429 цитат «еда, пища» на каждый день

429 цитат про «еда, пища»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Английские десерты почти так же ужасны, как английский хлеб.

   Английские десерты почти так же ужасны, как английский хлеб.

   — Дженнифер Робсон · книга
2. «

   Если ты голоден – будешь есть все, нет – ходи так (детдомовское правило).

   Если ты голоден – будешь есть все, нет – ходи так (детдомовское правило).

   — Рубен Давид Гонсалес Гальего · книга
3. «

   Любой ресторан при отеле проверяется качеством салата «Цезарь» — мотайте на ус!

   Любой ресторан при отеле проверяется качеством салата «Цезарь» — мотайте на ус!

   — Том Хэнкс · книга
4. «

   — Как стейк? — С мясом...

   — Как стейк? — С мясом...

   — Лузеры (The Losers) · фильм
5. «

   Аппетит приходит во время еды.

   Аппетит приходит во время еды.

   — Франсуа Рабле
6. «

   Дружба не измеряется числом совместных обедов... Хотя обеды дружбе, безусловно, не вредят, кто бы спорил.

   Дружба не измеряется числом совместных обедов... Хотя обеды дружбе, безусловно, не вредят, кто бы спорил.

   — Макс Фрай · книга
7. «

   Я никогда не ем то, что рекламируют по телевидению.

   Я никогда не ем то, что рекламируют по телевидению.

   — Чак Паланик · книга
8. «

   Ваши три шага к счастью — Секс, пища, Я.

   Ваши три шага к счастью — Секс, пища, Я.

   — Адам Леннард
9. «

   ... Пир, не сдобренный любезностью хозяев, Становится похож на платный ужин. Для насыщенья дома мы едим, В гостях же ищем не еды — радушья.

   ... Пир, не сдобренный любезностью хозяев, Становится похож на платный ужин. Для насыщенья дома мы едим, В гостях же ищем не еды — радушья.

   — Уильям Шекспир · книга
10. «

    Пишешь о пище, что трудно тебе привыкать к тому, чтобы понемногу есть, так чтобы после обеда еще быть голодной. Святые отцы установили касательно пищи три степени: воздержание, чтобы после принятия пищи быть несколько голодным; довольство, чтобы не быть ни сытым, ни голодным; и сытость, чтобы есть досыта, не без некоторого отягощения. Из этих трех степеней каждый может избирать любую, по своим силам и по своему устроению, здоровый и больной. Для последнего трудно принимать пищу один раз в день.

    Пишешь о пище, что трудно тебе привыкать к тому, чтобы понемногу есть, так чтобы после обеда еще быть голодной. Святые отцы установили касательно пищи три степени: воздержание, чтобы после принятия пищи быть несколько голодным; довольство, чтобы не быть ни сытым, ни голодным; и сытость, чтобы есть досыта, не без некоторого отягощения. Из этих трех степеней каждый может избирать любую, по своим силам и по своему устроению, здоровый и больной. Для последнего трудно принимать пищу один раз в день.

    — Амвросий Оптинский
11. «

    Мы живем в беспокойное время. Люди стали много кушать и мало читать.

    Мы живем в беспокойное время. Люди стали много кушать и мало читать.

    — Григорий Горин · книга
12. «

    — Слушай, Иолай, кроме всего прочего я отлично готовлю. Как ты любишь есть мясо? — Один.

    — Слушай, Иолай, кроме всего прочего я отлично готовлю. Как ты любишь есть мясо? — Один.

    — Джоксер · сериал
13. «

    В своем ли ты решил уме, Что жизнь твоя равна чуме, Что ты, глотая свой обед, Разбойник есть и людоед?

    В своем ли ты решил уме, Что жизнь твоя равна чуме, Что ты, глотая свой обед, Разбойник есть и людоед?

    — Николай Алексеевич Заболоцкий
14. «

    Иван Васильевич, кильками в наш век отравиться гораздо легче, чем водкой!

    Иван Васильевич, кильками в наш век отравиться гораздо легче, чем водкой!

    — Александр Сергеевич Тимофеев (Шурик) · фильм
15. «

    За полтора месяца жизни в Штатах нам так надоела американская кухня, что мы согласны были принимать внутрь любые еды – итальянские, китайские, еврейские, лишь бы не «брекфест намбр ту» или «динер намбр уан», лишь бы не эту нумерованную, стандартизованную и централизованную пищу. Вообще если можно говорить о дурном вкусе в еде, то американская кухня, безусловно, является выражением дурного, вздорного и эксцентрического вкуса, вызвавшего на свет такие ублюдки, как сладкие соленые огурцы, бэкон, зажаренный до крепости фанеры, или ослепляющий белизной и совершенно безвкусный (нет, имеющий вкус ваты!) хлеб.

    За полтора месяца жизни в Штатах нам так надоела американская кухня, что мы согласны были принимать внутрь любые еды – итальянские, китайские, еврейские, лишь бы не «брекфест намбр ту» или «динер намбр уан», лишь бы не эту нумерованную, стандартизованную и централизованную пищу. Вообще если можно говорить о дурном вкусе в еде, то американская кухня, безусловно, является выражением дурного, вздорного и эксцентрического вкуса, вызвавшего на свет такие ублюдки, как сладкие соленые огурцы, бэкон, зажаренный до крепости фанеры, или ослепляющий белизной и совершенно безвкусный (нет, имеющий вкус ваты!) хлеб.

    — Илья Ильф · книга
16. «

    – Ты в курсе, что стала есть ещё больше в три раза? Нет, даже больше. Ты с голодного края? – Я пытаюсь заполнить едой пустоту в сердце.

    – Ты в курсе, что стала есть ещё больше в три раза? Нет, даже больше. Ты с голодного края? – Я пытаюсь заполнить едой пустоту в сердце.
17. «

    — Ты есть-то будешь? — Ну, а если буду? — Тогда, на-ка, быстренько почисти лук.

    — Ты есть-то будешь? — Ну, а если буду? — Тогда, на-ка, быстренько почисти лук.

    — Георгий Иванович (Гоша) · фильм
18. «

    Бог создал пищу, а чёрт прислал кулинара.

    Бог создал пищу, а чёрт прислал кулинара.

    — Английские пословицы и поговорки
19. «

    – Эх, щас бы Галину Бланку в кипятке забодяжить, а? – Лучше Доширака – в нем химикалии нажористее.

    – Эх, щас бы Галину Бланку в кипятке забодяжить, а? – Лучше Доширака – в нем химикалии нажористее.

    — Две сорванные башни (The Lord of the Rings: The Two Towers) · фильм
20. «

    Один старый мужчина переехал жить к своему сыну, невестке и четырехлетнему внуку. Его руки дрожали, глаза плохо видели, походка была ковыляющей. Семья ела вместе за одним столом, но старые, трясущиеся дедушкины руки и слабое зрение затрудняли этот процесс. Горошины сыпались с ложки на пол, когда он зажимал в руках стакан, молоко проливалось на скатерть. Сын и невестка стали все больше раздражаться из-за этого. — Мы должны что-то предпринять, — сказал сын. — С меня достаточно того, как он шумно ест, пролитого им молока, и рассыпанной пищи на полу. Муж и жена решили поставить отдельный маленький столик в углу комнаты. Там дедушка стал есть в одиночестве, в то время как остальные члены семьи наслаждались обедом. После того, как дедушка дважды разбивал тарелки, ему стали подавать еду в деревянной миске. Когда кто-то из семьи мельком взглядывал на дедушку, иногда у него были слезы в глазах, потому что он был совсем один. С тех пор единственными словами, которые он слышал в свой адрес, были колкие замечания, когда он ронял вилку или рассыпал пищу. Четырехлетний мальчик наблюдал за всем молча. Однажды вечером, перед ужином, отец заметил его играющим с деревянной щепкой на полу. Он ласково спросил малыша: — Чем ты занимаешься? Так же доверчиво мальчик ответил: — Я делаю маленькую миску для тебя и мамы, из которой вы будете кушать, когда я вырасту. Мальчик улыбнулся и продолжил работать. Эти слова так ошеломили родителей, что они потеряли дар речи. Потом слезы заструились на их лицах. И хотя ни одного слова не было произнесено, оба знали, что надо сделать. В тот вечер муж подошел к дедушке, взял за руку и нежно проводил его обратно к семейному столу. Все оставшиеся дни он ел вместе с семьей. И почему-то ни муж ни жена больше не беспокоились, когда падала вилка, разливалось молоко или пачкалась скатерть.

    Один старый мужчина переехал жить к своему сыну, невестке и четырехлетнему внуку. Его руки дрожали, глаза плохо видели, походка была ковыляющей. Семья ела вместе за одним столом, но старые, трясущиеся дедушкины руки и слабое зрение затрудняли этот процесс. Горошины сыпались с ложки на пол, когда он зажимал в руках стакан, молоко проливалось на скатерть. Сын и невестка стали все больше раздражаться из-за этого. — Мы должны что-то предпринять, — сказал сын. — С меня достаточно того, как он шумно ест, пролитого им молока, и рассыпанной пищи на полу. Муж и жена решили поставить отдельный маленький столик в углу комнаты. Там дедушка стал есть в одиночестве, в то время как остальные члены семьи наслаждались обедом. После того, как дедушка дважды разбивал тарелки, ему стали подавать еду в деревянной миске. Когда кто-то из семьи мельком взглядывал на дедушку, иногда у него были слезы в глазах, потому что он был совсем один. С тех пор единственными словами, которые он слышал в свой адрес, были колкие замечания, когда он ронял вилку или рассыпал пищу. Четырехлетний мальчик наблюдал за всем молча. Однажды вечером, перед ужином, отец заметил его играющим с деревянной щепкой на полу. Он ласково спросил малыша: — Чем ты занимаешься? Так же доверчиво мальчик ответил: — Я делаю маленькую миску для тебя и мамы, из которой вы будете кушать, когда я вырасту. Мальчик улыбнулся и продолжил работать. Эти слова так ошеломили родителей, что они потеряли дар речи. Потом слезы заструились на их лицах. И хотя ни одного слова не было произнесено, оба знали, что надо сделать. В тот вечер муж подошел к дедушке, взял за руку и нежно проводил его обратно к семейному столу. Все оставшиеся дни он ел вместе с семьей. И почему-то ни муж ни жена больше не беспокоились, когда падала вилка, разливалось молоко или пачкалась скатерть.