346 цитат про «человечность» для вдохновения

346 цитат про «человечность»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Человечность и душа, которой наделил меня Бог, существовали, но, к сожалению, разбились со временем.

   Человечность и душа, которой наделил меня Бог, существовали, но, к сожалению, разбились со временем.

   — Тед Банди
2. «

   Если человечность, общение меж людьми считать своего рода религией, то Гобсека можно было назвать атеистом.

   Если человечность, общение меж людьми считать своего рода религией, то Гобсека можно было назвать атеистом.

   — Оноре де Бальзак · книга
3. «

   Самосознание означает, что мы стали обостренно чувствовать свои страдания и свою человечность, осознавать, что с нами происходит и на что мы имеем право.

   Самосознание означает, что мы стали обостренно чувствовать свои страдания и свою человечность, осознавать, что с нами происходит и на что мы имеем право.

   — Андреа Рита Дворкин
4. «

   Это сердце. Человеческое сердце. Только оно умеет так грустить и радоваться.

   Это сердце. Человеческое сердце. Только оно умеет так грустить и радоваться.

   — пантера Багира · мультфильм
5. «

   Но бывают и другие случаи — моменты, когда мы испытываем нашу общность с другими. Тогда мы открываем для себя, что все люди боятся и надеются, любят и ненавидят, страждут и поклоняются. Тогда мы открываем свою человечность, и наше внутреннее знание подтверждает глубокую общность людей.

   Но бывают и другие случаи — моменты, когда мы испытываем нашу общность с другими. Тогда мы открываем для себя, что все люди боятся и надеются, любят и ненавидят, страждут и поклоняются. Тогда мы открываем свою человечность, и наше внутреннее знание подтверждает глубокую общность людей.

   — Джеймс Бьюдженталь · книга
6. «

   Ты прав. Совершенно прав. Все проходит, всё и вся сходит на нет. Человечество в дерьме, чувак. Мы думаем, что такие неубиваемые и вечные, потому что мыслим и можем о себе позаботиться в отличие от таксофонов или книг, но, держу пари, динозавры тоже думали, что вечно будут у руля.

   Ты прав. Совершенно прав. Все проходит, всё и вся сходит на нет. Человечество в дерьме, чувак. Мы думаем, что такие неубиваемые и вечные, потому что мыслим и можем о себе позаботиться в отличие от таксофонов или книг, но, держу пари, динозавры тоже думали, что вечно будут у руля.

   — Адам Сильвера · книга
7. «

   Все милосердие, которое может войти в судьбу человека – это его же собственный труд в веках, труд в единении с великими и малыми людьми, труд любви и благородства. Честь человека и его честность, доброта и красота, которые он пробудил в сердце встречных, а не ждал, чтобы их ему кто-то принес, – вот вековой труд человеческого пути, пути живого неба и живой земли.

   Все милосердие, которое может войти в судьбу человека – это его же собственный труд в веках, труд в единении с великими и малыми людьми, труд любви и благородства. Честь человека и его честность, доброта и красота, которые он пробудил в сердце встречных, а не ждал, чтобы их ему кто-то принес, – вот вековой труд человеческого пути, пути живого неба и живой земли.

   — Конкордия Антарова · книга
8. «

   — Я никого не предам. Никого. Есть вещи важнее собственной шкуры. — Где? Что это такое? Из чего оно сделано? Это бред. Мы смертны. Со смертью всё заканчивается — и для нас, и для всей жизни. Для всего мира. Это не стоит того. Зачем? Чтобы подать пример будущим поколениям? Но героической смерти у тебя не будет. Ты просто умрёшь. Сдохнешь, как предатель. А если ты не скажешь, скажет кто-то другой. И мы спишем это на тебя. Понял? — Отбросы. Человеческий отбросы. — Теперь ты увидишь, что такое настоящая отбросы. Не удивляйся. Это будешь не я, а ты сам. Ты откроешь в себе то, чего никогда не мог представить. Куда уйдёт твоя выдержка? И это фанатичное свечение в глазах. Страх выжмет из тебя всё это. Именно так. Страх потерять свою шкуру. И тогда ты узнаешь, кто ты... одинокий, брошенный... простой человек — ничтожество, полное обыденной дряни. Без всяких твоих благородных слов и твоей заносчивости. Вот где правда. Ты меня не оскорблял. Нет. Я знаю, что такое человек на самом деле. И ты тоже узнаешь.

   — Я никого не предам. Никого. Есть вещи важнее собственной шкуры. — Где? Что это такое? Из чего оно сделано? Это бред. Мы смертны. Со смертью всё заканчивается — и для нас, и для всей жизни. Для всего мира. Это не стоит того. Зачем? Чтобы подать пример будущим поколениям? Но героической смерти у тебя не будет. Ты просто умрёшь. Сдохнешь, как предатель. А если ты не скажешь, скажет кто-то другой. И мы спишем это на тебя. Понял? — Отбросы. Человеческий отбросы. — Теперь ты увидишь, что такое настоящая отбросы. Не удивляйся. Это будешь не я, а ты сам. Ты откроешь в себе то, чего никогда не мог представить. Куда уйдёт твоя выдержка? И это фанатичное свечение в глазах. Страх выжмет из тебя всё это. Именно так. Страх потерять свою шкуру. И тогда ты узнаешь, кто ты... одинокий, брошенный... простой человек — ничтожество, полное обыденной дряни. Без всяких твоих благородных слов и твоей заносчивости. Вот где правда. Ты меня не оскорблял. Нет. Я знаю, что такое человек на самом деле. И ты тоже узнаешь.

   — Борис Андреевич Сотников · фильм
9. «

   — А вы сами, — сказал Фариа, — почему вы не убили тюремщика ножкой от стола, не надели его платья и не попытались бежать? — Потому, что мне это не пришло в голову, — отвечал Дантес. — Потому что в вас природой заложено отвращение к убийству: такое отвращение, что вы об этом даже не подумали, — продолжал старик, — в делах простых и дозволенных наши естественные побуждения ведут нас по прямому пути. Тигру, который рождён для пролития крови, — это его дело, его назначение, — нужно только одно: чтобы обоняние дало ему знать о близости добычи. Он тотчас же бросается на неё и разрывает на куски. Это его инстинкт, и он ему повинуется. Но человеку, напротив, кровь претит; не законы общества запрещают нам убийство, а законы природы.

   — А вы сами, — сказал Фариа, — почему вы не убили тюремщика ножкой от стола, не надели его платья и не попытались бежать? — Потому, что мне это не пришло в голову, — отвечал Дантес. — Потому что в вас природой заложено отвращение к убийству: такое отвращение, что вы об этом даже не подумали, — продолжал старик, — в делах простых и дозволенных наши естественные побуждения ведут нас по прямому пути. Тигру, который рождён для пролития крови, — это его дело, его назначение, — нужно только одно: чтобы обоняние дало ему знать о близости добычи. Он тотчас же бросается на неё и разрывает на куски. Это его инстинкт, и он ему повинуется. Но человеку, напротив, кровь претит; не законы общества запрещают нам убийство, а законы природы.

   — Александр Дюма · книга
10. «

    — Что же вы предлагаете всё обобществить? — Я предлагаю очеловечить.

    — Что же вы предлагаете всё обобществить? — Я предлагаю очеловечить.

    — Олег Оскарович Кукс · фильм
11. «

    Ты не знаешь, как сильно он ценил ваше общество. Вы все обращались с ним как с собакой, а он любил вас, как братьев, и отдал бы жизнь за каждого из вас. Но вы все были слишком поглощены своим величием, искали какую-то дурную великую миссию. И при этом забыли о простых ценностях человеческой жизни...

    Ты не знаешь, как сильно он ценил ваше общество. Вы все обращались с ним как с собакой, а он любил вас, как братьев, и отдал бы жизнь за каждого из вас. Но вы все были слишком поглощены своим величием, искали какую-то дурную великую миссию. И при этом забыли о простых ценностях человеческой жизни...

    — Сергей Недоруб · книга
12. «

    Чувство собственного достоинства — вот загадочная стезя, На которой разбиться запросто, но обратно свернуть нельзя, Потому что без промедления, вдохновенный, чистый, живой, Растворится, в пыль превратится человеческий образ твой.

    Чувство собственного достоинства — вот загадочная стезя, На которой разбиться запросто, но обратно свернуть нельзя, Потому что без промедления, вдохновенный, чистый, живой, Растворится, в пыль превратится человеческий образ твой.

    — Булат Окуджава
13. «

    Однажды Вы очнётесь и поймёте, что участвовали в грандиозном спектакле, а целью его было Ваше испытание, на человечность.

    Однажды Вы очнётесь и поймёте, что участвовали в грандиозном спектакле, а целью его было Ваше испытание, на человечность.
14. «

    Твоя специализация и работа не так важны, как то, что ты делаешь. Ведь ты можешь работать дворником, но в то же время делать благие дела.

    Твоя специализация и работа не так важны, как то, что ты делаешь. Ведь ты можешь работать дворником, но в то же время делать благие дела.
15. «

    Росс внезапно понял, что слова, которыми он пытался что-то доказать, доказали нечто другое. Человеческая натура его переиграла. Потому что если Демельза не хочет бросать друга, то и ему не следует.

    Росс внезапно понял, что слова, которыми он пытался что-то доказать, доказали нечто другое. Человеческая натура его переиграла. Потому что если Демельза не хочет бросать друга, то и ему не следует.

    — Уинстон Грэхем · книга
16. «

    «Детство — лучшая пора в жизни каждого человека, во многих красках любви»

    «Детство — лучшая пора в жизни каждого человека, во многих красках любви»

    — Владимир Болтунов · книга
17. «

    — Папа, а ты с Августы деньги возьмешь? — Ну что ты, какие деньги? — Ну вот, расскажу завтра во дворе, что мой папа всем задаром часы чинит. — Хмм, ну почему же всем, только тем, кто попросит. — Ну, все равно. А Лерка говорит, что за так ничего не делается. А всё только за деньги. — Ну, она неправа. Как ты считаешь?

    — Папа, а ты с Августы деньги возьмешь? — Ну что ты, какие деньги? — Ну вот, расскажу завтра во дворе, что мой папа всем задаром часы чинит. — Хмм, ну почему же всем, только тем, кто попросит. — Ну, все равно. А Лерка говорит, что за так ничего не делается. А всё только за деньги. — Ну, она неправа. Как ты считаешь?

    — Джульетта (Тоня) Рябикова (Антонова) · фильм
18. «

    Хорошие манеры подразумевают, что все люди по-своему чувствительны и ранимы и прикасаться к ним следует только в перчатках.

    Хорошие манеры подразумевают, что все люди по-своему чувствительны и ранимы и прикасаться к ним следует только в перчатках.

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
19. «

    ...когда все его эмоции исчезли, только сила воли и чувство правильности и неправильности спасали его от потери своей души в коварных шепотах тьмы, которые боролись за власть над ним.

    ...когда все его эмоции исчезли, только сила воли и чувство правильности и неправильности спасали его от потери своей души в коварных шепотах тьмы, которые боролись за власть над ним.

    — Кристин Фихан · книга
20. «

    Кровь-то, Егор, у всех одна, и у всех красная. Хоть нас с тобой возьми, хоть лягушку какую. А почему красная? Доктора говорят: шарики в ней, мол, красные плавают. Может, и плавают, не видел. А, по-моему, потому и красная, чтобы проливать было страшно. Была б зеленая, скажем, или синяя — ну и что? Чернила и чернила, ничего такого. А вот, когда красная, тогда и страшно.

    Кровь-то, Егор, у всех одна, и у всех красная. Хоть нас с тобой возьми, хоть лягушку какую. А почему красная? Доктора говорят: шарики в ней, мол, красные плавают. Может, и плавают, не видел. А, по-моему, потому и красная, чтобы проливать было страшно. Была б зеленая, скажем, или синяя — ну и что? Чернила и чернила, ничего такого. А вот, когда красная, тогда и страшно.

    — Борис Воробьев · книга