33 высказываний на тему «буддизм»

33 цитаты про «буддизм»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Невозможно предсказать, когда смерть настигнет нас или кого-то другого. Каждый раз, когда мы расстаемся с кем-то на короткое время, нет уверенности, доведется ли нам встретиться еще раз. Осознание этого может помочь нам перестать цепляться за свои негативные эмоции и как можно быстрее разрешить проблемы, возникающие в отношениях с другими.

   Невозможно предсказать, когда смерть настигнет нас или кого-то другого. Каждый раз, когда мы расстаемся с кем-то на короткое время, нет уверенности, доведется ли нам встретиться еще раз. Осознание этого может помочь нам перестать цепляться за свои негативные эмоции и как можно быстрее разрешить проблемы, возникающие в отношениях с другими.

   — Сангье Кхадро · книга
2. «

   Как сказал Будда, у нас у всех один удел — трахаться.

   Как сказал Будда, у нас у всех один удел — трахаться.

   — Шарль Шатне · игра
3. «

   Любовь и вечность ничто, если мы одиноки. Вместе мы победим смерть, ибо каждый из нас в своей жизни может достичь Нирваны, показывая свою любовь.

   Любовь и вечность ничто, если мы одиноки. Вместе мы победим смерть, ибо каждый из нас в своей жизни может достичь Нирваны, показывая свою любовь.
4. «

   Не беспокойтесь так сильно о том, как вы выглядите, а лучше сосредоточьтесь на том, чтобы не тратить свою жизнь впустую.

   Не беспокойтесь так сильно о том, как вы выглядите, а лучше сосредоточьтесь на том, чтобы не тратить свою жизнь впустую.

   — Дильго Кхьенце Ринпоче · книга
5. «

   Как скоту, тянущему повозки, удаётся ухватить лишь пучок травы, так и людям, охваченным желаниями, много тяжкого выпадает на долю и мало приятного.

   Как скоту, тянущему повозки, удаётся ухватить лишь пучок травы, так и людям, охваченным желаниями, много тяжкого выпадает на долю и мало приятного.

   — Шантидева
6. «

   Слышал ли я хлопок одной ладони? Много раз в детстве, когда мама шлепала меня по попке. Я думаю, что поэтому и стал буддистом.

   Слышал ли я хлопок одной ладони? Много раз в детстве, когда мама шлепала меня по попке. Я думаю, что поэтому и стал буддистом.

   — Виктор Пелевин
7. «

   Будда сидел под деревом и говорил с учениками. К нему подошел человек и плюнул ему в лицо. Он вытер плевок и спросил этого человека: — Еще что-нибудь? Ты еще что-нибудь хочешь сказать?

   Будда сидел под деревом и говорил с учениками. К нему подошел человек и плюнул ему в лицо. Он вытер плевок и спросил этого человека: — Еще что-нибудь? Ты еще что-нибудь хочешь сказать?

   — Ошо (Бхагван Шри Раджниш) · книга
8. «

   Проблема в том, что, фокусируясь на прошлом или будущем, мы никогда целиком не отдаемся делу в настоящем, и, таким образом, оно поистине никогда не приносит нам удовлетворения. Мы всегда в ожидании того, что в будущем будет нечто более великое, высокое, глубокое, более совершенное.

   Проблема в том, что, фокусируясь на прошлом или будущем, мы никогда целиком не отдаемся делу в настоящем, и, таким образом, оно поистине никогда не приносит нам удовлетворения. Мы всегда в ожидании того, что в будущем будет нечто более великое, высокое, глубокое, более совершенное.

   — Тартанг Тулку Ринпоче · книга
9. «

   Если нам нужны именно искренние улыбки, то мы сами должны создавать условия для их проявления.

   Если нам нужны именно искренние улыбки, то мы сами должны создавать условия для их проявления.

   — Далай-лама XIV · книга
10. «

    В буддийской легенде секты Дзен рассказывается, как одного учителя спросили, что самое ценное на свете, и тот ответил — дохлая кошка, потому что ей цены нет.

    В буддийской легенде секты Дзен рассказывается, как одного учителя спросили, что самое ценное на свете, и тот ответил — дохлая кошка, потому что ей цены нет.

    — Джером Дэвид Сэлинджер · книга
11. «

    Когда вы испытываете зависть или желание отомстить врагу, не сосредоточивайтесь на его недостатках, а задумайтесь о том, что он собой представляет в действительности. У большинства людей хорошие и плохие качества перемешаны, и трудно найти такого человека, который был бы плох во всех отношениях.

    Когда вы испытываете зависть или желание отомстить врагу, не сосредоточивайтесь на его недостатках, а задумайтесь о том, что он собой представляет в действительности. У большинства людей хорошие и плохие качества перемешаны, и трудно найти такого человека, который был бы плох во всех отношениях.

    — Далай-лама XIV · книга
12. «

    Нет счастья, равного спокойствию.

    Нет счастья, равного спокойствию.

    — Сиддхартха Гаутама (Будда)
13. «

    Я вижу, как некоторые молодые ребята – наши соотечественники, не прочитав ни строчки из Евангелия, начинают читать брахманскую, буддийскую литературу, Коран и тому подобное. Едут они и к индийским гуру. Потом там им приходится не по душе и они возвращаются в Православие, однако уже заразившись в этих восточных культах целой кучей разных [духовных] микробов. Люди повреждаются, и потом им трудно найти истину. Пусть человек сперва [жизненным опытом] познает Православие, а потом – если Православие ему не нравится – уходит из него. Пусть он познает Православие правильно и потом сравнит его с различными религиозными учениями, о которых он слышит. Ведь, познав Православие, человек сможет отличить подделку от золота или понять, насколько чисто золото, сколько в нем каратов. Такого человека не проведешь на мякине, он не принимает за золото все то, что блестит.

    Я вижу, как некоторые молодые ребята – наши соотечественники, не прочитав ни строчки из Евангелия, начинают читать брахманскую, буддийскую литературу, Коран и тому подобное. Едут они и к индийским гуру. Потом там им приходится не по душе и они возвращаются в Православие, однако уже заразившись в этих восточных культах целой кучей разных [духовных] микробов. Люди повреждаются, и потом им трудно найти истину. Пусть человек сперва [жизненным опытом] познает Православие, а потом – если Православие ему не нравится – уходит из него. Пусть он познает Православие правильно и потом сравнит его с различными религиозными учениями, о которых он слышит. Ведь, познав Православие, человек сможет отличить подделку от золота или понять, насколько чисто золото, сколько в нем каратов. Такого человека не проведешь на мякине, он не принимает за золото все то, что блестит.

    — Паисий Святогорец
14. «

    Нельзя легкомысленно относиться к добру, думая: «Совсем немного никак на меня не повлияет»; Как дождь заполняет водой кувшин, капля за каплей, Так и мудрец наполняется добродетелью, накапливая её понемногу.

    Нельзя легкомысленно относиться к добру, думая: «Совсем немного никак на меня не повлияет»; Как дождь заполняет водой кувшин, капля за каплей, Так и мудрец наполняется добродетелью, накапливая её понемногу.

    — Будда Шакьямуни · книга
15. «

    Мясо было таким жестким и жилистым, что сразу становилось ясно: эта корова умерла своей смертью после долгих лет существования впроголодь. Нож был таким тупым, что сразу становилось ясно: оселок не прикасался к его лезвию по меньшей мере в течение трех предыдущих жизней этого куска железа. Змееныш Цай обреченно скрипел проклятым ножом по проклятому мясу, прекрасно понимая, что выполнить приказ – до полудня разделать выданные ему полутуши говядины – он не сможет даже в случае особого расположения милостивого Будды. Впрочем, он уже привык к подобным заданиям. Таскать воду дырявым ведром; мыть полы, по которым время от времени прохаживалась толпа монахов в грязных сандалиях, беседуя исключительно о высоком; покорно выслушивать обвинения то в воровстве, то в непочтительности, то еще в чем-то, кланяясь и не предпринимая малейших попыток оправдаться – за такие попытки больно били палкой и продолжали обвинять с удесятеренным рвением; по сто раз на дню доставлять преподобным отцам забытые ими где попало веера и мухобойки, вместо благодарности получая оплеухи…<...> и пилящий жесткое мясо тупым ножом Змееныш все время думал: в чем же разница? Ему казалось, что именно в этом неуловимом различии, как в скрытом под жесткой скорлупой ядре ореха, кроется если не ответ на вопрос, то хотя бы часть ответа. Все чаще и чаще он вспоминал слова раненого хэшана, услышанные в страшной роще, достойной украшать скорее варварские земли, чем окрестности благочестивой обители: – Если хочешь, чтобы патриарх Шаолиня назвал тебя послушником, – забудь эти слова. – Какие? – Справедливость и подлость. Человеческая нравственность заканчивается у ног Будды, и не думай, что это плохо или хорошо. Это просто по-другому. Совсем по-другому.

    Мясо было таким жестким и жилистым, что сразу становилось ясно: эта корова умерла своей смертью после долгих лет существования впроголодь. Нож был таким тупым, что сразу становилось ясно: оселок не прикасался к его лезвию по меньшей мере в течение трех предыдущих жизней этого куска железа. Змееныш Цай обреченно скрипел проклятым ножом по проклятому мясу, прекрасно понимая, что выполнить приказ – до полудня разделать выданные ему полутуши говядины – он не сможет даже в случае особого расположения милостивого Будды. Впрочем, он уже привык к подобным заданиям. Таскать воду дырявым ведром; мыть полы, по которым время от времени прохаживалась толпа монахов в грязных сандалиях, беседуя исключительно о высоком; покорно выслушивать обвинения то в воровстве, то в непочтительности, то еще в чем-то, кланяясь и не предпринимая малейших попыток оправдаться – за такие попытки больно били палкой и продолжали обвинять с удесятеренным рвением; по сто раз на дню доставлять преподобным отцам забытые ими где попало веера и мухобойки, вместо благодарности получая оплеухи…<...> и пилящий жесткое мясо тупым ножом Змееныш все время думал: в чем же разница? Ему казалось, что именно в этом неуловимом различии, как в скрытом под жесткой скорлупой ядре ореха, кроется если не ответ на вопрос, то хотя бы часть ответа. Все чаще и чаще он вспоминал слова раненого хэшана, услышанные в страшной роще, достойной украшать скорее варварские земли, чем окрестности благочестивой обители: – Если хочешь, чтобы патриарх Шаолиня назвал тебя послушником, – забудь эти слова. – Какие? – Справедливость и подлость. Человеческая нравственность заканчивается у ног Будды, и не думай, что это плохо или хорошо. Это просто по-другому. Совсем по-другому.

    — Генри Лайон Олди · книга
16. «

    Именно «я» боится неудач и жаждет успеха, страшится ада и мечтает о небесах обетованных. «Я» терпеть не может страдания, но в то же самое время любит его причины. Оно с тупым упрямством ведёт войны во имя мира. Оно желает просветления, но недолюбливает путь к просветлению. Оно желает работать по-социалистически, а жить по-капиталистически. Когда «я» ощущает одиночество, оно мечтает о дружбе. Его одержимость теми, кого оно любит, проявляется в страсти, которая может легко превратиться в ненависть. Его потенциальные оппоненты — например духовные пути, призванные победить эго, — зачастую искажаются им и становятся союзниками «я». В искусстве шулерской игры ему нет равных.

    Именно «я» боится неудач и жаждет успеха, страшится ада и мечтает о небесах обетованных. «Я» терпеть не может страдания, но в то же самое время любит его причины. Оно с тупым упрямством ведёт войны во имя мира. Оно желает просветления, но недолюбливает путь к просветлению. Оно желает работать по-социалистически, а жить по-капиталистически. Когда «я» ощущает одиночество, оно мечтает о дружбе. Его одержимость теми, кого оно любит, проявляется в страсти, которая может легко превратиться в ненависть. Его потенциальные оппоненты — например духовные пути, призванные победить эго, — зачастую искажаются им и становятся союзниками «я». В искусстве шулерской игры ему нет равных.

    — Дзонгсар Кхьенце Норбу Ринпоче · книга
17. «

    Если вы научитесь осознанно терпеть незначительные проблемы, то постепенно обретёте неуязвимую стойкость к страданиями, какой бы ни была их степень. Никогда не допускайте, чтобы страдания вывели ум из равновесия, — именно так поступают мудрецы.

    Если вы научитесь осознанно терпеть незначительные проблемы, то постепенно обретёте неуязвимую стойкость к страданиями, какой бы ни была их степень. Никогда не допускайте, чтобы страдания вывели ум из равновесия, — именно так поступают мудрецы.

    — Далай-лама XIV · книга
18. «

    Кроме того, важно понять, что, раз вы буддист, вы не призваны и не обязаны обращать в буддизм остальной мир. Буддисты и буддизм – разные вещи, как демократы и демократия. Я уверен, что многие буддисты делали и делают ужасные вещи по отношению к себе самим и к окружающим. Но радует то, что до сих пор буддисты никогда не развязывали войн и не грабили храмы других религий во имя Будды и ради обращения в свою веру.

    Кроме того, важно понять, что, раз вы буддист, вы не призваны и не обязаны обращать в буддизм остальной мир. Буддисты и буддизм – разные вещи, как демократы и демократия. Я уверен, что многие буддисты делали и делают ужасные вещи по отношению к себе самим и к окружающим. Но радует то, что до сих пор буддисты никогда не развязывали войн и не грабили храмы других религий во имя Будды и ради обращения в свою веру.

    — Дзонгсар Кхьенце Норбу Ринпоче · книга
19. «

    Стоическая духовность есть примирение с миром таким, каков он есть. Буддизм хочет, чтобы мир угас, рассеялся, как мираж и призрак. Стоицизм же думает, что миром правит разум, но нужно достигнуть мудрого безразличия к тому, что причиняет страдание, безразличия к смерти.

    Стоическая духовность есть примирение с миром таким, каков он есть. Буддизм хочет, чтобы мир угас, рассеялся, как мираж и призрак. Стоицизм же думает, что миром правит разум, но нужно достигнуть мудрого безразличия к тому, что причиняет страдание, безразличия к смерти.

    — Николай Александрович Бердяев · книга
20. «

    Буддизм есть единственная истинно позитивистская религия, встречающаяся в истории; даже в своей теории познания (строгом феноменализме) он не говорит: «борьба против греха», но, с полным признанием действительности, он говорит: «борьба против страдания».

    Буддизм есть единственная истинно позитивистская религия, встречающаяся в истории; даже в своей теории познания (строгом феноменализме) он не говорит: «борьба против греха», но, с полным признанием действительности, он говорит: «борьба против страдания».

    — Фридрих Вильгельм Ницше · книга