16 цитат про «дуализм», которые захочется сохранить

16 цитат про «дуализм»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Быть может, без ненависти нет и любви, а без настоящей тьмы нет и настоящего света.

   Быть может, без ненависти нет и любви, а без настоящей тьмы нет и настоящего света.

   — Татьяна Фишер · книга
2. «

   Итак, что же вам от меня нужно? Быть может, некое объяснение? Какая-нибудь великолепная душеспасительная история, которая бы разъяснила, каким образом развернулись события? Возможно, имелась причина — движущая сила, которая бы сделала всё закономерным; и, поняв её, вы бы могли ненавидеть меня чуть меньше, чем сейчас. Однако, таковой не существует. У меня никогда не было времени каяться. Я стихиен. Так сказать, аксиоматичен — таков, каким и должен являться тот, кто находится внутри целого клубка ложных ходов. Как видите, я добился своего. Я — тот кто я есть. В этом моё благославение и — ради симметрии — моё же проклятие.

   Итак, что же вам от меня нужно? Быть может, некое объяснение? Какая-нибудь великолепная душеспасительная история, которая бы разъяснила, каким образом развернулись события? Возможно, имелась причина — движущая сила, которая бы сделала всё закономерным; и, поняв её, вы бы могли ненавидеть меня чуть меньше, чем сейчас. Однако, таковой не существует. У меня никогда не было времени каяться. Я стихиен. Так сказать, аксиоматичен — таков, каким и должен являться тот, кто находится внутри целого клубка ложных ходов. Как видите, я добился своего. Я — тот кто я есть. В этом моё благославение и — ради симметрии — моё же проклятие.

   — Крис Райт · книга
3. «

   — Мы точно знаем, куда зашел Гитлер: он шел по трупам миллионов еврев, детей... — Эх, жалко, что и ты попался на удочку английской пропаганды, очень жалко.

   — Мы точно знаем, куда зашел Гитлер: он шел по трупам миллионов еврев, детей... — Эх, жалко, что и ты попался на удочку английской пропаганды, очень жалко.

   — Генрих Бёлль · книга
4. «

   Он показал мне: в мире существует не только жестокость.

   Он показал мне: в мире существует не только жестокость.

   — Артур Голден · книга
5. «

   Нет солнечного света без мрака, и ночь надо изведать.

   Нет солнечного света без мрака, и ночь надо изведать.

   — Альбер Камю · книга
6. «

   Как только он убедился, что разрыва не произойдет, ему стала ясна отрицательная сторона примирения.

   Как только он убедился, что разрыва не произойдет, ему стала ясна отрицательная сторона примирения.

   — Марсель Пруст · книга
7. «

   Виквебер, хоть он и пройдоха, при этом и в самом деле человек набожный, и то и другое — и набожность, и пройдошливость — в нем подлинно.

   Виквебер, хоть он и пройдоха, при этом и в самом деле человек набожный, и то и другое — и набожность, и пройдошливость — в нем подлинно.

   — Генрих Бёлль · книга
8. «

   Мир дуалистичен. И никто из нас не может быть абсолютом, никто!

   Мир дуалистичен. И никто из нас не может быть абсолютом, никто!

   — Мальбонте · игра
9. «

   Нет мне угла ни внутри, ни вне. Нет мне покоя ни там ни тут. Два человека живут во мне. Два человека меня ведут.

   Нет мне угла ни внутри, ни вне. Нет мне покоя ни там ни тут. Два человека живут во мне. Два человека меня ведут.

   — Евгения Бильченко
10. «

    ... Итак, подведем итоги. Идентиализм — это дуализм на той стадии развития, когда крупнейшие корпорации заканчивают передел человеческого сознания, которое, находясь под непрерывным действием орального, анального и вытесняющего вау-импульсов, начинает самостоятельно генерировать три вау-фактора, вследствие чего происходит устойчивое и постоянное вытеснение личности и появление на ее месте так называемой identity. Идентиализм — это дуализм, обладающий троякой особенностью. Это дуализм а) умерший, б) сгнивший, в) оцифрованный. Можно дать множество разных определений identity, но это совершенно бессмысленно, поскольку реально ее все равно не существует. И если на предыдущих стадиях человеческой истории можно было говорить об угнетении человека человеком и человека абстрактным понятием, то в эпоху идентиализма говорить об угнетении уже невозможно. На стадии идентиализма из поля зрения полностью исчезает тот, за чью свободу можно было бы бороться. Поэтому конец света, о котором так долго говорили христиане и к которому неизбежно ведет вауеризация сознания, будет абсолютно безопасен во всех смыслах — ибо исчезает тот, кому опасность могла бы угрожать. Конец светя будет просто телепередачей. И это, соратники, наполняет нас всех невыразимым блаженством...

    ... Итак, подведем итоги. Идентиализм — это дуализм на той стадии развития, когда крупнейшие корпорации заканчивают передел человеческого сознания, которое, находясь под непрерывным действием орального, анального и вытесняющего вау-импульсов, начинает самостоятельно генерировать три вау-фактора, вследствие чего происходит устойчивое и постоянное вытеснение личности и появление на ее месте так называемой identity. Идентиализм — это дуализм, обладающий троякой особенностью. Это дуализм а) умерший, б) сгнивший, в) оцифрованный. Можно дать множество разных определений identity, но это совершенно бессмысленно, поскольку реально ее все равно не существует. И если на предыдущих стадиях человеческой истории можно было говорить об угнетении человека человеком и человека абстрактным понятием, то в эпоху идентиализма говорить об угнетении уже невозможно. На стадии идентиализма из поля зрения полностью исчезает тот, за чью свободу можно было бы бороться. Поэтому конец света, о котором так долго говорили христиане и к которому неизбежно ведет вауеризация сознания, будет абсолютно безопасен во всех смыслах — ибо исчезает тот, кому опасность могла бы угрожать. Конец светя будет просто телепередачей. И это, соратники, наполняет нас всех невыразимым блаженством...

    — Виктор Пелевин · книга
11. «

    Безумие и величие — это две стороны одной монеты.

    Безумие и величие — это две стороны одной монеты.

    — Джордж Мартин · книга
12. «

    Зачем нужен свет, если он светит днем? Свет виден лишь в темноте. Светлость измеряется лишь своей противоположностью.

    Зачем нужен свет, если он светит днем? Свет виден лишь в темноте. Светлость измеряется лишь своей противоположностью.

    — Бернар Вербер · книга
13. «

    И чем быстрее шла, тем легче ей становилось. Легче... Антонимы. Легко — тяжело. Холодно — горячо. Во всём заложена двойственность, или, как модно говорить, дуализм. И одно предполагает наличие другого: если есть одиночество, должна быть и любовь. Иначе невозможно.

    И чем быстрее шла, тем легче ей становилось. Легче... Антонимы. Легко — тяжело. Холодно — горячо. Во всём заложена двойственность, или, как модно говорить, дуализм. И одно предполагает наличие другого: если есть одиночество, должна быть и любовь. Иначе невозможно.

    — Януш Леон Вишневский · книга
14. «

    Радость, скорбь — узора два В тонких тканях божества.

    Радость, скорбь — узора два В тонких тканях божества.

    — Уильям Блейк
15. «

    Если бы с помощью дуализма можно было разобраться в трагедиях, возникших из-за любви мужчины и женщины, то наша жизнь была бы до ужаса унылой.

    Если бы с помощью дуализма можно было разобраться в трагедиях, возникших из-за любви мужчины и женщины, то наша жизнь была бы до ужаса унылой.

    — Минарэ Кода · аниме
16. «

    Я ощутил вселенную как огромное неустойчивое равновесие. К ней были приложены как бы две разные воли, два разных смысловых знака — и приложены с таким усилием и мощью, что «небо» содрогалось на самом деле. В действительности, конечно, воль в мире существовало невообразимое число, и были они всех возможных направлений и видов. И каждая из них знать ничего не хотела об остальных. Но вместе они складывались в два расшибающихся друг о друга потока. Один из них хотел быть. Другой — не хотел быть. Или, может быть, правильнее — хотел не быть. Они вступали друг с другом в смертный бой, смешивались, сжигали и вымораживали друг друга — и снова возникали друг из дружки, стоило лишь одной из этих сил достаточно сгуститься. В общем, если вы видели китайский знак «Инь-Ян», то на космическом блюде был начертан именно он.

    Я ощутил вселенную как огромное неустойчивое равновесие. К ней были приложены как бы две разные воли, два разных смысловых знака — и приложены с таким усилием и мощью, что «небо» содрогалось на самом деле. В действительности, конечно, воль в мире существовало невообразимое число, и были они всех возможных направлений и видов. И каждая из них знать ничего не хотела об остальных. Но вместе они складывались в два расшибающихся друг о друга потока. Один из них хотел быть. Другой — не хотел быть. Или, может быть, правильнее — хотел не быть. Они вступали друг с другом в смертный бой, смешивались, сжигали и вымораживали друг друга — и снова возникали друг из дружки, стоило лишь одной из этих сил достаточно сгуститься. В общем, если вы видели китайский знак «Инь-Ян», то на космическом блюде был начертан именно он.

    — Виктор Пелевин · книга