99 фраз на тему «безнадежность», которые цепляют

Собрали 99 цитат на тему «безнадежность» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Только три категории людей способны на абсолютное безразличие: безнадёжно наивные, безнадёжно замкнутые и полные безнадёжной надежды.

   Только три категории людей способны на абсолютное безразличие: безнадёжно наивные, безнадёжно замкнутые и полные безнадёжной надежды.

   — Элиф Шафак · книга
2. «

   Время надежды — юное время, оно неизбежно проходит. После него дорога не обрывается в пропасть, не заканчивается последним дерзким виражом, нет, все продолжается. Начинается время дрессировки самого себя, когда ты берешь потасканную геометрическую фигуру, в углы которой впаяны паспортные данные — имя, возраст, номер продукта, торговый индекс, и начинаешь усилием воли адаптировать ее к реалиям, которые никогда не будут лучше, которые таковы и таковыми останутся.

   Время надежды — юное время, оно неизбежно проходит. После него дорога не обрывается в пропасть, не заканчивается последним дерзким виражом, нет, все продолжается. Начинается время дрессировки самого себя, когда ты берешь потасканную геометрическую фигуру, в углы которой впаяны паспортные данные — имя, возраст, номер продукта, торговый индекс, и начинаешь усилием воли адаптировать ее к реалиям, которые никогда не будут лучше, которые таковы и таковыми останутся.
3. «

   Говорят: целый народ нельзя подавлять без конца. Ложь! Можно! Мы же видим, как наш народ опустошился, одичал, и снизошло на него равнодушие уже не только к судьбам страны, уже не только к судьбе соседа, но даже к собственной судьбе и судьбе детей. Равнодушие, последняя спасительная реакция организма, стала нашей определяющей чертой. Оттого и популярность водки – невиданная даже по русским масштабам. Это – страшное равнодушие, когда человек видит свою жизнь не надколотой, не с отломанным уголком, а так безнадежно раздробленной, так вдоль и поперек изгаженной, что только ради алкогольного забвения еще стоит оставаться жить. Вот если бы водку запретили – тотчас бы у нас вспыхнула революция.

   Говорят: целый народ нельзя подавлять без конца. Ложь! Можно! Мы же видим, как наш народ опустошился, одичал, и снизошло на него равнодушие уже не только к судьбам страны, уже не только к судьбе соседа, но даже к собственной судьбе и судьбе детей. Равнодушие, последняя спасительная реакция организма, стала нашей определяющей чертой. Оттого и популярность водки – невиданная даже по русским масштабам. Это – страшное равнодушие, когда человек видит свою жизнь не надколотой, не с отломанным уголком, а так безнадежно раздробленной, так вдоль и поперек изгаженной, что только ради алкогольного забвения еще стоит оставаться жить. Вот если бы водку запретили – тотчас бы у нас вспыхнула революция.

   — Александр Солженицын · книга
4. «

   И те клеточки сердца, которые созданы в нас природой для радости, став ненужными, — отмирают. И те кубики груди, в которых ютится вера, годами пустеют — и иссыхают.

   И те клеточки сердца, которые созданы в нас природой для радости, став ненужными, — отмирают. И те кубики груди, в которых ютится вера, годами пустеют — и иссыхают.

   — Александр Солженицын · книга
5. «

   Я не люблю безнадежности спин, Верю в энергию лиц. Против движенья иду один, Нарушив условность границ.

   Я не люблю безнадежности спин, Верю в энергию лиц. Против движенья иду один, Нарушив условность границ.
6. «

   Как может что-то стать лучше, когда все становится только хуже?

   Как может что-то стать лучше, когда все становится только хуже?

   — Терри Брукс · книга
7. «

   Не в том беда, что ты был слишком смел, А в том беда, что ты лишен надежды.

   Не в том беда, что ты был слишком смел, А в том беда, что ты лишен надежды.
8. «

   А я ведь в тебя прямо поверил... Думал, ты вернешь мне веру в этот мир. Но ты лишь показал мне, что вы, машины, созданы по нашему образу и подобию. Жестокие, эгоистичные сволочи... Ты открыл мне глаза, Коннор. Я понял, что все безнадежно.

   А я ведь в тебя прямо поверил... Думал, ты вернешь мне веру в этот мир. Но ты лишь показал мне, что вы, машины, созданы по нашему образу и подобию. Жестокие, эгоистичные сволочи... Ты открыл мне глаза, Коннор. Я понял, что все безнадежно.

   — Лейтенант Хэнк Андерсон · игра
9. «

   Тишина как струна, воздух, Я давно поняла, поздно... Ночь темна, у окна pозы, слезы, Слезы на цветах, а лунный кот...

   Тишина как струна, воздух, Я давно поняла, поздно... Ночь темна, у окна pозы, слезы, Слезы на цветах, а лунный кот...
10. «

    ... Это была особая необычайно гадкая vonn, которая исходит только от преступников, бллин, – вроде как пыльный такой, тусклый запах безнадёжности.

    ... Это была особая необычайно гадкая vonn, которая исходит только от преступников, бллин, – вроде как пыльный такой, тусклый запах безнадёжности.

    — Энтони Бёрджесс · книга
11. «

    Меня достал ***еж всех, от кого не ждешь, и безнадежность, что затянется петлей.

    Меня достал ***еж всех, от кого не ждешь, и безнадежность, что затянется петлей.
12. «

    — ... Даже если такого понятия, как собственная воля, в природе не существует, мы всё равно должны обращаться друг с другом так, будто она есть, чтобы сохранить общество, в котором живём. Потому что иначе каждый раз, когда кто-нибудь совершит нечто ужасное, ты не сможешь наказать его. Он ничего не мог с собой поделать — его гены, окружающая среда или сам Господь заставили его так поступить. И каждый раз, когда кто-то поступит благородно, ты не сможешь склониться перед ним, потому что и он всего марионетка. А если ты считаешь, что все вокруг марионетки, так чего ж с ними разговаривать? Зачем стремиться куда-то, что-то создавать, раз все твои замыслы, твои создания, мечты или грёзы — всего лишь сценарий, вложенный в тебя твоим кукольником. — Безнадёжность, — подвёл итог Миро. — Поэтому мы принимаем самих себя и всех окружающих за созданий, обладающих собственной волей. Мы обращаемся друг с другом, будто нами движет возникшее в уме намерение, а не какой-то неведомый творец. Мы наказываем преступников. Мы награждаем альтруистов. Мы строим планы на будущее и претворяем их в жизнь. Мы обещаем и ожидаем исполнения данного слова. Всё это шито белыми нитками, но, когда каждый уверует в то, что действия ближних — это результат свободного выбора, и будет соответственно относиться к правам и обязанностям, исходным результатом станет цивилизация.

    — ... Даже если такого понятия, как собственная воля, в природе не существует, мы всё равно должны обращаться друг с другом так, будто она есть, чтобы сохранить общество, в котором живём. Потому что иначе каждый раз, когда кто-нибудь совершит нечто ужасное, ты не сможешь наказать его. Он ничего не мог с собой поделать — его гены, окружающая среда или сам Господь заставили его так поступить. И каждый раз, когда кто-то поступит благородно, ты не сможешь склониться перед ним, потому что и он всего марионетка. А если ты считаешь, что все вокруг марионетки, так чего ж с ними разговаривать? Зачем стремиться куда-то, что-то создавать, раз все твои замыслы, твои создания, мечты или грёзы — всего лишь сценарий, вложенный в тебя твоим кукольником. — Безнадёжность, — подвёл итог Миро. — Поэтому мы принимаем самих себя и всех окружающих за созданий, обладающих собственной волей. Мы обращаемся друг с другом, будто нами движет возникшее в уме намерение, а не какой-то неведомый творец. Мы наказываем преступников. Мы награждаем альтруистов. Мы строим планы на будущее и претворяем их в жизнь. Мы обещаем и ожидаем исполнения данного слова. Всё это шито белыми нитками, но, когда каждый уверует в то, что действия ближних — это результат свободного выбора, и будет соответственно относиться к правам и обязанностям, исходным результатом станет цивилизация.

    — Орсон Скотт Кард · книга
13. «

    В мире, где всем завладела пошлость, нет и не может быть ничего нового.

    В мире, где всем завладела пошлость, нет и не может быть ничего нового.

    — Екатерина Гениева · книга
14. «

    Чем больше друзей, знакомых женщин, тем отчётливее становится одиночество.

    Чем больше друзей, знакомых женщин, тем отчётливее становится одиночество.

    — Александр Вампилов · книга
15. «

    ...человек всю свою жизнь как бы прыгает со ступеньки на ступеньку. С верхней, отчаянной, на следующую. На ней стоят просто смелые, и это нормально. Еще маленький прыжок вниз, и ты уже среди осторожных. А на самой нижней ступеньке сгрудилась масса робких, и никто не замечает, что одним человеком стало больше. А затем, волоча ноги, все они тащатся по ровному пространству к тлену.

    ...человек всю свою жизнь как бы прыгает со ступеньки на ступеньку. С верхней, отчаянной, на следующую. На ней стоят просто смелые, и это нормально. Еще маленький прыжок вниз, и ты уже среди осторожных. А на самой нижней ступеньке сгрудилась масса робких, и никто не замечает, что одним человеком стало больше. А затем, волоча ноги, все они тащатся по ровному пространству к тлену.

    — Эмэ Бээкман · книга
16. «

    Навсегда… Не правда ли, какое решительное слово? Только я бы ещё добавил – безнадежное…

    Навсегда… Не правда ли, какое решительное слово? Только я бы ещё добавил – безнадежное…

    — Олег Рой · книга
17. «

    Холодно бродить по свету, Холодней лежать в гробу. Помни это, помни это, Не кляни свою судьбу.

    Холодно бродить по свету, Холодней лежать в гробу. Помни это, помни это, Не кляни свою судьбу.

    — Георгий Иванов
18. «

    Мы станем легендами. А легенды выше таких мелочей, как счастье.

    Мы станем легендами. А легенды выше таких мелочей, как счастье.

    — Холли Блэк · книга
19. «

    Сейчас самое главное — не поддаться безнадежности и панике. Нет таких ловушек, такого плена, откуда не было бы выхода, — если перестанешь верить, что выход есть, тут-то и сломаешься...

    Сейчас самое главное — не поддаться безнадежности и панике. Нет таких ловушек, такого плена, откуда не было бы выхода, — если перестанешь верить, что выход есть, тут-то и сломаешься...

    — Александр Бушков · книга
20. «

    Такой человек – окурок, брошенный в пепельницу мегаполиса.

    Такой человек – окурок, брошенный в пепельницу мегаполиса.

    — Сергей Минаев · книга