75 цитат про «Красивые цитаты про бог», которые стоит перечитать

Тема «Красивые цитаты про бог» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 75 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Может быть, я ошибаюсь, но по мне это и есть рождение свыше — в каждой войне, в каждом бедствии, в каждой потере признать мудрую руку Отца и во всём ему покориться.

   Может быть, я ошибаюсь, но по мне это и есть рождение свыше — в каждой войне, в каждом бедствии, в каждой потере признать мудрую руку Отца и во всём ему покориться.

   — Мария Фариса · книга
2. «

   Ничто не остается безнаказанным под всевидящим оком Господа.

   Ничто не остается безнаказанным под всевидящим оком Господа.

   — Джеймс Роллинс · книга
3. «

   Любить бога было легко, как легко любить идеал. Жертвенность казалось красивой и радовала возможностью любоваться собой, а отказ от реальности был удобен и не требовал никаких действий и решений. Но любовь есть любовь, и однажды ее чувство потребовало большего. Оно потребовало рук, способных прикасаться и сжимать в объятиях, оно потребовало губ, умеющих целовать, оно пришло к простому выводу бытия: к ценности ношеной блеклой рубашки, под которой изгиб груди прячет дыхание и сердцебиение настоящего, живого, осязаемого человека. Человека, который был ее богом.

   Любить бога было легко, как легко любить идеал. Жертвенность казалось красивой и радовала возможностью любоваться собой, а отказ от реальности был удобен и не требовал никаких действий и решений. Но любовь есть любовь, и однажды ее чувство потребовало большего. Оно потребовало рук, способных прикасаться и сжимать в объятиях, оно потребовало губ, умеющих целовать, оно пришло к простому выводу бытия: к ценности ношеной блеклой рубашки, под которой изгиб груди прячет дыхание и сердцебиение настоящего, живого, осязаемого человека. Человека, который был ее богом.

   — Аль Квотион · книга
4. «

   Живой Бог чувствует свои творения, как женщина чувствует своего ребенка всей плотской полнотой своего существа.

   Живой Бог чувствует свои творения, как женщина чувствует своего ребенка всей плотской полнотой своего существа.

   — Оливье-Морис Клеман · книга
5. «

   Преображение Господне... Ласковый, тихий свет от него в душе — доныне. Должно быть, от утреннего сада, от светлого голубого неба, от ворохов соломы, от яблочков грушовки, хоронящихся в зелени, в которой уже желтеют отдельные листочки, — зелёно-золотистый, мягкий. Ясный, голубоватый день, не жарко, август. Подсолнухи уже переросли заборы и выглядывают на улицу, — не идёт ли уж крестный ход? Скоро их шапки срежут и понесут под пенье на золотых хоругвях. Первое яблочко, грушовка в нашем саду, — поспела, закраснелись. Будем её трясти — для завтра.

   Преображение Господне... Ласковый, тихий свет от него в душе — доныне. Должно быть, от утреннего сада, от светлого голубого неба, от ворохов соломы, от яблочков грушовки, хоронящихся в зелени, в которой уже желтеют отдельные листочки, — зелёно-золотистый, мягкий. Ясный, голубоватый день, не жарко, август. Подсолнухи уже переросли заборы и выглядывают на улицу, — не идёт ли уж крестный ход? Скоро их шапки срежут и понесут под пенье на золотых хоругвях. Первое яблочко, грушовка в нашем саду, — поспела, закраснелись. Будем её трясти — для завтра.

   — Иван Сергеевич Шмелев · книга
6. «

   Я был самонадеян, горд и порой позволял себе говорить, что не верю в Бога. «Не верю в Бога» — дикие слова! Но я повторял их не раз и даже настаивал на своем неверии: мне мнилось, что неверие — разновидность инакомыслия. Тогда я говорил себе и другим, что не потерплю над собой никакой власти: ни советской, ни светской, ни церковной, ни духовной. И даже в одном из разговоров я сравнил литургию с партсобранием: дескать, и здесь и там человека подавляют, оглушают все чувства разом — пышностью обряда, многословием проповеди, назойливостью гимна. Но в чистой кирхе ничто не оглушало: ни пышности, ни многословия. Тишина и тихая музыка. Музыка была особенная, раздумчиво-доверительная, точно кто-то неторопливо разговаривал с тобой мелодичным голосом.

   Я был самонадеян, горд и порой позволял себе говорить, что не верю в Бога. «Не верю в Бога» — дикие слова! Но я повторял их не раз и даже настаивал на своем неверии: мне мнилось, что неверие — разновидность инакомыслия. Тогда я говорил себе и другим, что не потерплю над собой никакой власти: ни советской, ни светской, ни церковной, ни духовной. И даже в одном из разговоров я сравнил литургию с партсобранием: дескать, и здесь и там человека подавляют, оглушают все чувства разом — пышностью обряда, многословием проповеди, назойливостью гимна. Но в чистой кирхе ничто не оглушало: ни пышности, ни многословия. Тишина и тихая музыка. Музыка была особенная, раздумчиво-доверительная, точно кто-то неторопливо разговаривал с тобой мелодичным голосом.

   — Максим Кантор · книга
7. «

   Если людей действительно создал Бог, то на Якуба он потратил немножко больше времени.

   Если людей действительно создал Бог, то на Якуба он потратил немножко больше времени.

   — Януш Леон Вишневский · книга
8. «

   Если устанешь — ни слова. А если сойдешь с пути - обедай с внутренним Богом, Даже если его не найти.

   Если устанешь — ни слова. А если сойдешь с пути - обедай с внутренним Богом, Даже если его не найти.
9. «

   Когда была она, мне не нужно было никакого Бога.

   Когда была она, мне не нужно было никакого Бога.

   — Януш Леон Вишневский · книга
10. «

    Нет в мире ничего чудесней человека: В нем бог и сатана соседствуют от века.

    Нет в мире ничего чудесней человека: В нем бог и сатана соседствуют от века.

    — Ангелус Силезиус
11. «

    Иногда наша жизнь зарастает цветами - Это значит, мой друг, Он прошел между нами... Но увидеть Его нелегко.

    Иногда наша жизнь зарастает цветами - Это значит, мой друг, Он прошел между нами... Но увидеть Его нелегко.
12. «

    Сначала не было, а потом стало. Прежде Бога не было никого.

    Сначала не было, а потом стало. Прежде Бога не было никого.

    — Анита Амирезвани · книга
13. «

    Ах, любовь! Что я могу сказать о любви, чего вы, люди, еще не знаете? Любите себя! Любите тех, кто вокруг вас! Любите даже тех, кого не знаете! Не тратьте вашу любовь на Бога, который ее не ждет и в ней не нуждается. Ведь если он вечен и совершенен, то не нуждается ни в чем. Вы люди и должны любить людей. Любовь гонит прочь одиночество. Любовь греет душу, даже если мерзнет тело. Любовь — светоч Человечества!

    Ах, любовь! Что я могу сказать о любви, чего вы, люди, еще не знаете? Любите себя! Любите тех, кто вокруг вас! Любите даже тех, кого не знаете! Не тратьте вашу любовь на Бога, который ее не ждет и в ней не нуждается. Ведь если он вечен и совершенен, то не нуждается ни в чем. Вы люди и должны любить людей. Любовь гонит прочь одиночество. Любовь греет душу, даже если мерзнет тело. Любовь — светоч Человечества!

    — Колин Маккалоу · книга
14. «

    И в мире я — над пропастью во ржи. А в пропасти — глобальная кастрация ума и чувств. Постой, останься тут. Бог умер? Скальпель. Свет. Реанимация. Рот в рот. Вдыхая жизнь и красоту.

    И в мире я — над пропастью во ржи. А в пропасти — глобальная кастрация ума и чувств. Постой, останься тут. Бог умер? Скальпель. Свет. Реанимация. Рот в рот. Вдыхая жизнь и красоту.

    — Аль Квотион · книга
15. «

    Бог! Ведь это просто слово, один обыкновенный слог для объяснения существования мира.

    Бог! Ведь это просто слово, один обыкновенный слог для объяснения существования мира.

    — Дени Дидро
16. «

    Солнце и цветы — два голоса, в которых слышишь любовь Господа.

    Солнце и цветы — два голоса, в которых слышишь любовь Господа.
17. «

    Когда Богу на небе скучно, он открывает окно и смотрит на парижские бульвары.

    Когда Богу на небе скучно, он открывает окно и смотрит на парижские бульвары.

    — Полночь в Париже (Midnight in Paris) · фильм
18. «

    Они называют себя богами. Но когда они умирают, память о них уносит ветер. Да, небеса боятся меня. Не потому что я — божество, а потому что я — человек. Я — брат воинов, спящих под пшеничным полем. Я — брат сотни проигранных битв. Я покажу богам, кто я и кем могу стать!

    Они называют себя богами. Но когда они умирают, память о них уносит ветер. Да, небеса боятся меня. Не потому что я — божество, а потому что я — человек. Я — брат воинов, спящих под пшеничным полем. Я — брат сотни проигранных битв. Я покажу богам, кто я и кем могу стать!

    — Атрей / Пантеон (Atreus / Pantheon) · игра
19. «

    Наверное, Бог знает, что делает. Нашёл же Он мне тебя.

    Наверное, Бог знает, что делает. Нашёл же Он мне тебя.

    — Януш Леон Вишневский · книга
20. «

    Я считал себя орудием в деснице Господа, а не игрушкой в руках людей.

    Я считал себя орудием в деснице Господа, а не игрушкой в руках людей.

    — Азраил · игра