что сегодняшнее насилие создаст свободу завтра, — я внедряю только насилие. С жизнью не слукавишь. Не обманешь дерево, оно потянется туда, куда его направят. Прочее — ветер слов. И если мне кажется, что я жертвую вот этим поколением во имя счастья последующих, я просто-напросто жертвую людьми. Не этими и не теми, а всеми разом. Всех людей я обрекаю на злосчастье. Прочее — ветер слов. И если я воюю во имя мира, я укрепляю войну. С помощью войны не установить мира.

    — Антуан де Сент-Экзюпери · книга