184 цитаты «депрессия» на каждый день

Тема «депрессия» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 184 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   У Хемингуэя в «Солнце тоже встаёт» есть классический момент, когда кто-то спрашивает Майка Кэмбелла, как он обанкротился. А он отвечает: «Постепенно, а потом внезапно». Так и наступает депрессия. Ты просыпаешься утром, боишься жить дальше.

   У Хемингуэя в «Солнце тоже встаёт» есть классический момент, когда кто-то спрашивает Майка Кэмбелла, как он обанкротился. А он отвечает: «Постепенно, а потом внезапно». Так и наступает депрессия. Ты просыпаешься утром, боишься жить дальше.

   — Элизабет Вурцель · фильм
2. «

   Он искал целых две недели, но ничего приличного не попадалось. Ему было нечем заняться, не с кем поговорить. Он терял время, депрессия нарастала.

   Он искал целых две недели, но ничего приличного не попадалось. Ему было нечем заняться, не с кем поговорить. Он терял время, депрессия нарастала.

   — Дэниел Киз · книга
3. «

   депрессия — период острой необходимости счастья. зачем слушать мир, который не отвечает и безучастен?

   депрессия — период острой необходимости счастья. зачем слушать мир, который не отвечает и безучастен?

   — Ольга Живикина
4. «

   Здрасте... Вот если бы вы мне назвали какую-нибудь счастливую станцию, я бы, пожалуй, купил туда билет и укатил бы на всю жизнь...

   Здрасте... Вот если бы вы мне назвали какую-нибудь счастливую станцию, я бы, пожалуй, купил туда билет и укатил бы на всю жизнь...

   — Платон Сергеевич Рябинин · фильм
5. «

   ...в жизни каждого человека случаются времена, когда наваливается какая-то тяжесть, охватывает тоска, депрессия. Всего колотит, кажется, сейчас вывернет наизнанку.

   ...в жизни каждого человека случаются времена, когда наваливается какая-то тяжесть, охватывает тоска, депрессия. Всего колотит, кажется, сейчас вывернет наизнанку.

   — Харуки Мураками · книга
6. «

   Любить сломленных — тяжело... Им нужно больше заботы, больше внимания, больше нежности, больше поцелуев, больше объятий... Но это того стоит... Ведь как только сломленный человек расслабится, расправит крылья и поймет, что его не бросят, не предадут, не оставят на улице — он расцветает... Становится лучшей версией себя, яркой, настоящей, прекрасной и начинает дарить столько любви, что хватит всем с головою.

   Любить сломленных — тяжело... Им нужно больше заботы, больше внимания, больше нежности, больше поцелуев, больше объятий... Но это того стоит... Ведь как только сломленный человек расслабится, расправит крылья и поймет, что его не бросят, не предадут, не оставят на улице — он расцветает... Становится лучшей версией себя, яркой, настоящей, прекрасной и начинает дарить столько любви, что хватит всем с головою.
7. «

   Депрессия — это четвёртое «Д», о котором здесь не говорят. Которого боятся и от которого бегут, не желая признаться себе в его существовании. Она здесь повсюду. В чашке кофе, в тарелке с карпаччо, в той девочке с серым лицом, в неоновой вывеске над баром, в официанте, который ходит по залу, как на шарнирах, в том мужике, вышедшем из туалета и трущем нос. Она не просто витает в воздухе. Сам воздух зиждется на ней. Она есть базис всего. Мумии стараются прогнать ее. Делают все эти немыслимые вечеринки, покупают немыслимые наряды за немыслимые же деньги (которые, как видно из вышеизложенного, не имеют покупательской способности, а скорее носят символический характер), меняются своими одинаковыми любовниками и любовницами — мумиями. Стараются сойти с ума, которого тоже почти не осталось. Все здесь так друг другу осточертели, что и хочется бежать, да некуда. Круг перемещений ограничен зоной для мумий. Всеми этими похожими один на другой салонами, магазинами, клубами и ресторанами. Заваленными одинаковыми журналами и одинаковыми посетителями. Ты и рад бы пообщаться с людьми, но они тебя не понимают, а те, что понимают, сами почти уже мумии. Действительно зона. Срок твоего заключения здесь не известен. Тебя сюда никто не сажал, ты просто сам выбрал свой путь. Обратного не предвидится. Осталось терпеливо ждать, когда истощится твоя физическая оболочка и всё остановится. Единственный вопрос, который тебя иногда мучает: кто тот самый начальник зоны, который всем этим управляет? Кто движет процессами и выбирает героев, которым нужно подражать? Иногда ты приходишь к выводу, что этот начальник — ты сам. Хотя правильнее было бы ответить на него по-другому: здесь каждый живет в склепе, построенном собственноручно. Каждый сам выбирает себе героев и является начальником. А все склепы и герои одинаковы для всех, потому что у мумий не может быть по-другому. Мумии объединены общим космосом. Общей религией. Имя ей — БЕЗДУХОВНОСТЬ.

   Депрессия — это четвёртое «Д», о котором здесь не говорят. Которого боятся и от которого бегут, не желая признаться себе в его существовании. Она здесь повсюду. В чашке кофе, в тарелке с карпаччо, в той девочке с серым лицом, в неоновой вывеске над баром, в официанте, который ходит по залу, как на шарнирах, в том мужике, вышедшем из туалета и трущем нос. Она не просто витает в воздухе. Сам воздух зиждется на ней. Она есть базис всего. Мумии стараются прогнать ее. Делают все эти немыслимые вечеринки, покупают немыслимые наряды за немыслимые же деньги (которые, как видно из вышеизложенного, не имеют покупательской способности, а скорее носят символический характер), меняются своими одинаковыми любовниками и любовницами — мумиями. Стараются сойти с ума, которого тоже почти не осталось. Все здесь так друг другу осточертели, что и хочется бежать, да некуда. Круг перемещений ограничен зоной для мумий. Всеми этими похожими один на другой салонами, магазинами, клубами и ресторанами. Заваленными одинаковыми журналами и одинаковыми посетителями. Ты и рад бы пообщаться с людьми, но они тебя не понимают, а те, что понимают, сами почти уже мумии. Действительно зона. Срок твоего заключения здесь не известен. Тебя сюда никто не сажал, ты просто сам выбрал свой путь. Обратного не предвидится. Осталось терпеливо ждать, когда истощится твоя физическая оболочка и всё остановится. Единственный вопрос, который тебя иногда мучает: кто тот самый начальник зоны, который всем этим управляет? Кто движет процессами и выбирает героев, которым нужно подражать? Иногда ты приходишь к выводу, что этот начальник — ты сам. Хотя правильнее было бы ответить на него по-другому: здесь каждый живет в склепе, построенном собственноручно. Каждый сам выбирает себе героев и является начальником. А все склепы и герои одинаковы для всех, потому что у мумий не может быть по-другому. Мумии объединены общим космосом. Общей религией. Имя ей — БЕЗДУХОВНОСТЬ.

   — Сергей Минаев · книга
8. «

   Когда у меня депрессия, я хочу, чтобы жизнь била ключом. Я только игнорирую своего мужа, вот и все!

   Когда у меня депрессия, я хочу, чтобы жизнь била ключом. Я только игнорирую своего мужа, вот и все!

   — Дженни · фильм
9. «

   Наверное, горе легче переносить в стужу, когда дни коротки, а ночи длинны и темны. Тогда кажется, что весь мир погрузился во тьму вместе с тобой.

   Наверное, горе легче переносить в стужу, когда дни коротки, а ночи длинны и темны. Тогда кажется, что весь мир погрузился во тьму вместе с тобой.

   — Эрин Хантер · книга
10. «

    Депрессия тяжела не только сама по себе, дело в том, что ты знаешь — в мире есть множество людей, у которых гораздо больше причин пребывать в депрессии, чем у тебя, но эта мысль не только не излечивает от депрессии, а дает лишний повод презирать себя еще больше и, таким образом, погружаться в еще большую депрессию. Самая чистая форма депрессии — когда ты не можешь привести абсолютно никаких объяснений, почему ты в депрессии.

    Депрессия тяжела не только сама по себе, дело в том, что ты знаешь — в мире есть множество людей, у которых гораздо больше причин пребывать в депрессии, чем у тебя, но эта мысль не только не излечивает от депрессии, а дает лишний повод презирать себя еще больше и, таким образом, погружаться в еще большую депрессию. Самая чистая форма депрессии — когда ты не можешь привести абсолютно никаких объяснений, почему ты в депрессии.

    — Дэвид Лодж · книга
11. «

    Вроде бы я пытался жить правильно, даже праведно, то есть хотел всего себя чему-то там отдать, конечно же, все человечество осчастливить! Столько всего хотел — и не смог. Отсюда и мое уныние, оно как духовное поражение. Уныние меня убивает. Уничтожает. Я не верю в будущее. Вместо веры — страх. И вся эта моральная разруха, когда совершенно парализована воля, происходит без всяких трагедий. Я же все имею. И я, и моя семья. Но во мне пустота. Пустой человек. Когда у человека нет идеи — он чувствует свою бесполезность, ненужность, хоть это странно, как будто мало получить жизнь, чувстовать, мыслить, а нужно еще все это использовать с какой-то целью...

    Вроде бы я пытался жить правильно, даже праведно, то есть хотел всего себя чему-то там отдать, конечно же, все человечество осчастливить! Столько всего хотел — и не смог. Отсюда и мое уныние, оно как духовное поражение. Уныние меня убивает. Уничтожает. Я не верю в будущее. Вместо веры — страх. И вся эта моральная разруха, когда совершенно парализована воля, происходит без всяких трагедий. Я же все имею. И я, и моя семья. Но во мне пустота. Пустой человек. Когда у человека нет идеи — он чувствует свою бесполезность, ненужность, хоть это странно, как будто мало получить жизнь, чувстовать, мыслить, а нужно еще все это использовать с какой-то целью...

    — Олег Павлов · книга
12. «

    Но никто не отзывался на её зов. Небеса молчали, словно опустели. Никакое одиночество, которое она чувствовала раньше, не могло сравниться с нынешней бездной её одиночества.

    Но никто не отзывался на её зов. Небеса молчали, словно опустели. Никакое одиночество, которое она чувствовала раньше, не могло сравниться с нынешней бездной её одиночества.

    — Эрин Хантер · книга
13. «

    Да, у меня депрессия. Но я не собираюсь покончить собой. Так что можете вернуться к своей политике невмешательства.

    Да, у меня депрессия. Но я не собираюсь покончить собой. Так что можете вернуться к своей политике невмешательства.

    — Вайолет Хармон · сериал
14. «

    Депрессия – это когда воздушный замок упал и придавил своего создателя.

    Депрессия – это когда воздушный замок упал и придавил своего создателя.
15. «

    Склонного к меланхолии человека называли «дитя Сатурна». Сатурн характеризуется как холодный и удаленный, но у него есть также и другие значения. Иногда его называли богом мудрости и философской рефлексии. В некоторых садах эпохи Ренессанса были беседки, посвященные Сатурну, — темное, тенистое и удаленное место, где человек может отдохнуть и погрузиться в покой депрессии, не боясь, что его побеспокоят. Сатурн иногда называли SolNiger – черным Солнцем. В его черноте можно найти настоящий бриллиант – нашу сущностную природу, дистиллированную из депрессии и являющуюся, возможно, самым большим подарком меланхолии.

    Склонного к меланхолии человека называли «дитя Сатурна». Сатурн характеризуется как холодный и удаленный, но у него есть также и другие значения. Иногда его называли богом мудрости и философской рефлексии. В некоторых садах эпохи Ренессанса были беседки, посвященные Сатурну, — темное, тенистое и удаленное место, где человек может отдохнуть и погрузиться в покой депрессии, не боясь, что его побеспокоят. Сатурн иногда называли SolNiger – черным Солнцем. В его черноте можно найти настоящий бриллиант – нашу сущностную природу, дистиллированную из депрессии и являющуюся, возможно, самым большим подарком меланхолии.

    — Томас Мур · книга
16. «

    Единственная хорошая новость: от горя худеют. Никто не рекламирует эту диету, а ведь она самая эффективная из всех. Депрессия Для Похудения. Хотите сбросить вес? Разведитесь, влюбитесь в кого нибудь, кто вас не любит, живите один и грустите с утра до вечера. Лишние килограммы растают, как снег на солнце. Ваше тело снова станет стройным и сможет отлично вам послужить – конечно, если выживете.

    Единственная хорошая новость: от горя худеют. Никто не рекламирует эту диету, а ведь она самая эффективная из всех. Депрессия Для Похудения. Хотите сбросить вес? Разведитесь, влюбитесь в кого нибудь, кто вас не любит, живите один и грустите с утра до вечера. Лишние килограммы растают, как снег на солнце. Ваше тело снова станет стройным и сможет отлично вам послужить – конечно, если выживете.

    — Фредерик Бегбедер · книга
17. «

    Они пребывали в состоянии депрессии, которая неизменно приходит вслед за сильным эмоциональным напряжением. Вначале человек, волнуясь, ищет выхода в действии, он не в силах сидеть сложа руки и молча ждать развязки событий. Затем он доходит до такого состояния, когда страх окончательно парализует его волю, и он жаждет только одного — конца.

    Они пребывали в состоянии депрессии, которая неизменно приходит вслед за сильным эмоциональным напряжением. Вначале человек, волнуясь, ищет выхода в действии, он не в силах сидеть сложа руки и молча ждать развязки событий. Затем он доходит до такого состояния, когда страх окончательно парализует его волю, и он жаждет только одного — конца.

    — Чарльз Перси Сноу · книга
18. «

    Знаешь,..., засунь свою депрессию в задницу, если от неё страдают близкие.

    Знаешь,..., засунь свою депрессию в задницу, если от неё страдают близкие.
19. «

    У тебя никогда не было такого ощущения... Будто всё, за что ты принимаешься, обречено на неудачу? ... Будто ты в бездне несчастья, да так глубоко, что даже не видно солнца над головой? Я чувствую, что как бы я не старался... У меня недостаточно сил, чтобы выкарабкаться из этой дыры.

    У тебя никогда не было такого ощущения... Будто всё, за что ты принимаешься, обречено на неудачу? ... Будто ты в бездне несчастья, да так глубоко, что даже не видно солнца над головой? Я чувствую, что как бы я не старался... У меня недостаточно сил, чтобы выкарабкаться из этой дыры.

    — Шейн · игра
20. «

    Упасть, не дышать. Закричать, что я устал и нет сил встать. Умирать, воскресать, Обрести и потерять себя.

    Упасть, не дышать. Закричать, что я устал и нет сил встать. Умирать, воскресать, Обрести и потерять себя.