«честь» в 432 цитаты

Тема «честь» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 432 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   — Честь, гордость, оскорбленное достоинство... Ваше племя знает эти понятия? — Все еще, правда больше в молодости. Во всяком случае, из-за них не станут преследовать, терпеть нужду, рисковать быть убитыми. — Мне жаль ваше племя, у него нет будущего.

   — Честь, гордость, оскорбленное достоинство... Ваше племя знает эти понятия? — Все еще, правда больше в молодости. Во всяком случае, из-за них не станут преследовать, терпеть нужду, рисковать быть убитыми. — Мне жаль ваше племя, у него нет будущего.

   — Юрий Никитин · книга
2. «

   Моё сердце — для тебя, моя кровь — для императора, а моя жизнь — для чести.

   Моё сердце — для тебя, моя кровь — для императора, а моя жизнь — для чести.

   — Антуан Шарль Луи Лассаль
3. «

   Честь для всех одна.

   Честь для всех одна.

   — Децим Лаберий
4. «

   Эти современные девушки просто кошмар, я еле спас свою честь...

   Эти современные девушки просто кошмар, я еле спас свою честь...

   — Непохищенная невеста (Dilwale Dulhania Le Jayenge) · фильм
5. «

   Мужчина должен преклонять колени только перед небесами, землёй и своими родителями.

   Мужчина должен преклонять колени только перед небесами, землёй и своими родителями.

   — Е Син Хэ
6. «

   Кто честной бедности своей Стыдится и все прочее, Тот самый жалкий из людей, Трусливый раб и прочее. <...> При всем при том, При всем при том, Судите не по платью. Кто честным кормится трудом, Таких зову я знатью. <...> Настанет день и час пробьет, Когда уму и чести На всей земле придет черед Стоять на первом месте.

   Кто честной бедности своей Стыдится и все прочее, Тот самый жалкий из людей, Трусливый раб и прочее. <...> При всем при том, При всем при том, Судите не по платью. Кто честным кормится трудом, Таких зову я знатью. <...> Настанет день и час пробьет, Когда уму и чести На всей земле придет черед Стоять на первом месте.

   — Роберт Бёрнс
7. «

   Свободная страна — это и правда хорошо; но не свобода от нравственности, чести и минимальных норм приличия.

   Свободная страна — это и правда хорошо; но не свобода от нравственности, чести и минимальных норм приличия.

   — Иерей Павел Островский
8. «

   Говори, что захочешь, понося мою честь. На низость молчание станет ответом. Мне не то чтоб ответить было ничем, просто львы не отвечают собакам.

   Говори, что захочешь, понося мою честь. На низость молчание станет ответом. Мне не то чтоб ответить было ничем, просто львы не отвечают собакам.

   — Мухаммад ибн Идрис аш-Шафии
9. «

   — Я хочу, чтобы ты сделал из меня мушкетера, также как и моего отца. Я найду этого гада и убью его. — Слушай меня, Д'Артаньян, слушай меня внимательно. Я не учил твоего отца как убивать, я учил его как жить. — Я не понимаю. — Потому что ты еще мал, но в тебе всегда будет жить твой отец. Я вижу это по глазам. Ты станешь мушкетером. Великим. Но пойми, это будет не скоро, а чтобы это произошло ты должен слушаться. — Научишь меня — буду слушаться. — Почту за честь.

   — Я хочу, чтобы ты сделал из меня мушкетера, также как и моего отца. Я найду этого гада и убью его. — Слушай меня, Д'Артаньян, слушай меня внимательно. Я не учил твоего отца как убивать, я учил его как жить. — Я не понимаю. — Потому что ты еще мал, но в тебе всегда будет жить твой отец. Я вижу это по глазам. Ты станешь мушкетером. Великим. Но пойми, это будет не скоро, а чтобы это произошло ты должен слушаться. — Научишь меня — буду слушаться. — Почту за честь.

   — Д'Артаньян · фильм
10. «

    — Да что это вы, японцы, чуть какая моральная трудность, сразу кончаете с собой! Будто подлость от этого превратится в благородный поступок! Не превратится!

    — Да что это вы, японцы, чуть какая моральная трудность, сразу кончаете с собой! Будто подлость от этого превратится в благородный поступок! Не превратится!

    — Борис Акунин · книга
11. «

    Дуэль представляет собой определенную процедуру по восстановлению чести и не может быть понята вне самой специфики понятия «честь» в общей системе этики русского дворянского общества.

    Дуэль представляет собой определенную процедуру по восстановлению чести и не может быть понята вне самой специфики понятия «честь» в общей системе этики русского дворянского общества.

    — Юрий Михайлович Лотман · книга
12. «

    Вы же маячите перед ним вечным соблазном. Но, как большинство людей его породы, он предпочитает самой большой любви то, что в этих краях именуют честью. И сдается мне, у бедняги теперь не осталось ни любви, ни чести, которые могли бы его согреть!

    Вы же маячите перед ним вечным соблазном. Но, как большинство людей его породы, он предпочитает самой большой любви то, что в этих краях именуют честью. И сдается мне, у бедняги теперь не осталось ни любви, ни чести, которые могли бы его согреть!

    — Маргарет Митчелл · книга
13. «

    Вы честный и почтенный человек, лорд Эддард. Иногда я забываю об этом. Слишком уж редко мне встречались люди, подобные вам. И когда я вижу, что принесли вам доблесть и честь, то понимаю причину.

    Вы честный и почтенный человек, лорд Эддард. Иногда я забываю об этом. Слишком уж редко мне встречались люди, подобные вам. И когда я вижу, что принесли вам доблесть и честь, то понимаю причину.

    — Джордж Мартин · книга
14. «

    Если с тобой поступают несправедливо, унижают, оскорбляют твои честь и достоинство — борись! Всеми доступными тебе способами и средствами и ни на что невзирая и не оглядываясь. Защищай её, эту честь! Любой ценой. Любой!! За честь раньше стрелялись. Если же ты молчишь, позволяешь обращаться с собой как с бессловесной скотиной, как с рабом, то на что же ты сетуешь? У рабов нет чести.

    Если с тобой поступают несправедливо, унижают, оскорбляют твои честь и достоинство — борись! Всеми доступными тебе способами и средствами и ни на что невзирая и не оглядываясь. Защищай её, эту честь! Любой ценой. Любой!! За честь раньше стрелялись. Если же ты молчишь, позволяешь обращаться с собой как с бессловесной скотиной, как с рабом, то на что же ты сетуешь? У рабов нет чести.

    — Сергей Мавроди
15. «

    – Ведь нас же ничто здесь не держит. – Ничто, – ровным голосом повторил он, – ничто, кроме чести.

    – Ведь нас же ничто здесь не держит. – Ничто, – ровным голосом повторил он, – ничто, кроме чести.

    — Маргарет Митчелл · книга
16. «

    Матрос Володя: — В последний раз предлагаю — отдай трудовому народу честь. За своё ослиное упрямство ты можешь заплатить башкой. Карпушонок: — (наводя на Кутасова пулемёт) Ништо… ён не токо чэсть… ён зараз нам у ножки поклонится. [Карпушонок дает очередь у него над головой] Солдат: — Гражданин командир! Ну отдай ты им честь! Ну их к лешему! Солдат: — Отдай, не связывайся! Да отдай ты им честь! Кутасов: — Честь я никому не отдам. Она у меня одна. Отдашь, а где другую взять? Карпушонок: — Отдашь... Зараз отдашь. Либо честь, либо Богу душу.

    Матрос Володя: — В последний раз предлагаю — отдай трудовому народу честь. За своё ослиное упрямство ты можешь заплатить башкой. Карпушонок: — (наводя на Кутасова пулемёт) Ништо… ён не токо чэсть… ён зараз нам у ножки поклонится. [Карпушонок дает очередь у него над головой] Солдат: — Гражданин командир! Ну отдай ты им честь! Ну их к лешему! Солдат: — Отдай, не связывайся! Да отдай ты им честь! Кутасов: — Честь я никому не отдам. Она у меня одна. Отдашь, а где другую взять? Карпушонок: — Отдашь... Зараз отдашь. Либо честь, либо Богу душу.

    — Николай Павлович Кутасов · фильм
17. «

    Лукан: — Дуэль? Что, со всеми сразу? Очень благородно... Шарль д’Эвре: — Вы можете выбрать. Но помните, что мерзавцем вас назвал я! Ипполит Зуров: — Пардон! Но по морде-то ему дал я! <...> Лукан: — Стреляться так стреляться. Условия: дуэль будет только одна, с тем, кого выберу. Если останусь жив, никаких повторных вызовов. Ипполит Зуров: — Не бойся, не останешься.

    Лукан: — Дуэль? Что, со всеми сразу? Очень благородно... Шарль д’Эвре: — Вы можете выбрать. Но помните, что мерзавцем вас назвал я! Ипполит Зуров: — Пардон! Но по морде-то ему дал я! <...> Лукан: — Стреляться так стреляться. Условия: дуэль будет только одна, с тем, кого выберу. Если останусь жив, никаких повторных вызовов. Ипполит Зуров: — Не бойся, не останешься.

    — Лукан · фильм
18. «

    — Та история уже потеряла всякий смысл. За эти два года всё кардинально изменилось. Изменилась политика, изменились обстоятельства. — И я изменился, все поменялось. Кроме Н'Джала и секретной службы. И если убийство Н'Джала вчера считалось делом чести, то все также обстоит и сейчас. — Может, и тогда это убийство было не надо? — А вы меня убеждали, что надо! — Почему ты такой упрямый? Я не пойму, на кого ты больше злишься, на Н'Джала или на секретную службу? — Угадай.

    — Та история уже потеряла всякий смысл. За эти два года всё кардинально изменилось. Изменилась политика, изменились обстоятельства. — И я изменился, все поменялось. Кроме Н'Джала и секретной службы. И если убийство Н'Джала вчера считалось делом чести, то все также обстоит и сейчас. — Может, и тогда это убийство было не надо? — А вы меня убеждали, что надо! — Почему ты такой упрямый? Я не пойму, на кого ты больше злишься, на Н'Джала или на секретную службу? — Угадай.

    — Эдуардо Валера · фильм
19. «

    Вор по сути своей — «выборщик», человек, который занимается этим опасным ремеслом потому, что придерживается наивной веры, будто жизнь должна дать ему «что-то» взамен «ничего». Если он считает, что можно без проблем взять то, что плохо лежит, он делает это. Главное для него — удача, а не честь.

    Вор по сути своей — «выборщик», человек, который занимается этим опасным ремеслом потому, что придерживается наивной веры, будто жизнь должна дать ему «что-то» взамен «ничего». Если он считает, что можно без проблем взять то, что плохо лежит, он делает это. Главное для него — удача, а не честь.

    — Колин Уилсон · книга
20. «

    Вот ты говоришь «вышколенный», давай разберемся, кто это – вышколенный шофер или вышколенный дворецкий. Что это – человечек, который тебе двери открывает, «сэр» говорит? Это человек, который видит разницу между мной и Клаусом, человек, который счастлив быть на своем месте, для которого его место – честь. Человек, преданный семье, такой, что не побежит болтать ересь с соседскими поломойками. Человек, умеющий подчеркнуть каждому, с кем входит в контакт, его место в доме и мире. Вышколенный дворецкий – тот, кто так встречает твоих гостей, что каждому гостю сразу понятно – кто он, как ты к нему относишься, и вообще, как отныне ему жить. Вышколенный дворецкий не работает на тебя за деньги. Ты – его жизнь. Он живет тобой. Твои заботы – это его заботы. Такое отношение никакие деньги не купят, никакие угрозы не вызовут. Фактически, это – любовь. А теперь посмотри, у кого вышколенная прислуга. Много ты таких людей знаешь? Самая вышколенная прислуга в Англии, но там они не семьям служат – традиции. У них уже просто сложился какой-то институт прислуги, позволяющий каждой бонне гордиться своим накрахмаленным фартучком. В Вене – много? Во Франции? В Италии может быть? Я лично еще ни у кого не видел прислуги лучше, чем у нас. Но это работа Амалии. Не осталось больше вышколенной прислуги. И, Герберт, не было никогда. Есть редкие случаи.

    Вот ты говоришь «вышколенный», давай разберемся, кто это – вышколенный шофер или вышколенный дворецкий. Что это – человечек, который тебе двери открывает, «сэр» говорит? Это человек, который видит разницу между мной и Клаусом, человек, который счастлив быть на своем месте, для которого его место – честь. Человек, преданный семье, такой, что не побежит болтать ересь с соседскими поломойками. Человек, умеющий подчеркнуть каждому, с кем входит в контакт, его место в доме и мире. Вышколенный дворецкий – тот, кто так встречает твоих гостей, что каждому гостю сразу понятно – кто он, как ты к нему относишься, и вообще, как отныне ему жить. Вышколенный дворецкий не работает на тебя за деньги. Ты – его жизнь. Он живет тобой. Твои заботы – это его заботы. Такое отношение никакие деньги не купят, никакие угрозы не вызовут. Фактически, это – любовь. А теперь посмотри, у кого вышколенная прислуга. Много ты таких людей знаешь? Самая вышколенная прислуга в Англии, но там они не семьям служат – традиции. У них уже просто сложился какой-то институт прислуги, позволяющий каждой бонне гордиться своим накрахмаленным фартучком. В Вене – много? Во Франции? В Италии может быть? Я лично еще ни у кого не видел прислуги лучше, чем у нас. Но это работа Амалии. Не осталось больше вышколенной прислуги. И, Герберт, не было никогда. Есть редкие случаи.

    — Франц Вертфоллен · книга