11 цитат «бедность со смыслом»: от классиков до современников

Собрали 11 цитат на тему «бедность со смыслом» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Лучше жить бедным среди богатых, чем богатым среди бедных.

   Лучше жить бедным среди богатых, чем богатым среди бедных.

   — Бахтияр Мелик оглы Мамедов
2. «

   Беден ли человек, богат ли, вовек ему не стать добродетельным и счастливым, если волей фортуны он окажется не на своем месте.

   Беден ли человек, богат ли, вовек ему не стать добродетельным и счастливым, если волей фортуны он окажется не на своем месте.

   — Люк де Клапье де Вовенарг
3. «

   Страх и чувство вины – это два демона, преследующие богатых людей. Что касается бедных, их демоны – отчаяние и чувство унижения.

   Страх и чувство вины – это два демона, преследующие богатых людей. Что касается бедных, их демоны – отчаяние и чувство унижения.

   — Грегори Дэвид Робертс · книга
4. «

   — Я повенчана с бедностью. О бедности не говорят. В ней живут. — Какие верные, справедливые слова! Могущественные.

   — Я повенчана с бедностью. О бедности не говорят. В ней живут. — Какие верные, справедливые слова! Могущественные.

   — Великая красота (La grande bellezza) · фильм
5. «

   Бедность и простота не одно и то же.

   Бедность и простота не одно и то же.

   — Коко Шанель · книга
6. «

   Испытание сытостью иногда труднее испытания бедностью.

   Испытание сытостью иногда труднее испытания бедностью.

   — Петр Тодоровский
7. «

   Бездомные – такие горемыки. Гонимые суровой непогодой, Что впроголодь блуждаете без крова. Как защитят дырявые лохмотья вас от такой вот бури? Как мало думал я об этом прежде. Вот тебе урок. Богач надменный, встань на место бедных, Почувствуй то, что чувствуют они.

   Бездомные – такие горемыки. Гонимые суровой непогодой, Что впроголодь блуждаете без крова. Как защитят дырявые лохмотья вас от такой вот бури? Как мало думал я об этом прежде. Вот тебе урок. Богач надменный, встань на место бедных, Почувствуй то, что чувствуют они.

   — Уильям Шекспир · книга
8. «

   Кто честной бедности своей Стыдится и все прочее, Тот самый жалкий из людей, Трусливый раб и прочее. <...> При всем при том, При всем при том, Судите не по платью. Кто честным кормится трудом, Таких зову я знатью. <...> Настанет день и час пробьет, Когда уму и чести На всей земле придет черед Стоять на первом месте.

   Кто честной бедности своей Стыдится и все прочее, Тот самый жалкий из людей, Трусливый раб и прочее. <...> При всем при том, При всем при том, Судите не по платью. Кто честным кормится трудом, Таких зову я знатью. <...> Настанет день и час пробьет, Когда уму и чести На всей земле придет черед Стоять на первом месте.

   — Роберт Бёрнс
9. «

   Проходил я мимо поля человека ленивого и мимо виноградника человека скудоумного: и вот, всё это заросло тёрном, поверхность его покрылась крапивою, и каменная ограда его обрушилась. И посмотрел я, и обратил сердце моё, и посмотрел и получил урок: «немного поспишь, немного подремлешь, немного, сложив руки, полежишь, — и придёт, как прохожий, бедность твоя, и нужда твоя — как человек вооружённый».

   Проходил я мимо поля человека ленивого и мимо виноградника человека скудоумного: и вот, всё это заросло тёрном, поверхность его покрылась крапивою, и каменная ограда его обрушилась. И посмотрел я, и обратил сердце моё, и посмотрел и получил урок: «немного поспишь, немного подремлешь, немного, сложив руки, полежишь, — и придёт, как прохожий, бедность твоя, и нужда твоя — как человек вооружённый».

   — Библия. Ветхий Завет. Книга притчей Соломоновых · книга
10. «

    Писателя делает боль? Боль ничего не делает, бедность — тоже. Перво-наперво есть художник. Что с ним происходит, зависит от его удачи. Если удача светит (в мирском смысле), он становится скверным художником. Если не светит — хорошим.

    Писателя делает боль? Боль ничего не делает, бедность — тоже. Перво-наперво есть художник. Что с ним происходит, зависит от его удачи. Если удача светит (в мирском смысле), он становится скверным художником. Если не светит — хорошим.

    — Чарльз Буковски · книга
11. «

    Я, как ни странно это сказать, в первый раз ясно понял, что дело, которое я затевал, не может состоять в том только, чтобы накормить и одеть тысячу людей, как бы накормить и загнать под крышу 1000 баранов, а должно состоять в том, чтобы сделать доброе людям. И когда я понял, что каждый из этой тысячи людей такой же точно человек, с таким же прошедшим, с такими же страстями, соблазнами, заблуждениями, с такими же мыслями, такими же вопросами,— такой же человек, как и я, то затеянное мною дело вдруг представилось мне так трудно, что я почувствовал свое бессилие.

    Я, как ни странно это сказать, в первый раз ясно понял, что дело, которое я затевал, не может состоять в том только, чтобы накормить и одеть тысячу людей, как бы накормить и загнать под крышу 1000 баранов, а должно состоять в том, чтобы сделать доброе людям. И когда я понял, что каждый из этой тысячи людей такой же точно человек, с таким же прошедшим, с такими же страстями, соблазнами, заблуждениями, с такими же мыслями, такими же вопросами,— такой же человек, как и я, то затеянное мною дело вдруг представилось мне так трудно, что я почувствовал свое бессилие.

    — Лев Николаевич Толстой · книга