256 цитат на тему «чудовища, монстры» для размышлений

Собрали 256 цитат на тему «чудовища, монстры» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   – Не пытайся понять людей, – пожимает плечами мужчина, – напрасный труд. Я когда-то пытался найти объяснение их поступкам. Не нашёл. Больше я не разделяю людей и монстров. И ты не разделяй. Никому нельзя доверять, помнишь?

   – Не пытайся понять людей, – пожимает плечами мужчина, – напрасный труд. Я когда-то пытался найти объяснение их поступкам. Не нашёл. Больше я не разделяю людей и монстров. И ты не разделяй. Никому нельзя доверять, помнишь?

   — Эшли Дьюал · книга
2. «

   Людям кажется, что притворяться монстром весело, а я всю жизнь притворяюсь, что я не монстр. Брат, друг, любовник — моя коллекция костюмов. Некоторые сочли бы меня мошенником. Я предпочитаю термин «мастер перевоплощений».

   Людям кажется, что притворяться монстром весело, а я всю жизнь притворяюсь, что я не монстр. Брат, друг, любовник — моя коллекция костюмов. Некоторые сочли бы меня мошенником. Я предпочитаю термин «мастер перевоплощений».

   — Декстер Морган · сериал
3. «

   Надо понимать, кто в этом мире настоящие чудовища.

   Надо понимать, кто в этом мире настоящие чудовища.

   — Дин Винчестер · сериал
4. «

   — А у вас есть карты, у которых по краям чудовища нарисованы? Морские твари, драконы и русалки на полях? Мне такие всегда нравились. Гхариб вынимал карты одну за другой: — Наши карты все такие. Потому что всё, что находится на краях, за пределами стабильного, тихого центра, чудовищно.

   — А у вас есть карты, у которых по краям чудовища нарисованы? Морские твари, драконы и русалки на полях? Мне такие всегда нравились. Гхариб вынимал карты одну за другой: — Наши карты все такие. Потому что всё, что находится на краях, за пределами стабильного, тихого центра, чудовищно.

   — Пол Марс · книга
5. «

   — Вы меня не узнаете? — А должен? — Абрахам Ван Хельсинг. Вы убили мою семью. — Это не поможет вспомнить. — Вы чудовище. Даже тот ужас, что я выпустил на свободу — был не так страшен. — Дракула? — Да.

   — Вы меня не узнаете? — А должен? — Абрахам Ван Хельсинг. Вы убили мою семью. — Это не поможет вспомнить. — Вы чудовище. Даже тот ужас, что я выпустил на свободу — был не так страшен. — Дракула? — Да.

   — Абрахам Ван Хельсинг · сериал
6. «

   Мы свободны в своем выборе только тогда, когда принимаем на себя ответственность и понесем ее друг перед другом. Только тогда мы построим светлое будущее, дом, где мы сможем быть собой и чувствовать, что нас любят и заботятся, и быть в окружении любимых людей. И избавиться от наших чудовищ, как от настоящих, так и от живущих в нашем сознании. Ведь от того, что не существует — труднее всего убежать. Они всегда с нами, они часть нас, пока мы не скажем: «Хватит». Пока мы не посмотрим в лицо нашим страхам, пока мы не победим наших чудовищ. Пока мы не начнем собой управлять и пока мы сами не изменимся. И только тогда, мы станем по-настоящему свободными.

   Мы свободны в своем выборе только тогда, когда принимаем на себя ответственность и понесем ее друг перед другом. Только тогда мы построим светлое будущее, дом, где мы сможем быть собой и чувствовать, что нас любят и заботятся, и быть в окружении любимых людей. И избавиться от наших чудовищ, как от настоящих, так и от живущих в нашем сознании. Ведь от того, что не существует — труднее всего убежать. Они всегда с нами, они часть нас, пока мы не скажем: «Хватит». Пока мы не посмотрим в лицо нашим страхам, пока мы не победим наших чудовищ. Пока мы не начнем собой управлять и пока мы сами не изменимся. И только тогда, мы станем по-настоящему свободными.

   — Харли Сантос · сериал
7. «

   Оно сродни тем жутким и намеренно леденящим кровь фильмам о „монстрах“, где появляется чудовище с искаженными чертами, длинными волосами и еще более длинными зубами, рыча и брызгая слюной во все стороны. Эти фильмы лишь отвлекают внимание, НАСТОЯЩИЕ ЖЕ ЧУДОВИЩА носят деловые костюмы и ездят на работу на Капитолийский холм в лимузинах. Эти люди – НА ВИДУ. Эти люди – слуги Мирового Правительства и Нового Мирового Порядка. Подобно насильнику, который останавливает машину и предлагает жертве подвезти ее, он внешне НЕ ВЫГЛЯДИТ как чудовище, каковым является на самом деле. Если бы он выглядел так, его намеченная жертва, крича от ужаса, убежала бы прочь. То же самое справедливо и для правительства на всех уровнях. Президент Буш НЕ ВЫГЛЯДЕЛ как ревностный слуга параллельного правительства высшего уровня; но не заблуждайтесь на его счет – он такое же ЧУДОВИЩЕ, как и страшилища из фильмов ужасов. Остановимся на мгновение и рассмотрим, как президент Буш приказал зверски убить 150 000 иракских солдат в колонне военных машин с белыми флагами, возвращавшейся в Ирак в соответствии с Женевской конвенцией о согласованном разъединении войск и выводе их из боя. Представьте себе ужас иракских солдат, когда их, размахивавших белыми флагами, в упор расстреливали американские самолеты. На другом участке фронта 12 000 иракских солдат были заживо погребены в траншеях, которые они занимали. Не ЧУДОВИЩНО ли это в истинном смысле этого слова?

   Оно сродни тем жутким и намеренно леденящим кровь фильмам о „монстрах“, где появляется чудовище с искаженными чертами, длинными волосами и еще более длинными зубами, рыча и брызгая слюной во все стороны. Эти фильмы лишь отвлекают внимание, НАСТОЯЩИЕ ЖЕ ЧУДОВИЩА носят деловые костюмы и ездят на работу на Капитолийский холм в лимузинах. Эти люди – НА ВИДУ. Эти люди – слуги Мирового Правительства и Нового Мирового Порядка. Подобно насильнику, который останавливает машину и предлагает жертве подвезти ее, он внешне НЕ ВЫГЛЯДИТ как чудовище, каковым является на самом деле. Если бы он выглядел так, его намеченная жертва, крича от ужаса, убежала бы прочь. То же самое справедливо и для правительства на всех уровнях. Президент Буш НЕ ВЫГЛЯДЕЛ как ревностный слуга параллельного правительства высшего уровня; но не заблуждайтесь на его счет – он такое же ЧУДОВИЩЕ, как и страшилища из фильмов ужасов. Остановимся на мгновение и рассмотрим, как президент Буш приказал зверски убить 150 000 иракских солдат в колонне военных машин с белыми флагами, возвращавшейся в Ирак в соответствии с Женевской конвенцией о согласованном разъединении войск и выводе их из боя. Представьте себе ужас иракских солдат, когда их, размахивавших белыми флагами, в упор расстреливали американские самолеты. На другом участке фронта 12 000 иракских солдат были заживо погребены в траншеях, которые они занимали. Не ЧУДОВИЩНО ли это в истинном смысле этого слова?

   — Джон Колеман · книга
8. «

   Даже у монстров есть сердце.

   Даже у монстров есть сердце.

   — Эя Родригес · фильм
9. «

   — Смотри, брат! Эта тварь, наконец, познала страх! — Не думаю, что этому чудовищу ведом страх. Но, быть может, ему ведома боль! Если оно начало сражаться столь отчаянно, мы на верном пути!

   — Смотри, брат! Эта тварь, наконец, познала страх! — Не думаю, что этому чудовищу ведом страх. Но, быть может, ему ведома боль! Если оно начало сражаться столь отчаянно, мы на верном пути!

   — Воридус (Voridus) · игра
10. «

    Когда я был мальчишкой, у нас в подвале жило чудовище. Отец говорил, что если я буду плохо себя вести, ночью оно вылезет оттуда и придет за мной. Я старался вести себя хорошо... но чудовище всё равно вылезло.

    Когда я был мальчишкой, у нас в подвале жило чудовище. Отец говорил, что если я буду плохо себя вести, ночью оно вылезет оттуда и придет за мной. Я старался вести себя хорошо... но чудовище всё равно вылезло.

    — Уильям Блазковиц · игра
11. «

    У моряков существует обычай, когда они встречают кита, бросать ему для забавы пустую бочку и тем отвлекать от нападения на корабль. Притча эта немедленно подверглась истолкованию. Корабль в опасности понять легко, ибо издавна он служит символом государства. Дабы помешать левиафанам швыряться и забавляться государством (которое и само по себе очень склонно к качанию), их следует отвлечь от той игры Сказкой бочки.

    У моряков существует обычай, когда они встречают кита, бросать ему для забавы пустую бочку и тем отвлекать от нападения на корабль. Притча эта немедленно подверглась истолкованию. Корабль в опасности понять легко, ибо издавна он служит символом государства. Дабы помешать левиафанам швыряться и забавляться государством (которое и само по себе очень склонно к качанию), их следует отвлечь от той игры Сказкой бочки.

    — Джонатан Свифт · книга
12. «

    My secret side I keep Hid under lock and key. I keep it caged but I can’t control it. Cause if I let him out He’ll tear me up, break me down. Why won’t somebody come and save me from this? Make it end.

    My secret side I keep Hid under lock and key. I keep it caged but I can’t control it. Cause if I let him out He’ll tear me up, break me down. Why won’t somebody come and save me from this? Make it end.
13. «

    Я не монстр. Я всего лишь та, кто познал истину.

    Я не монстр. Я всего лишь та, кто познал истину.

    — мать госпожи Сацки · аниме
14. «

    Мой учитель Вильгельм погиб от рук монстров много лет назад. Я хочу продолжить его дело, чтобы он мог мной гордиться.

    Мой учитель Вильгельм погиб от рук монстров много лет назад. Я хочу продолжить его дело, чтобы он мог мной гордиться.

    — Клирик Жермен · игра
15. «

    Я знал, что ты монстр, с момента нашего знакомства. Может, я не знал, что ты был вампиром, но я знал тебя.

    Я знал, что ты монстр, с момента нашего знакомства. Может, я не знал, что ты был вампиром, но я знал тебя.

    — Марсель Жерар · сериал
16. «

    — Тот летающий монстр тоже может объявиться. — Летающий монстр? Блин, меня же не было всего около четырех минут...

    — Тот летающий монстр тоже может объявиться. — Летающий монстр? Блин, меня же не было всего около четырех минут...

    — Ксавин (Xavin)
17. «

    После причащения изменяюсь я чудным изменением. До причащения я иногда страшусь себя, как чудовища; потому что вижу внутри себя бездну всякого зла, сдерживаемого и подавляемого напряжением к противоположным ему добродетелям; а после причастия я становлюсь чистым, кротким ангелом, – что само по себе для меня невозможно; во мне затихает, замирает стоглавое чудовище греха; я уже не страшен себе, а совершенно доволен собою: такой во мне мир, такое чудное спокойствие! Слава, слава, слава Божественным тайнам!

    После причащения изменяюсь я чудным изменением. До причащения я иногда страшусь себя, как чудовища; потому что вижу внутри себя бездну всякого зла, сдерживаемого и подавляемого напряжением к противоположным ему добродетелям; а после причастия я становлюсь чистым, кротким ангелом, – что само по себе для меня невозможно; во мне затихает, замирает стоглавое чудовище греха; я уже не страшен себе, а совершенно доволен собою: такой во мне мир, такое чудное спокойствие! Слава, слава, слава Божественным тайнам!

    — Иоанн Кронштадтский
18. «

    Монстр за стеной пошевелился. Я привык думать о нем, как о монстре, но на самом деле это был я сам. Или, по крайней мере, темная часть меня. Вы, вероятно, думаете, что быть вместилищем монстра жутковато, но, поверьте мне, гораздо хуже, когда этот монстр — ваш собственный мозг.

    Монстр за стеной пошевелился. Я привык думать о нем, как о монстре, но на самом деле это был я сам. Или, по крайней мере, темная часть меня. Вы, вероятно, думаете, что быть вместилищем монстра жутковато, но, поверьте мне, гораздо хуже, когда этот монстр — ваш собственный мозг.

    — Дэн Уэллс (писатель) · книга
19. «

    — Да, — слабым голосом ответила я, — мне всё равно. — Тебя не волнует, что я монстр? Что я не человек? — Не волнует.

    — Да, — слабым голосом ответила я, — мне всё равно. — Тебя не волнует, что я монстр? Что я не человек? — Не волнует.

    — Стефани Майер · книга
20. «

    А я чего? Ведьмак говорит: не улетит чудовище, а будет всю ночь убитого лыцаря глодать поманеньку, потому как лыцарь в железе, трудно его выковыривать изнутря-то. Тут подошли купцы и ну ведьмака уламывать: и так и этак, мол, скинутся и сто крон ему дадут. А ведьмак в ответ, что бестия-де зовется мантихор и сильно опасна, а свои сто крон купцы могут запихать себе в задницу, он шею подставлять задарма не намерен. Ну тут командир рассерчал и говорит: мол, такова, значит, собачья и ведьмачья доля – шею подставлять, а задница не для крон сделана, а к сранью приспособлена.

    А я чего? Ведьмак говорит: не улетит чудовище, а будет всю ночь убитого лыцаря глодать поманеньку, потому как лыцарь в железе, трудно его выковыривать изнутря-то. Тут подошли купцы и ну ведьмака уламывать: и так и этак, мол, скинутся и сто крон ему дадут. А ведьмак в ответ, что бестия-де зовется мантихор и сильно опасна, а свои сто крон купцы могут запихать себе в задницу, он шею подставлять задарма не намерен. Ну тут командир рассерчал и говорит: мол, такова, значит, собачья и ведьмачья доля – шею подставлять, а задница не для крон сделана, а к сранью приспособлена.

    — Анджей Сапковский · книга