Топ-168 цитат: «цивилизация»

Тема «цивилизация» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 168 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Впоследствии оказалось, что цивилизацию эту, приняв в нетрезвом виде за бунт, уничтожил бывший градоначальник Урус — Кугуш — Кильдибаев. Но с той поры прошло много лет, и ни один градоначальник не позаботился о восстановлении её.

   Впоследствии оказалось, что цивилизацию эту, приняв в нетрезвом виде за бунт, уничтожил бывший градоначальник Урус — Кугуш — Кильдибаев. Но с той поры прошло много лет, и ни один градоначальник не позаботился о восстановлении её.

   — Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин · книга
2. «

   Современная цивилизация: мы создали юность без героизма, старость без мудрости, жизнь без величия.

   Современная цивилизация: мы создали юность без героизма, старость без мудрости, жизнь без величия.

   — Нассим Николас Талеб
3. «

   Налоги — цена, которую мы платим за возможность жить в цивилизованном обществе.

   Налоги — цена, которую мы платим за возможность жить в цивилизованном обществе.

   — Оливер Уэнделл Холмс (старший)
4. «

   Разрушить горы, построить дома; останками гор засыпать море — и опять построить дома... Некоторые идиоты до сих пор считают это прекрасной идеей.

   Разрушить горы, построить дома; останками гор засыпать море — и опять построить дома... Некоторые идиоты до сих пор считают это прекрасной идеей.

   — Харуки Мураками · книга
5. «

   «Хлеба и зрелищ!», «Хлеб и народовластие!», «Мир, хлеб и свобода!» — эти призывы звучали на протяжении всей тысячелетней истории человечества. Сейчас в цивилизованных странах о хлебе говорят мало — теперь там вызывают тревогу... воздух и вода.

   «Хлеба и зрелищ!», «Хлеб и народовластие!», «Мир, хлеб и свобода!» — эти призывы звучали на протяжении всей тысячелетней истории человечества. Сейчас в цивилизованных странах о хлебе говорят мало — теперь там вызывают тревогу... воздух и вода.

   — Николай Хайтов · книга
6. «

   Любая цивилизация, какой бы альтруистичной она ни казалась, располагает средствами дознания и пыток, а также хорошо продуманной системой оправдания их применения.

   Любая цивилизация, какой бы альтруистичной она ни казалась, располагает средствами дознания и пыток, а также хорошо продуманной системой оправдания их применения.

   — Брайан Герберт · книга
7. «

   Став оседлым, человек принимается улучшать свой повседневный быт, именно тогда и начинается развитие цивилизации.

   Став оседлым, человек принимается улучшать свой повседневный быт, именно тогда и начинается развитие цивилизации.

   — Марк Леви · книга
8. «

   Предрассудки — несущие опоры цивилизации.

   Предрассудки — несущие опоры цивилизации.

   — Андре Жид
9. «

   Только цивилизация могла позволить себе роскошь делать нечто, лишенное какого бы то ни было практического смысла.

   Только цивилизация могла позволить себе роскошь делать нечто, лишенное какого бы то ни было практического смысла.

   — Марго Стедман · книга
10. «

    Босяк это не опустившийся человек без обуви — это протестующий против мировой цивилизации.

    Босяк это не опустившийся человек без обуви — это протестующий против мировой цивилизации.
11. «

    Для современной цивилизации человек, прежде чем станет ненужным совсем, остается нужным на момент, в пик своего развития. Когда он дает высший результат — но поддерживать его долго не может.

    Для современной цивилизации человек, прежде чем станет ненужным совсем, остается нужным на момент, в пик своего развития. Когда он дает высший результат — но поддерживать его долго не может.

    — Владимир Кутырёв · книга
12. «

    Если людей топить и вешать, то к чёрту твою цивилизацию, к чёрту человечество! К чёрту!

    Если людей топить и вешать, то к чёрту твою цивилизацию, к чёрту человечество! К чёрту!

    — Самойленко · фильм
13. «

    Главный смысл прогресса не в удобствах и даже не в безопасности. Развитие цивилизации даёт человеку возможность сконцетрировать духовную энергию не на унизительных тяготах бытия, а на его глубинной сути.

    Главный смысл прогресса не в удобствах и даже не в безопасности. Развитие цивилизации даёт человеку возможность сконцетрировать духовную энергию не на унизительных тяготах бытия, а на его глубинной сути.

    — Борис Акунин · книга
14. «

    — Итак, поговорим о первых признаках цивилизации. Каковы они, по-вашему? Где проходит разница между человеческим обществом и звериным прайдом? — Огонь? Палка? Первые инструменты? Социальное расслоение? Прозвучали и иные версии. Женщина улыбнулась и покачала головой. Перед ней возникла голограмма, изображающая древний, явно восстановленный антропологами человеческий скелет, а затем его бедренную кость, имеющую неровное утолщение — явные следы перелома и последующего сращивания. — Бедренная кость — самая крупная в нашем организме. Чтобы она срослась после перелома, требуется до полугода времени, все это время человек беспомощен, не может убежать от опасности и добывать себе пищу. Дикое животное, получившее такое повреждение, неизбежно погибает. Чтобы кость срослась, нужно, чтобы кто-то потратил время и силы и долго заботился о раненом. Помощь другому человеку, его спасение — это и есть первый признак цивилизации, тот самый признак, что делает человека — человеком. С него начался наш подъем по лестнице цивилизации... «Мы — люди, должны спасать и защищать других людей, так как только это делает нас людьми», — четко осознал я.

    — Итак, поговорим о первых признаках цивилизации. Каковы они, по-вашему? Где проходит разница между человеческим обществом и звериным прайдом? — Огонь? Палка? Первые инструменты? Социальное расслоение? Прозвучали и иные версии. Женщина улыбнулась и покачала головой. Перед ней возникла голограмма, изображающая древний, явно восстановленный антропологами человеческий скелет, а затем его бедренную кость, имеющую неровное утолщение — явные следы перелома и последующего сращивания. — Бедренная кость — самая крупная в нашем организме. Чтобы она срослась после перелома, требуется до полугода времени, все это время человек беспомощен, не может убежать от опасности и добывать себе пищу. Дикое животное, получившее такое повреждение, неизбежно погибает. Чтобы кость срослась, нужно, чтобы кто-то потратил время и силы и долго заботился о раненом. Помощь другому человеку, его спасение — это и есть первый признак цивилизации, тот самый признак, что делает человека — человеком. С него начался наш подъем по лестнице цивилизации... «Мы — люди, должны спасать и защищать других людей, так как только это делает нас людьми», — четко осознал я.

    — Роман Прокофьев · книга
15. «

    Душный мир. Неблагоприятный, болезненный мир. Весь он какой-то неуютный и тоскливый, как то казенное помещение, где люди со светлыми пуговицами и плохими зубами вдруг ни с того, ни с сего принялись вопить, надсаживаясь до хрипа, и Гай, такой симпатичный, красивый парень, совершенно неожиданно принялся избивать в кровь рыжебородого Зефа, а тот даже не сопротивлялся... Неблагополучный мир... Радиоактивная река, нелепый железный дракон, грязный воздух и неопрятные пассажиры в неуклюжей трехэтажной металлической коробке на колесах, испускающей сизые угарные дымы... и еще одна дикая сцена — в вагоне, когда какие-то грубые, воняющие почему-то сивушными маслами люди довели хохотом и жестами до слез пожилую женщину, и никто за нее не заступился, вагон набит битком, но все смотрят в сторону, и только Гай вдруг вскочил, бледный от злости, а может быть от страха, и что-то крикнул им, и они убрались... Очень много злости, очень много страха, очень много раздражения... Они все здесь раздражены и подавлены, то раздражены, то подавлены. Гай, явно же добрый симпатичный человек, иногда вдруг приходил в необъяснимую ярость, принимался бешено ссориться с соседями по купе, глядел на меня зверем, а потом так же внезапно впадал в глубокую прострацию. И все в вагоне вели себя не лучше. Часами они сидели и лежали вполне мирно, негромко беседуя, даже пересмеиваясь, и вдруг кто-нибудь начинал сварливо ворчать на соседа, сосед нервно огрызался, окружающие вместо того, чтобы успокоить их, ввязывались в ссору, скандал ширился, захватывал весь вагон, и вот уже все орут друг на друга, грозятся, толкаются, и кто-то лезет через головы, размахивая кулаками, и кого-то держат за шиворот, во весь голос плачут детишки, им раздраженно обрывают уши, а потом все постепенно стихает, все дуются друг на друга, разговаривают нехотя, отворачиваются...

    Душный мир. Неблагоприятный, болезненный мир. Весь он какой-то неуютный и тоскливый, как то казенное помещение, где люди со светлыми пуговицами и плохими зубами вдруг ни с того, ни с сего принялись вопить, надсаживаясь до хрипа, и Гай, такой симпатичный, красивый парень, совершенно неожиданно принялся избивать в кровь рыжебородого Зефа, а тот даже не сопротивлялся... Неблагополучный мир... Радиоактивная река, нелепый железный дракон, грязный воздух и неопрятные пассажиры в неуклюжей трехэтажной металлической коробке на колесах, испускающей сизые угарные дымы... и еще одна дикая сцена — в вагоне, когда какие-то грубые, воняющие почему-то сивушными маслами люди довели хохотом и жестами до слез пожилую женщину, и никто за нее не заступился, вагон набит битком, но все смотрят в сторону, и только Гай вдруг вскочил, бледный от злости, а может быть от страха, и что-то крикнул им, и они убрались... Очень много злости, очень много страха, очень много раздражения... Они все здесь раздражены и подавлены, то раздражены, то подавлены. Гай, явно же добрый симпатичный человек, иногда вдруг приходил в необъяснимую ярость, принимался бешено ссориться с соседями по купе, глядел на меня зверем, а потом так же внезапно впадал в глубокую прострацию. И все в вагоне вели себя не лучше. Часами они сидели и лежали вполне мирно, негромко беседуя, даже пересмеиваясь, и вдруг кто-нибудь начинал сварливо ворчать на соседа, сосед нервно огрызался, окружающие вместо того, чтобы успокоить их, ввязывались в ссору, скандал ширился, захватывал весь вагон, и вот уже все орут друг на друга, грозятся, толкаются, и кто-то лезет через головы, размахивая кулаками, и кого-то держат за шиворот, во весь голос плачут детишки, им раздраженно обрывают уши, а потом все постепенно стихает, все дуются друг на друга, разговаривают нехотя, отворачиваются...

    — Аркадий Стругацкий · книга
16. «

    Архитектура, скульптура, живопись, музыка и поэзия справедливо могут быть названы цветом цивилизованной жизни.

    Архитектура, скульптура, живопись, музыка и поэзия справедливо могут быть названы цветом цивилизованной жизни.

    — Герберт Спенсер
17. «

    Страх и цивилизация неразделимы.

    Страх и цивилизация неразделимы.

    — Теодор Адорно
18. «

    Талантами измеряются успехи цивилизации, и они же представляют верстовые столбы истории, служа телеграммами от предков и современников к потомству.

    Талантами измеряются успехи цивилизации, и они же представляют верстовые столбы истории, служа телеграммами от предков и современников к потомству.

    — Козьма Прутков · книга
19. «

    Слабое дитя цивилизации, Без удобств не стою ничего. Зубочистка и канализация - Символы уюта моего.

    Слабое дитя цивилизации, Без удобств не стою ничего. Зубочистка и канализация - Символы уюта моего.

    — Линор Горалик
20. «

    — Нельзя поддаваться гневу. Нельзя. Люди тысячелетиями ждали контакта с инопланетной цивилизацией. Мы понятия не имеем, какие нормы морали у пришельцев, что они думают про жизнь, про смерть, понимают ли боль утраты... — А если они не понимают, почему я должна им объяснять? Почему мы должны какие-то контакты налаживать? Почему мы не можем просто выгнать их отсюда? А? — Потому что это уникальный шанс для всего человечества. — Шанс сдохнуть? Отдать свой дом каким-то уродам? — Шанс что-то понять про самих себя. Узнать, кто мы. Может быть, даже найти свой дом. — Я всё про себя знаю! Я дома, и я их к себе не звала!

    — Нельзя поддаваться гневу. Нельзя. Люди тысячелетиями ждали контакта с инопланетной цивилизацией. Мы понятия не имеем, какие нормы морали у пришельцев, что они думают про жизнь, про смерть, понимают ли боль утраты... — А если они не понимают, почему я должна им объяснять? Почему мы должны какие-то контакты налаживать? Почему мы не можем просто выгнать их отсюда? А? — Потому что это уникальный шанс для всего человечества. — Шанс сдохнуть? Отдать свой дом каким-то уродам? — Шанс что-то понять про самих себя. Узнать, кто мы. Может быть, даже найти свой дом. — Я всё про себя знаю! Я дома, и я их к себе не звала!

    — Учитель · фильм