95 цитат на тему «безнадежность» — подборка редакции

Собрали 95 цитат на тему «безнадежность» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   А я ведь в тебя прямо поверил... Думал, ты вернешь мне веру в этот мир. Но ты лишь показал мне, что вы, машины, созданы по нашему образу и подобию. Жестокие, эгоистичные сволочи... Ты открыл мне глаза, Коннор. Я понял, что все безнадежно.

   А я ведь в тебя прямо поверил... Думал, ты вернешь мне веру в этот мир. Но ты лишь показал мне, что вы, машины, созданы по нашему образу и подобию. Жестокие, эгоистичные сволочи... Ты открыл мне глаза, Коннор. Я понял, что все безнадежно.

   — Лейтенант Хэнк Андерсон · игра
2. «

   Сейчас самое главное — не поддаться безнадежности и панике. Нет таких ловушек, такого плена, откуда не было бы выхода, — если перестанешь верить, что выход есть, тут-то и сломаешься...

   Сейчас самое главное — не поддаться безнадежности и панике. Нет таких ловушек, такого плена, откуда не было бы выхода, — если перестанешь верить, что выход есть, тут-то и сломаешься...

   — Александр Бушков · книга
3. «

   ...даже фальшивая надежда лучше, чем безнадежность.

   ...даже фальшивая надежда лучше, чем безнадежность.

   — Фэнни Флэгг · книга
4. «

   Уника пела погребальную песню себе самой. То был свадебный напев, который ей никогда не споют. Песня о радости, которая ей не досталась. Уже над самой головой пронёсся хищный смерч, ударил в лицо воздухом, взвихрил волосы. Уника не смотрела. Когда её убьют, она это и так узнает. Уника пела погребальную песню о счастье жить на родном берегу среди родных людей, о великом чуде – знать, что ты не одинок, что предки берегут тебя из давнего прошлого, а в грядущем ждут потомки. Уника пела колыбельную нерождённому сыну.

   Уника пела погребальную песню себе самой. То был свадебный напев, который ей никогда не споют. Песня о радости, которая ей не досталась. Уже над самой головой пронёсся хищный смерч, ударил в лицо воздухом, взвихрил волосы. Уника не смотрела. Когда её убьют, она это и так узнает. Уника пела погребальную песню о счастье жить на родном берегу среди родных людей, о великом чуде – знать, что ты не одинок, что предки берегут тебя из давнего прошлого, а в грядущем ждут потомки. Уника пела колыбельную нерождённому сыну.

   — Ник Перумов · книга
5. «

   Мы плачем, когда осуществляются мечты.

   Мы плачем, когда осуществляются мечты.

   — Бадди Уиттенборн · фильм
6. «

   За плечи – крыла, и – на голову с ног. Их в небо влечёт неизвестная сила. Вплетающий солнце в терновый венок, Какая надежда тебя укусила?

   За плечи – крыла, и – на голову с ног. Их в небо влечёт неизвестная сила. Вплетающий солнце в терновый венок, Какая надежда тебя укусила?
7. «

   Это всё равно что дергать дверь, когда заело замок, или кричать «ловлю, ловлю, ловлю», когда мяч у тебя над головой летит на трибуны.

   Это всё равно что дергать дверь, когда заело замок, или кричать «ловлю, ловлю, ловлю», когда мяч у тебя над головой летит на трибуны.

   — Элис Сиболд · книга
8. «

   Я всегда себя в это втягиваю. Я всегда позволяю ему называть меня необыкновенной и отчасти этому верю. Я всегда прыгаю с убежденностью, что он меня поймает, и падаю. Я безнадежна. Я романтик и мечтатель, и однажды это меня погубит.

   Я всегда себя в это втягиваю. Я всегда позволяю ему называть меня необыкновенной и отчасти этому верю. Я всегда прыгаю с убежденностью, что он меня поймает, и падаю. Я безнадежна. Я романтик и мечтатель, и однажды это меня погубит.

   — Рупи Каур · книга
9. «

   Она легко повела плечом, устремив свой взор далеко за горизонт и о чем-то глубоко задумалась. Когда же заговорила, голос ее звучал отдаленно, словно сейчас она находилась далеко, ее отсутствие ощущалось даже физически, хотя он мог поклясться, что во всех подробностях мог рассмотреть ее лицо, которое было так близко. — Что же сказать? Ты решил, что сможешь осилить мой водоем, но кое-что пропустил. Да, я не просто море, я — океан. Можешь смеяться, но это так. Рано или поздно ты поймешь это. Более того, я не галактика, а вселенная. Ты когда-нибудь слышал о людях, которые смогли покорить океан или завоевать вселенную? — Я буду первооткрывателем! — Нет, — она усмехнулась, — не будешь. В конечном итоге, я проникну своими корнями так глубоко в твое сознание и сердце, что ты просто будешь задыхаться от нехватки меня и требовать добавки, пока не насытишься мною полностью. Но этого никогда не произойдет. Нет, не потому что я так уверена в своих силах, — улыбнувшись, она тяжело выдохнула, — по другой причине. Проще говоря, тебе не удастся обуздать мой океан, просто потому что ты не учел того, что он полон не воды, а огня, в таком же изобилии, как моя вселенная полна вольфрама и слез тех, кому я разбила сердце.

   Она легко повела плечом, устремив свой взор далеко за горизонт и о чем-то глубоко задумалась. Когда же заговорила, голос ее звучал отдаленно, словно сейчас она находилась далеко, ее отсутствие ощущалось даже физически, хотя он мог поклясться, что во всех подробностях мог рассмотреть ее лицо, которое было так близко. — Что же сказать? Ты решил, что сможешь осилить мой водоем, но кое-что пропустил. Да, я не просто море, я — океан. Можешь смеяться, но это так. Рано или поздно ты поймешь это. Более того, я не галактика, а вселенная. Ты когда-нибудь слышал о людях, которые смогли покорить океан или завоевать вселенную? — Я буду первооткрывателем! — Нет, — она усмехнулась, — не будешь. В конечном итоге, я проникну своими корнями так глубоко в твое сознание и сердце, что ты просто будешь задыхаться от нехватки меня и требовать добавки, пока не насытишься мною полностью. Но этого никогда не произойдет. Нет, не потому что я так уверена в своих силах, — улыбнувшись, она тяжело выдохнула, — по другой причине. Проще говоря, тебе не удастся обуздать мой океан, просто потому что ты не учел того, что он полон не воды, а огня, в таком же изобилии, как моя вселенная полна вольфрама и слез тех, кому я разбила сердце.

   — Елена
10. «

    Вроде слиты в одно и, однако, не схожи — «Никогда» и «когда-нибудь» слишком похожи...

    Вроде слиты в одно и, однако, не схожи — «Никогда» и «когда-нибудь» слишком похожи...

    — Татьяна Устименко · книга
11. «

    Напомни мне, зачем мы Проживаем эти дни? Словно книги, что на полках Годами собирают пыль, Мы мечтаем — нас откроют, На страницах найдут хоть какой-то смысл. Я надеюсь, невозможно Бесконечно нестись по течению вниз.

    Напомни мне, зачем мы Проживаем эти дни? Словно книги, что на полках Годами собирают пыль, Мы мечтаем — нас откроют, На страницах найдут хоть какой-то смысл. Я надеюсь, невозможно Бесконечно нестись по течению вниз.
12. «

    И там с изнанки не сталь, но олово. С меня достаточно лжи и фальши. И с виду все хорошо, все здорово, Но я не знаю как жить дальше.

    И там с изнанки не сталь, но олово. С меня достаточно лжи и фальши. И с виду все хорошо, все здорово, Но я не знаю как жить дальше.
13. «

    Маленький огонёк надежды, мерцавший внутри меня при написании первого тома, теперь стал почти не различим с моей точки зрения. У меня зрение ухудшилось? Или огонёк стал слабее?

    Маленький огонёк надежды, мерцавший внутри меня при написании первого тома, теперь стал почти не различим с моей точки зрения. У меня зрение ухудшилось? Или огонёк стал слабее?

    — Асано Ацуко · книга
14. «

    Приехать сюда можно, уехать — ни за что и никогда. Вы навсегда останетесь в России, вас закопают в тощую русскую землю, и из вашего праха вырастет главное русское растение — лопух.

    Приехать сюда можно, уехать — ни за что и никогда. Вы навсегда останетесь в России, вас закопают в тощую русскую землю, и из вашего праха вырастет главное русское растение — лопух.

    — Борис Акунин · книга
15. «

    Простейшие движения ума, к которым прибегал этот человек, чтобы заслониться от безнадежности человеческой судьбы, поражали своей абсурдной эффективностью.

    Простейшие движения ума, к которым прибегал этот человек, чтобы заслониться от безнадежности человеческой судьбы, поражали своей абсурдной эффективностью.

    — Виктор Пелевин · книга
16. «

    Я никому не даю второго шанса, даже себе.

    Я никому не даю второго шанса, даже себе.
17. «

    Я не верила в существование особого божьего промысла на свой счет. Не верила в то, что мои способности служат какой-то неведомой цели. Я просто считала, что в жизни мне крупно не повезло. И в меру сил пыталась более-менее сносно существовать с этим камнем на шее. Как вдруг камень увеличился до размеров надгробной плиты.

    Я не верила в существование особого божьего промысла на свой счет. Не верила в то, что мои способности служат какой-то неведомой цели. Я просто считала, что в жизни мне крупно не повезло. И в меру сил пыталась более-менее сносно существовать с этим камнем на шее. Как вдруг камень увеличился до размеров надгробной плиты.

    — Яна
18. «

    Я хочу быть стеной В чёрством мире, где всё понятно. Что ты сделал со мной? Верни всё обратно.

    Я хочу быть стеной В чёрством мире, где всё понятно. Что ты сделал со мной? Верни всё обратно.
19. «

    Говорят: целый народ нельзя подавлять без конца. Ложь! Можно! Мы же видим, как наш народ опустошился, одичал, и снизошло на него равнодушие уже не только к судьбам страны, уже не только к судьбе соседа, но даже к собственной судьбе и судьбе детей. Равнодушие, последняя спасительная реакция организма, стала нашей определяющей чертой. Оттого и популярность водки – невиданная даже по русским масштабам. Это – страшное равнодушие, когда человек видит свою жизнь не надколотой, не с отломанным уголком, а так безнадежно раздробленной, так вдоль и поперек изгаженной, что только ради алкогольного забвения еще стоит оставаться жить. Вот если бы водку запретили – тотчас бы у нас вспыхнула революция.

    Говорят: целый народ нельзя подавлять без конца. Ложь! Можно! Мы же видим, как наш народ опустошился, одичал, и снизошло на него равнодушие уже не только к судьбам страны, уже не только к судьбе соседа, но даже к собственной судьбе и судьбе детей. Равнодушие, последняя спасительная реакция организма, стала нашей определяющей чертой. Оттого и популярность водки – невиданная даже по русским масштабам. Это – страшное равнодушие, когда человек видит свою жизнь не надколотой, не с отломанным уголком, а так безнадежно раздробленной, так вдоль и поперек изгаженной, что только ради алкогольного забвения еще стоит оставаться жить. Вот если бы водку запретили – тотчас бы у нас вспыхнула революция.

    — Александр Солженицын · книга
20. «

    Слепому очков не подберешь.

    Слепому очков не подберешь.

    — Джеймс Джойс · книга