26 мудрых цитат про «Жизненные цитаты на тему «депрессия»»

Собрали 26 цитат на тему «Жизненные цитаты на тему «депрессия»» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Притворяться счастливой, натянув широкую улыбку, было гораздо проще, чем признаваться самой себе, в какое эмоциональное дно ты загнала себя.

   Притворяться счастливой, натянув широкую улыбку, было гораздо проще, чем признаваться самой себе, в какое эмоциональное дно ты загнала себя.
2. «

   Я в слишком глубокой депрессии, чтобы встать.

   Я в слишком глубокой депрессии, чтобы встать.

   — Аксель · сериал
3. «

   Для самоубийства тоже никакие лицензии не нужны, только депрессия и идиотизм.

   Для самоубийства тоже никакие лицензии не нужны, только депрессия и идиотизм.

   — Ольга Громыко · книга
4. «

   Он сказал, что ему грустно и он не знает, отчего. Он сказал, что депрессия — это иная форма грусти, такая, которую не могут облегчить никакие слезы. Это такое чувство безнадежности и одиночества, что тяжело встать утром с кровати, невыносимо трудно собраться с силами, чтобы пойти на работу, или помыться, или хотя бы поесть. Он одновременно испытывал очень сильное чувство и совсем ничего не чувствовал. Он дышал, но будто бы не жил.

   Он сказал, что ему грустно и он не знает, отчего. Он сказал, что депрессия — это иная форма грусти, такая, которую не могут облегчить никакие слезы. Это такое чувство безнадежности и одиночества, что тяжело встать утром с кровати, невыносимо трудно собраться с силами, чтобы пойти на работу, или помыться, или хотя бы поесть. Он одновременно испытывал очень сильное чувство и совсем ничего не чувствовал. Он дышал, но будто бы не жил.

   — Джек Кэнфилд · книга
5. «

   Он искал целых две недели, но ничего приличного не попадалось. Ему было нечем заняться, не с кем поговорить. Он терял время, депрессия нарастала.

   Он искал целых две недели, но ничего приличного не попадалось. Ему было нечем заняться, не с кем поговорить. Он терял время, депрессия нарастала.

   — Дэниел Киз · книга
6. «

   Объясняя себе и другим необходимость сделать аборт, женщины ссылаются на безденежье, квартирные проблемы, отсутствие поддержки близких. Но за внешними трудностями стоят глубокие причины психологического плана, которые гораздо больше, чем что-либо ещё, влияют на решение женщины прервать беременность.

   Объясняя себе и другим необходимость сделать аборт, женщины ссылаются на безденежье, квартирные проблемы, отсутствие поддержки близких. Но за внешними трудностями стоят глубокие причины психологического плана, которые гораздо больше, чем что-либо ещё, влияют на решение женщины прервать беременность.

   — Роксана Бондаревская · книга
7. «

   Они пребывали в состоянии депрессии, которая неизменно приходит вслед за сильным эмоциональным напряжением. Вначале человек, волнуясь, ищет выхода в действии, он не в силах сидеть сложа руки и молча ждать развязки событий. Затем он доходит до такого состояния, когда страх окончательно парализует его волю, и он жаждет только одного — конца.

   Они пребывали в состоянии депрессии, которая неизменно приходит вслед за сильным эмоциональным напряжением. Вначале человек, волнуясь, ищет выхода в действии, он не в силах сидеть сложа руки и молча ждать развязки событий. Затем он доходит до такого состояния, когда страх окончательно парализует его волю, и он жаждет только одного — конца.

   — Чарльз Перси Сноу · книга
8. «

   Чем богаче становится мировая витрина предлагаемых товаров, тем более тоскливо и подавленно чувствует себя человек.

   Чем богаче становится мировая витрина предлагаемых товаров, тем более тоскливо и подавленно чувствует себя человек.

   — Дарио Салас Соммэр · книга
9. «

   Депрессия — это когда легче вручную выгрузить вагон кирпича, чем поднять телефонную трубку.

   Депрессия — это когда легче вручную выгрузить вагон кирпича, чем поднять телефонную трубку.

   — Владимир Леви
10. «

    Я часто думала о том, что у людей, подверженных сильной депрессии, настолько развита способность испытывать запредельные эмоции, что они могут испытывать такую сумасшедшую радость, что здоровым людям этого попросту никогда не понять — вот что такое быть безумно счастливым.

    Я часто думала о том, что у людей, подверженных сильной депрессии, настолько развита способность испытывать запредельные эмоции, что они могут испытывать такую сумасшедшую радость, что здоровым людям этого попросту никогда не понять — вот что такое быть безумно счастливым.

    — Дженни Лоусон · книга
11. «

    Депрессия чаще всего является следствием бездействия, отсутствия мотивов и неспособности к деятельности.

    Депрессия чаще всего является следствием бездействия, отсутствия мотивов и неспособности к деятельности.

    — Уте Эрхардт · книга
12. «

    Кстати, депрессией в основном страдают люди, достаточно хорошо живущие. Все вокруг кричат: как же сейчас у нас плохо! Я к этому хору не присоединяюсь, у меня есть с чем сравнивать. Я дитя довоенного времени, жила в войну и сразу после неё. Знаю, что такое жить в землянке, что такое бездомность. Что такое настоящий голод и триста граммов хлеба в сутки.

    Кстати, депрессией в основном страдают люди, достаточно хорошо живущие. Все вокруг кричат: как же сейчас у нас плохо! Я к этому хору не присоединяюсь, у меня есть с чем сравнивать. Я дитя довоенного времени, жила в войну и сразу после неё. Знаю, что такое жить в землянке, что такое бездомность. Что такое настоящий голод и триста граммов хлеба в сутки.

    — Светлана Дружинина
13. «

    ... уныние – это грех и только труд поможет справиться с депрессией.

    ... уныние – это грех и только труд поможет справиться с депрессией.

    — Джоджо Мойес · книга
14. «

    Здравствуй, друг-депрессия, проходи, присаживайся, у меня столько хорошей и грустной музыки.

    Здравствуй, друг-депрессия, проходи, присаживайся, у меня столько хорошей и грустной музыки.
15. «

    Ну здравствуй, люд, я депремальчик, Всегда сижу в уныньи я. Я злой и не послушный «зайчик», Прошу, не трогайте меня.

    Ну здравствуй, люд, я депремальчик, Всегда сижу в уныньи я. Я злой и не послушный «зайчик», Прошу, не трогайте меня.
16. «

    Еще одна фишка депрессии — она как бы рушит время. Внезапно твои дни превращаются в один бесконечный удушающий цикл. И ты пытаешься вспомнить, что тебя радовало. Но твой мозг медленно стирает все счастливые воспоминания. И в итоге ты думаешь только о том, что жизнь всегда была такой. И останется такой до конца.

    Еще одна фишка депрессии — она как бы рушит время. Внезапно твои дни превращаются в один бесконечный удушающий цикл. И ты пытаешься вспомнить, что тебя радовало. Но твой мозг медленно стирает все счастливые воспоминания. И в итоге ты думаешь только о том, что жизнь всегда была такой. И останется такой до конца.

    — Ру Беннетт · сериал
17. «

    Если бы я могла, я нарисовала бы карту депрессии – все ее высокие вершины и низкие низменности. Ее долины и пустыни. Но, видишь ли, тут-то и прячется ловушка. Карты рисуют, чтобы они тебя куда-то привели. Карты рисуют, потому что есть крестик, отмечающий место или крохотный домик в углу, который символически говорит: «Вот здесь ты окажешься в итоге». Но в этом и состоит коварство депрессии. Вряд ли она позволит рисовать с нее карты. Она не расскажет, куда ты направляешься. У тебя могут быть леса, а у меня будут болота. Самое важное – продолжать двигаться. Без карты и без компаса. Иногда у тебя не будет даже настоящей истины в роли проводника. Просто надо идти дальше. По пути ты найдешь то, за что можно крепко держаться. Надежду. Хорошие разговоры. Людей, которые останутся с тобой до утра. Найдешь то, что можно крепко сжать в руке. Для меня это было желтое полотенце, присланное мамой.

    Если бы я могла, я нарисовала бы карту депрессии – все ее высокие вершины и низкие низменности. Ее долины и пустыни. Но, видишь ли, тут-то и прячется ловушка. Карты рисуют, чтобы они тебя куда-то привели. Карты рисуют, потому что есть крестик, отмечающий место или крохотный домик в углу, который символически говорит: «Вот здесь ты окажешься в итоге». Но в этом и состоит коварство депрессии. Вряд ли она позволит рисовать с нее карты. Она не расскажет, куда ты направляешься. У тебя могут быть леса, а у меня будут болота. Самое важное – продолжать двигаться. Без карты и без компаса. Иногда у тебя не будет даже настоящей истины в роли проводника. Просто надо идти дальше. По пути ты найдешь то, за что можно крепко держаться. Надежду. Хорошие разговоры. Людей, которые останутся с тобой до утра. Найдешь то, что можно крепко сжать в руке. Для меня это было желтое полотенце, присланное мамой.

    — Ханна Бренчер · книга
18. «

    ...в социальном отношении, сердечный смех не приносит дивидендов. Удобнее, «политкорректнее» производить впечатление человека в депрессии, чем счастливого. Поверхностному взгляду может показаться, что дело обстоит наоборот. Но, если ты предстаешь перед людьми несчастным, грустным, ты всегда можешь найти кого-то, кто о тебе позаботится, выкажет расположение, любовь, признание. Я упрямо продолжаю быть уверенным, что всё уже есть внутри нас, что то, что мы ищем в других, нам следовало бы искать в себе. Но легче думать, что жизнь была для нас злой мачехой, чем убедиться в том, что быть несчастными — наш выбор. С другой стороны, человек несчастный, погруженный в депрессию, в глубине души хочет оставаться в своем страдании. Быть в депрессии предпочтительнее, чем стать ответственным за себя.

    ...в социальном отношении, сердечный смех не приносит дивидендов. Удобнее, «политкорректнее» производить впечатление человека в депрессии, чем счастливого. Поверхностному взгляду может показаться, что дело обстоит наоборот. Но, если ты предстаешь перед людьми несчастным, грустным, ты всегда можешь найти кого-то, кто о тебе позаботится, выкажет расположение, любовь, признание. Я упрямо продолжаю быть уверенным, что всё уже есть внутри нас, что то, что мы ищем в других, нам следовало бы искать в себе. Но легче думать, что жизнь была для нас злой мачехой, чем убедиться в том, что быть несчастными — наш выбор. С другой стороны, человек несчастный, погруженный в депрессию, в глубине души хочет оставаться в своем страдании. Быть в депрессии предпочтительнее, чем стать ответственным за себя.

    — Валерио Альбисетти · книга
19. «

    — Ты и твои эмоции — это не одно и то же. Как я себе представляю, чувства — это что-то вроде соседа по дому. Вы живёте бок о бок и видитесь каждый день. Можно делать вид, что никакого соседа нет, но сталкиваться всё равно приходится. И временами становится противно и страшно. Поэтому остаётся только одно: узнать друг друга получше. Вы можете общаться и чему-то друг у друга учиться. И даже менять друг друга к лучшему. Ты понимаешь, о чём я? — Как ты во всём этом так круто разбираешься? — У меня есть сосед по дому, с которым временами очень трудно ладить. Это называется депрессия. — Депрессия?... Но ты всегда такая радостная и весёлая... — Я и мои эмоции — это не одно и то же.

    — Ты и твои эмоции — это не одно и то же. Как я себе представляю, чувства — это что-то вроде соседа по дому. Вы живёте бок о бок и видитесь каждый день. Можно делать вид, что никакого соседа нет, но сталкиваться всё равно приходится. И временами становится противно и страшно. Поэтому остаётся только одно: узнать друг друга получше. Вы можете общаться и чему-то друг у друга учиться. И даже менять друг друга к лучшему. Ты понимаешь, о чём я? — Как ты во всём этом так круто разбираешься? — У меня есть сосед по дому, с которым временами очень трудно ладить. Это называется депрессия. — Депрессия?... Но ты всегда такая радостная и весёлая... — Я и мои эмоции — это не одно и то же.

    — Нацуки · игра
20. «

    Я работал в цирке «Дю Солей». Это лучший цирк в мире. И я — звезда великого цирка. Это гастроли в Нью-Йорке. И я — главный персонаж. Мечта, вершина карьеры... И мне скучно. Неинтересно. Несчастливо. Почему? А кончилось творчество. Я ежедневно повторяю одно и то же. Развития нет. He дают развиваться, потому что формула коммерческого успеха — закрепление и повторение. И у меня начинается депрессия. Что-то неверно. Я нахожусь не там. Депрессия длится несколько месяцев — страшная, тяжёлая... Хотя всё идеально, меня все любят, меня на руках нoсят! И вот я ищу возможность вырваться из этого прекpасного, выгодного, перспективного контракта. И вырываюсь. И депрессия проходит. То есть нужно понять, чтo именно и в каком месте неправильно, — это раз. И найти в себе силы сделать из этого места шаг — это два. А это всегда очень больно. Oчень непросто. И абсолютно необходимо.

    Я работал в цирке «Дю Солей». Это лучший цирк в мире. И я — звезда великого цирка. Это гастроли в Нью-Йорке. И я — главный персонаж. Мечта, вершина карьеры... И мне скучно. Неинтересно. Несчастливо. Почему? А кончилось творчество. Я ежедневно повторяю одно и то же. Развития нет. He дают развиваться, потому что формула коммерческого успеха — закрепление и повторение. И у меня начинается депрессия. Что-то неверно. Я нахожусь не там. Депрессия длится несколько месяцев — страшная, тяжёлая... Хотя всё идеально, меня все любят, меня на руках нoсят! И вот я ищу возможность вырваться из этого прекpасного, выгодного, перспективного контракта. И вырываюсь. И депрессия проходит. То есть нужно понять, чтo именно и в каком месте неправильно, — это раз. И найти в себе силы сделать из этого места шаг — это два. А это всегда очень больно. Oчень непросто. И абсолютно необходимо.

    — Вячеслав Полунин