«долг»: 451 цитата со смыслом

451 цитата про «долг»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Есть два верных способы потерять друга: один — взять у него в долг, а второй — одолжить ему.

   Есть два верных способы потерять друга: один — взять у него в долг, а второй — одолжить ему.

   — Патрик Ротфусс · книга
2. «

   Случайностей нет. Есть Божье предопределение. Все, что должно бить, будет в свое время. Будет так как и должно бить. На нашу долю приходится только то, что мы должны делать. То, что в наших руках. Прилагать усилия. И ми в ответе за свои усилия. А дальше дело случая.

   Случайностей нет. Есть Божье предопределение. Все, что должно бить, будет в свое время. Будет так как и должно бить. На нашу долю приходится только то, что мы должны делать. То, что в наших руках. Прилагать усилия. И ми в ответе за свои усилия. А дальше дело случая.

   — Салих · сериал
3. «

   Королева любит того, кого должна, а не того, кого хочет.

   Королева любит того, кого должна, а не того, кого хочет.

   — Джордж Мартин · книга
4. «

   Вы сделали то, что вы должны были сделать, Д'Артаньян. Но может быть, вы сделали ошибку.

   Вы сделали то, что вы должны были сделать, Д'Артаньян. Но может быть, вы сделали ошибку.

   — Атос · фильм
5. «

   Неужели ж в человеке, когда он вполне предан своему долгу, как нарочно, недостанет уменья и твердости исполнить свой долг?

   Неужели ж в человеке, когда он вполне предан своему долгу, как нарочно, недостанет уменья и твердости исполнить свой долг?

   — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
6. «

   Все мы выполняем свой долг, когда это ничего нам не стоит. Как легко кажется тогда следовать тропою чести! Однако рано или поздно в жизни каждого человека наступает день, когда не знаешь, как поступить, когда приходится выбирать.

   Все мы выполняем свой долг, когда это ничего нам не стоит. Как легко кажется тогда следовать тропою чести! Однако рано или поздно в жизни каждого человека наступает день, когда не знаешь, как поступить, когда приходится выбирать.

   — Джордж Мартин · книга
7. «

   ... Не надо ничего никому доказывать. Вы никому ничего не должны. Кроме самой себя.

   ... Не надо ничего никому доказывать. Вы никому ничего не должны. Кроме самой себя.

   — Борис Акунин · книга
8. «

   — Но ты же каждый раз понимаешь, что это может быть конец, на каждой операции. Мы между жизнью и смертью. Ты бросаешь кости. Да или нет? Ты ведь осознаешь это? — Да, наверное... Да, осознаю, но не знаю, почему это делаю... Может, потому, что я ненормальный. — Не думаю.

   — Но ты же каждый раз понимаешь, что это может быть конец, на каждой операции. Мы между жизнью и смертью. Ты бросаешь кости. Да или нет? Ты ведь осознаешь это? — Да, наверное... Да, осознаю, но не знаю, почему это делаю... Может, потому, что я ненормальный. — Не думаю.

   — сержант Сэндборн · фильм
9. «

   …Человек, последовательно выполняющий свой долг, становится неспособным заниматься ничем другим.

   …Человек, последовательно выполняющий свой долг, становится неспособным заниматься ничем другим.

   — Эдит Уортон · книга
10. «

    Разумеется, мы живём в мужском мире по мужским законам, нас там и сям подстерегают случаи отвратительного сексизма, насилия и ущемления прав. Но комфортно ли в этом мире им — мужчинам, которые его организовали? Казалось бы, ответ на классический вопрос «кому на Руси жить хорошо?» должен быть однозначным: молодому сильному парню открыты все социальные дороги, в личной жизни статистика тоже в их пользу, десять девчонок по-прежнему не могут поделить девять ребят, а патриархальный семейный уклад устраивает довольно многих женщин. И всё же есть вещи, в которых мужчине часто отказывают, — и это очень простые человеческие проявления. Мужчина не имеет права бояться. Самое ужасное обвинение, которое мальчик слышит ещё с горшка, – ты трус! <...> У мужчины нет права на фобии, только женщина может отказываться летать самолётом и ненавидеть пауков. <...> Вообще сомневаться — не мужское дело. Самец обязан излучать уверенность, на любое опасение отвечать «прорвёмся, разрулим, я всё сделаю». <...> И, разумеется, он не должен плакать. Настоящий мужик, едва выбравшись из памперса, храбро закусывает губу и сносит любые бедствия насухо — от прививки до смерти обожаемого хомяка. Ему отказано в сентиментальных слезах, в слезах сострадания, обиды, печали, боли и любви. Пожалуй, может немного поплакать на похоронах кого-то близкого, и на этом всё. Особо тонких эмоций тоже лучше не демонстрировать. Парню позволено ржать и слегка огорчаться, всё остальное, как восемь оттенков розового — для баб. <...> Естественно, что при таком жестоком воспитании мы получаем в свои ручки довольно кривые бонсаи, которые выросли, пытаясь хоть как-то выживать, соответствовать этим адским стандартам и при этом не сломаться. Получилось не у всех. Но самое печальное – найдётся удивительно много женщин, которые, прочитав всё это, спросят – а что не так? Разве мужчина не должен быть сильным, храбрым, сексуальным и неуязвимым? Он может, но не обязан, по крайней мере круглосуточно. Точно так же как и мы не обязаны постоянно разгуливать на каблуках, при макияже и в мини, иметь идеальную фигуру и безупречно готовить. Всё это две стороны одной фальшивой медали – образы совершенного самца и самки, которые кругом друг другу должны.

    Разумеется, мы живём в мужском мире по мужским законам, нас там и сям подстерегают случаи отвратительного сексизма, насилия и ущемления прав. Но комфортно ли в этом мире им — мужчинам, которые его организовали? Казалось бы, ответ на классический вопрос «кому на Руси жить хорошо?» должен быть однозначным: молодому сильному парню открыты все социальные дороги, в личной жизни статистика тоже в их пользу, десять девчонок по-прежнему не могут поделить девять ребят, а патриархальный семейный уклад устраивает довольно многих женщин. И всё же есть вещи, в которых мужчине часто отказывают, — и это очень простые человеческие проявления. Мужчина не имеет права бояться. Самое ужасное обвинение, которое мальчик слышит ещё с горшка, – ты трус! <...> У мужчины нет права на фобии, только женщина может отказываться летать самолётом и ненавидеть пауков. <...> Вообще сомневаться — не мужское дело. Самец обязан излучать уверенность, на любое опасение отвечать «прорвёмся, разрулим, я всё сделаю». <...> И, разумеется, он не должен плакать. Настоящий мужик, едва выбравшись из памперса, храбро закусывает губу и сносит любые бедствия насухо — от прививки до смерти обожаемого хомяка. Ему отказано в сентиментальных слезах, в слезах сострадания, обиды, печали, боли и любви. Пожалуй, может немного поплакать на похоронах кого-то близкого, и на этом всё. Особо тонких эмоций тоже лучше не демонстрировать. Парню позволено ржать и слегка огорчаться, всё остальное, как восемь оттенков розового — для баб. <...> Естественно, что при таком жестоком воспитании мы получаем в свои ручки довольно кривые бонсаи, которые выросли, пытаясь хоть как-то выживать, соответствовать этим адским стандартам и при этом не сломаться. Получилось не у всех. Но самое печальное – найдётся удивительно много женщин, которые, прочитав всё это, спросят – а что не так? Разве мужчина не должен быть сильным, храбрым, сексуальным и неуязвимым? Он может, но не обязан, по крайней мере круглосуточно. Точно так же как и мы не обязаны постоянно разгуливать на каблуках, при макияже и в мини, иметь идеальную фигуру и безупречно готовить. Всё это две стороны одной фальшивой медали – образы совершенного самца и самки, которые кругом друг другу должны.

    — Марта Кетро · книга
11. «

    Мы делаем то, что должны, Сноу. Даже короли.

    Мы делаем то, что должны, Сноу. Даже короли.

    — Джордж Мартин · книга
12. «

    Всё, что можно терять – теряй, Только совесть терять – не смей. Чтобы не было жизни – зря, И не только – одной твоей.

    Всё, что можно терять – теряй, Только совесть терять – не смей. Чтобы не было жизни – зря, И не только – одной твоей.

    — Терентий Травник
13. «

    Справедливость и долг – как это благородно, жаль только, ни то ни другое нельзя почувствовать.

    Справедливость и долг – как это благородно, жаль только, ни то ни другое нельзя почувствовать.

    — Чжан Юэжань · книга
14. «

    Ты получил по голове и сразу же сдался. Бывает. Это часто встречается среди людей. Преграда, большая или маленькая, отвращает нас от долга и мечты. И это касается не только воинов. Я слышал, что даже некоторые менестрели сочиняют не то, чего хотят сами, а то, чего от них требуют. Свои мысли высказывать боятся, ограничивают себя. Даже солдаты трусят. Переживают за жизнь, за семью, выполняют приказы, противоречащие чести. Это нас демоны терзают, Террок. Демоны внутри нас, которым мы уступили. Как только мы ставим что-то выше своих целей, демоны тут как тут. Они заставляют нас ограничивать себя, ограничивать наши мечты, а иногда даже идти против наших желаний. Поэтому я скажу так, послушай. Лучше бы ты продолжал сражаться в испытаниях, не сдавался, если уж решил стать воином. Поверь — богам это понравится. Я знаю, о чем говорю. Им вообще нравится, когда кто-то отдает всего себя любимому делу. И тут не нужно бояться ни увечий, ни смерти. Иди до конца! Ты ведь человек, а не кролик.

    Ты получил по голове и сразу же сдался. Бывает. Это часто встречается среди людей. Преграда, большая или маленькая, отвращает нас от долга и мечты. И это касается не только воинов. Я слышал, что даже некоторые менестрели сочиняют не то, чего хотят сами, а то, чего от них требуют. Свои мысли высказывать боятся, ограничивают себя. Даже солдаты трусят. Переживают за жизнь, за семью, выполняют приказы, противоречащие чести. Это нас демоны терзают, Террок. Демоны внутри нас, которым мы уступили. Как только мы ставим что-то выше своих целей, демоны тут как тут. Они заставляют нас ограничивать себя, ограничивать наши мечты, а иногда даже идти против наших желаний. Поэтому я скажу так, послушай. Лучше бы ты продолжал сражаться в испытаниях, не сдавался, если уж решил стать воином. Поверь — богам это понравится. Я знаю, о чем говорю. Им вообще нравится, когда кто-то отдает всего себя любимому делу. И тут не нужно бояться ни увечий, ни смерти. Иди до конца! Ты ведь человек, а не кролик.

    — Даниил Аксёнов · книга
15. «

    Ур-ра! Споем, друзья, втроем, Прощай очаг и отчий дом! Сквозь ветер злой, дожди и зной Мы до Раздола добредем!

    Ур-ра! Споем, друзья, втроем, Прощай очаг и отчий дом! Сквозь ветер злой, дожди и зной Мы до Раздола добредем!

    — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
16. «

    ...в человеческом языке есть слово, о которое разбиваются все наши надежды и желания, и слово это: надо.

    ...в человеческом языке есть слово, о которое разбиваются все наши надежды и желания, и слово это: надо.

    — Александр Дюма · книга
17. «

    Я родилась, чтобы исполнить долг. У меня были привилегии, но не было свободы.

    Я родилась, чтобы исполнить долг. У меня были привилегии, но не было свободы.

    — королева Анна Австрийская · сериал
18. «

    Я всё равно не жилец. Дай мне хотя бы шанс вернуть долг тебе. До слушания комиссии мне всё равно не дожить, все до смерти боятся, как бы я их не прищучил. Значит, меня уберут. Так почему не сегодня? Вот ты и убьёшь меня. Ты единственный, от кого я это приму.

    Я всё равно не жилец. Дай мне хотя бы шанс вернуть долг тебе. До слушания комиссии мне всё равно не дожить, все до смерти боятся, как бы я их не прищучил. Значит, меня уберут. Так почему не сегодня? Вот ты и убьёшь меня. Ты единственный, от кого я это приму.

    — Максимилиан «Макс» Беркович · фильм
19. «

    Древние говорили: «Ищи преданного вассала среди почтительных». Невозможно представить, чтобы человек был непочтителен к своим родителям и в то же время был предан своему господину. Ибо неспособный исполнить сыновний долг перед родителями, давшими ему жизнь, едва ли будет преданно служить господину, с которым он не связан кровными узами, из одного лишь почтения. Когда такой непочтительный сын поступает на службу к господину, он будет осуждать любые недостатки своего хозяина, а если он будет чем-то недоволен, то забудет о своей преданности и исчезнет в минуту опасности или предаст своего господина, сдавшись в плен врагу.

    Древние говорили: «Ищи преданного вассала среди почтительных». Невозможно представить, чтобы человек был непочтителен к своим родителям и в то же время был предан своему господину. Ибо неспособный исполнить сыновний долг перед родителями, давшими ему жизнь, едва ли будет преданно служить господину, с которым он не связан кровными узами, из одного лишь почтения. Когда такой непочтительный сын поступает на службу к господину, он будет осуждать любые недостатки своего хозяина, а если он будет чем-то недоволен, то забудет о своей преданности и исчезнет в минуту опасности или предаст своего господина, сдавшись в плен врагу.

    — Юдзан Дайдодзи · книга
20. «

    Христос взмахивает волшебной палочкой над этим миром, и вот, все становится мягче и прекраснее.

    Христос взмахивает волшебной палочкой над этим миром, и вот, все становится мягче и прекраснее.