93 цитаты «чувства» на каждый день

93 цитаты про «чувства»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Порой чувства как цветок — нужно время, чтобы распуститься.

   Порой чувства как цветок — нужно время, чтобы распуститься.

   — Мистер Уизли · фильм
2. «

   О том, что простили кого-то, вы узнаете, когда увидите его и не испытаете никаких чувств. Услышите имя и не отреагируете. Когда прикоснутся к тому, что было у вас раной, и не будет больно, вы поймёте, что действительно простили...

   О том, что простили кого-то, вы узнаете, когда увидите его и не испытаете никаких чувств. Услышите имя и не отреагируете. Когда прикоснутся к тому, что было у вас раной, и не будет больно, вы поймёте, что действительно простили...

   — Мигель Руис · книга
3. «

   Иногда мои мысли ну никак не могут между собой договориться, да и чувства тоже; не мозг, право слово, а целое народное собрание.

   Иногда мои мысли ну никак не могут между собой договориться, да и чувства тоже; не мозг, право слово, а целое народное собрание.

   — Иэн Бэнкс · книга
4. «

   Когда человека нет рядом, его идеализируешь, на расстоянии чувство обостряется, это верно, а увидишь его снова — и удивляешься, что ты в нем находил.

   Когда человека нет рядом, его идеализируешь, на расстоянии чувство обостряется, это верно, а увидишь его снова — и удивляешься, что ты в нем находил.

   — Уильям Сомерсет Моэм · книга
5. «

   Странно, каких только путей мы не выбираем, чтобы скрыть свои истинные чувства.

   Странно, каких только путей мы не выбираем, чтобы скрыть свои истинные чувства.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
6. «

   Километры — лучшие афродизиаки.

   Километры — лучшие афродизиаки.

   — Сергей Минаев · книга
7. «

   Как жаль, что тем, чем стало для меня твоё существование, не стало моё существованье для тебя.

   Как жаль, что тем, чем стало для меня твоё существование, не стало моё существованье для тебя.

   — Иосиф Александрович Бродский
8. «

   Ты слишком многого требуешь и слишком много забираешь. А такого долго не выдержит даже доменная печь.

   Ты слишком многого требуешь и слишком много забираешь. А такого долго не выдержит даже доменная печь.

   — Януш Леон Вишневский · книга
9. «

   Когда я долго думаю о тебе, то ты как будто чувствуешь это и появляешься…

   Когда я долго думаю о тебе, то ты как будто чувствуешь это и появляешься…

   — Прошлой ночью в Нью-Йорке (Last Night) · фильм
10. «

    Страсть — непреодолимое влечение, которое невозможно забыть, даже когда всё прошло, дорога такая притягательная, что может привести нас в объятия неожиданного любовника, чувство такое сокрушительное, что разрушает стены, которые мы строим, чтобы защитить своё сердце, желание такое сильное, что остается на поверхности, несмотря на то, что мы пытаемся похоронить его. Да, из всех чувств только страсть даёт нам основание, чтобы жить, и оправдание, чтобы совершать любые преступления.

    Страсть — непреодолимое влечение, которое невозможно забыть, даже когда всё прошло, дорога такая притягательная, что может привести нас в объятия неожиданного любовника, чувство такое сокрушительное, что разрушает стены, которые мы строим, чтобы защитить своё сердце, желание такое сильное, что остается на поверхности, несмотря на то, что мы пытаемся похоронить его. Да, из всех чувств только страсть даёт нам основание, чтобы жить, и оправдание, чтобы совершать любые преступления.

    — Мэри Элис Янг · сериал
11. «

    Ты не можешь звонить и говорить, что скучаешь, это не телефонный разговор. Ты не можешь мне писать смски и письма, и на стене мне нельзя писать! Если ты правда скучаешь, повзрослей, сядь в машину и приезжай ко мне!

    Ты не можешь звонить и говорить, что скучаешь, это не телефонный разговор. Ты не можешь мне писать смски и письма, и на стене мне нельзя писать! Если ты правда скучаешь, повзрослей, сядь в машину и приезжай ко мне!

    — Адам Франклин · фильм
12. «

    Когда кого-то любишь, никакими силами никто не заставит тебя верить, что тебя может не любить тот, кого любишь ты.

    Когда кого-то любишь, никакими силами никто не заставит тебя верить, что тебя может не любить тот, кого любишь ты.

    — Иван Алексеевич Бунин · книга
13. «

    Среди множества чудес, существующих на свете, есть и такое — наблюдать за спящим возлюбленным: пока он не видит, как вы на него смотрите, можно какое-то мгновение держать в руках его сердце.

    Среди множества чудес, существующих на свете, есть и такое — наблюдать за спящим возлюбленным: пока он не видит, как вы на него смотрите, можно какое-то мгновение держать в руках его сердце.

    — Трумен Капоте · книга
14. «

    Секрет жизни в том, чтобы не поддаваться чувству, когда оно неуместно.

    Секрет жизни в том, чтобы не поддаваться чувству, когда оно неуместно.

    — Оскар Уайльд · книга
15. «

    Такова была моя участь с самого детства. Все читали на моем лице признаки дурных чувств, которых не было; но их предполагали — и они родились. Я был скромен — меня обвиняли в лукавстве: я стал скрытен. Я глубоко чувствовал добро и зло; никто меня не ласкал, все оскорбляли: я стал злопамятен; я был угрюм, — другие дети веселы и болтливы; я чувствовал себя выше их, — меня ставили ниже. Я сделался завистлив. Я был готов любить весь мир, — меня никто не понял: и я выучился ненавидеть. Моя бесцветная молодость протекала в борьбе с собой и светом; лучшие мои чувства, боясь насмешки, я хоронил в глубине сердца: они там и умерли. Я говорил правду — мне не верили: я начал обманывать; узнав хорошо свет и пружины общества, я стал искусен в науке жизни и видел, как другие без искусства счастливы, пользуясь даром теми выгодами, которых я так неутомимо добивался. И тогда в груди моей родилось отчаяние — не то отчаяние, которое лечат дулом пистолета, но холодное, бессильное отчаяние, прикрытое любезностью и добродушной улыбкой. Я сделался нравственным калекой: одна половина души моей не существовала, она высохла, испарилась, умерла, я ее отрезал и бросил, — тогда как другая шевелилась и жила к услугам каждого, и этого никто не заметил, потому что никто не знал о существовании погибшей ее половины.

    Такова была моя участь с самого детства. Все читали на моем лице признаки дурных чувств, которых не было; но их предполагали — и они родились. Я был скромен — меня обвиняли в лукавстве: я стал скрытен. Я глубоко чувствовал добро и зло; никто меня не ласкал, все оскорбляли: я стал злопамятен; я был угрюм, — другие дети веселы и болтливы; я чувствовал себя выше их, — меня ставили ниже. Я сделался завистлив. Я был готов любить весь мир, — меня никто не понял: и я выучился ненавидеть. Моя бесцветная молодость протекала в борьбе с собой и светом; лучшие мои чувства, боясь насмешки, я хоронил в глубине сердца: они там и умерли. Я говорил правду — мне не верили: я начал обманывать; узнав хорошо свет и пружины общества, я стал искусен в науке жизни и видел, как другие без искусства счастливы, пользуясь даром теми выгодами, которых я так неутомимо добивался. И тогда в груди моей родилось отчаяние — не то отчаяние, которое лечат дулом пистолета, но холодное, бессильное отчаяние, прикрытое любезностью и добродушной улыбкой. Я сделался нравственным калекой: одна половина души моей не существовала, она высохла, испарилась, умерла, я ее отрезал и бросил, — тогда как другая шевелилась и жила к услугам каждого, и этого никто не заметил, потому что никто не знал о существовании погибшей ее половины.

    — Михаил Юрьевич Лермонтов · книга
16. «

    Мы порой жалеем людей, которые не знают жалости ни к себе, ни к другим.

    Мы порой жалеем людей, которые не знают жалости ни к себе, ни к другим.

    — Эмили Бронте · книга
17. «

    Просто мне грустно. Очень грустно. И перед тобой неудобно. Я лишь требую от тебя и ничего не даю взамен. Говорю что в голову взбредет, вызываю, таскаю за собой. Но ты — единственный, с кем я могу себе такое позволить.

    Просто мне грустно. Очень грустно. И перед тобой неудобно. Я лишь требую от тебя и ничего не даю взамен. Говорю что в голову взбредет, вызываю, таскаю за собой. Но ты — единственный, с кем я могу себе такое позволить.

    — Харуки Мураками · книга
18. «

    Вот мой секрет, он очень прост: зорко одно лишь сердце. Самого главного глазами не увидишь.

    Вот мой секрет, он очень прост: зорко одно лишь сердце. Самого главного глазами не увидишь.

    — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
19. «

    И когда я тебя не вижу, а потом вижу, мне сложно дышать.

    И когда я тебя не вижу, а потом вижу, мне сложно дышать.

    — Джек · фильм
20. «

    …но какая в том польза, даже если знаешь, что другой прав? Разум дан человеку, чтобы он понял: жить одним разумом нельзя. Люди живут чувствами, а для чувств безразлично, кто прав.

    …но какая в том польза, даже если знаешь, что другой прав? Разум дан человеку, чтобы он понял: жить одним разумом нельзя. Люди живут чувствами, а для чувств безразлично, кто прав.

    — Эрих Мария Ремарк · книга