183 цитаты «единение, единство» на каждый день

183 цитаты про «единение, единство»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Политик не имеет права слушать крики и плач всех и каждого. Я всегда должен действовать в интересах народа как единого целого.

   Политик не имеет права слушать крики и плач всех и каждого. Я всегда должен действовать в интересах народа как единого целого.

   — Карл 3 · игра
2. «

   Океан состоит из капель. Единство приведет к буре! Сила единства может сломать железо, храбрость сотрясает скалы! Когда молодежь объединяется, она делает невозможное возможным! Будь он королем или тираном, он склонит голову. Он не сможет справиться с бурей!

   Океан состоит из капель. Единство приведет к буре! Сила единства может сломать железо, храбрость сотрясает скалы! Когда молодежь объединяется, она делает невозможное возможным! Будь он королем или тираном, он склонит голову. Он не сможет справиться с бурей!

   — Запретная любовь (Yeh Dil) · фильм
3. «

   — Что мы будем делать дальше? — Я не знаю. Но пока мы делаем это вместе, мы победим его. На его месте я бы боялся.

   — Что мы будем делать дальше? — Я не знаю. Но пока мы делаем это вместе, мы победим его. На его месте я бы боялся.

   — Милтон Гризли · сериал
4. «

   Находясь в единстве с самим собой, невозможно даже помыслить о конфликте.

   Находясь в единстве с самим собой, невозможно даже помыслить о конфликте.

   — Экхарт Толле
5. «

   Всегда вместе. И вечно порознь. Пока всходит и заходит солнце. Пока существуют день и ночь. Пока они оба живы.

   Всегда вместе. И вечно порознь. Пока всходит и заходит солнце. Пока существуют день и ночь. Пока они оба живы.

   — Филипп Гастон · фильм
6. «

   Только разлука помогает развеять иллюзию того, что вы с любимым человеком два отдельных существа.

   Только разлука помогает развеять иллюзию того, что вы с любимым человеком два отдельных существа.

   — Эштон Кутчер
7. «

   Мы взяли этот город, потому что хотим обрести дом. И ради этой цели, мы действуем, как единое целое, когда бьемся — мы бьемся единым духом, чтобы вселить ужас в саксов, но мы не поддаемся своему гневу. Мы наконец-то смогли объединится, в отличие от предшественников. Все до нас пытались и терпели неудачи — Убба, Аловласый, Кнут... Все пали от своего гнева, в борьбе за не более, чем свою славу. Такими были порядки прошлого поколения. Для него больше нет места.

   Мы взяли этот город, потому что хотим обрести дом. И ради этой цели, мы действуем, как единое целое, когда бьемся — мы бьемся единым духом, чтобы вселить ужас в саксов, но мы не поддаемся своему гневу. Мы наконец-то смогли объединится, в отличие от предшественников. Все до нас пытались и терпели неудачи — Убба, Аловласый, Кнут... Все пали от своего гнева, в борьбе за не более, чем свою славу. Такими были порядки прошлого поколения. Для него больше нет места.

   — Сигтриггр · сериал
8. «

   В городе твоём, как в моём, полумрак и тлен. В разных субмаринах живём, но в одном котле.

   В городе твоём, как в моём, полумрак и тлен. В разных субмаринах живём, но в одном котле.
9. «

   Ты — Джин, да. Но так же и Кассий. Две души постоянно в противоречии, душа невиновности и душа силы. Вместе вы единое целое, которое мы называем Митрарин. «Рождённый из праха».

   Ты — Джин, да. Но так же и Кассий. Две души постоянно в противоречии, душа невиновности и душа силы. Вместе вы единое целое, которое мы называем Митрарин. «Рождённый из праха».

   — Грей Айз (Старейшина Лунокровных) · игра
10. «

    Я поклялся защищать Землю. Но, чтобы обеспечить её безопасность, я должен был раширить охват. Корабль Брейниака — идеальное оружие, но в моих руках он может обречь новое предназначение: миллионы цивилизаций из коллекции Брейниака ждут своего возрождения. Я отберу самых смелых, самых отважных воинов среди них, и с их помощью построю Новый Режим. Даже не так — Легион Супергероев. Легион, что обеспечит спокойствие не только Земли, но и целой вселенной, а потом — и других миров.

    Я поклялся защищать Землю. Но, чтобы обеспечить её безопасность, я должен был раширить охват. Корабль Брейниака — идеальное оружие, но в моих руках он может обречь новое предназначение: миллионы цивилизаций из коллекции Брейниака ждут своего возрождения. Я отберу самых смелых, самых отважных воинов среди них, и с их помощью построю Новый Режим. Даже не так — Легион Супергероев. Легион, что обеспечит спокойствие не только Земли, но и целой вселенной, а потом — и других миров.

    — Кларк Кент / Супермен
11. «

    Не всегда слова знаменуют встречу. Иногда нас объединяют дороги, которыми мы ходим.

    Не всегда слова знаменуют встречу. Иногда нас объединяют дороги, которыми мы ходим.

    — Улисс · игра
12. «

    Сегодня мы все здесь собрались, как единое целое. Мистраль. Атлас. Вакуо. Вэйл. Четыре королевства Ремнанта. В этот день, примерно 80 лет назад, величайшая война за всю историю нашего мира подошла к концу. То была война невежества, алчности и угнетения. Не столько война о переделе границ или правил торговли, сколько война о самой идее индивидуализма. Мы сражались по бесчисленному ряду причин, одной из которых было уничтожение всех форм искусства и самовыражения. И как вам хорошо известно, не многие выстояли. Как результат, те, кто противостоял тирании, стали называть своих детей по одному из основных аспектов искусства — цвету. Это был способ показать, что не только они не станут терпеть подавления, но и грядущие поколения тоже. Эта традиция сохранилась и по сей день. Мы несём в себе индивидуализм и самовыражение через многообразие. Как я уже сказал, сегодня вечером мы стоим здесь вместе как единство. Но эта связь не может существовать без стараний. Поэтому сегодня, пока остальной мир празднует свободу, Охотники и Охотницы прикладывают усилия, чтобы отстаивать его.

    Сегодня мы все здесь собрались, как единое целое. Мистраль. Атлас. Вакуо. Вэйл. Четыре королевства Ремнанта. В этот день, примерно 80 лет назад, величайшая война за всю историю нашего мира подошла к концу. То была война невежества, алчности и угнетения. Не столько война о переделе границ или правил торговли, сколько война о самой идее индивидуализма. Мы сражались по бесчисленному ряду причин, одной из которых было уничтожение всех форм искусства и самовыражения. И как вам хорошо известно, не многие выстояли. Как результат, те, кто противостоял тирании, стали называть своих детей по одному из основных аспектов искусства — цвету. Это был способ показать, что не только они не станут терпеть подавления, но и грядущие поколения тоже. Эта традиция сохранилась и по сей день. Мы несём в себе индивидуализм и самовыражение через многообразие. Как я уже сказал, сегодня вечером мы стоим здесь вместе как единство. Но эта связь не может существовать без стараний. Поэтому сегодня, пока остальной мир празднует свободу, Охотники и Охотницы прикладывают усилия, чтобы отстаивать его.

    — Озпин (Ozpin) · мультфильм
13. «

    Во все времена во всех культурах перед человеком стоит один и тот же вопрос: как преодолеть отделенность, как достичь единства, как выйти за пределы своей собственной индивидуальной жизни и обрести единение.

    Во все времена во всех культурах перед человеком стоит один и тот же вопрос: как преодолеть отделенность, как достичь единства, как выйти за пределы своей собственной индивидуальной жизни и обрести единение.

    — Эрих Фромм · книга
14. «

    Я полицейский и я тебя арестую. Ты нарушил закон, не я его писал, может я даже не согласен с ним, но я заставлю тебя его соблюдать и, как бы ты не молил, клянчил, просил или пытался понравится, я все ровно засажу тебя за решетку. Если ты побежишь, я догоню тебя, если нападешь — я буду драться, выстрелишь — получишь пулю в ответ. Отступать мне запрещает закон. Я — следствие твоего преступления, неоплаченный счет, твоя судьба со стволом и значком, но за ним бьется такое же сердце, как и у тебя. Я проливаю кровь, думаю, люблю и меня можно убить, но я не один. За мной стоят тысячи таких же как я сестер и братьев, готовых отдать за меня жизнь, а я за них. Мы друг за друга горой, тонкая синяя линия, предохраняющая жертву от хищника, добро от зла. Мы — полицейские...

    Я полицейский и я тебя арестую. Ты нарушил закон, не я его писал, может я даже не согласен с ним, но я заставлю тебя его соблюдать и, как бы ты не молил, клянчил, просил или пытался понравится, я все ровно засажу тебя за решетку. Если ты побежишь, я догоню тебя, если нападешь — я буду драться, выстрелишь — получишь пулю в ответ. Отступать мне запрещает закон. Я — следствие твоего преступления, неоплаченный счет, твоя судьба со стволом и значком, но за ним бьется такое же сердце, как и у тебя. Я проливаю кровь, думаю, люблю и меня можно убить, но я не один. За мной стоят тысячи таких же как я сестер и братьев, готовых отдать за меня жизнь, а я за них. Мы друг за друга горой, тонкая синяя линия, предохраняющая жертву от хищника, добро от зла. Мы — полицейские...

    — Брайан Тейлор · фильм
15. «

    Взгляни — два дерева растут Из корня одного. Судьба ль, случайность ли, но тут И без родства — родство. Когда зимой шумит метель, Когда мороз суров,— Березу охраняет ель От гибельных ветров. А в зной, когда трава горит И хвое впору тлеть,— Береза тенью одарит, Поможет уцелеть. Некровные растут не врозь, Их близость — навсегда. А у людей — все вкривь да вкось, И горько от стыда.

    Взгляни — два дерева растут Из корня одного. Судьба ль, случайность ли, но тут И без родства — родство. Когда зимой шумит метель, Когда мороз суров,— Березу охраняет ель От гибельных ветров. А в зной, когда трава горит И хвое впору тлеть,— Береза тенью одарит, Поможет уцелеть. Некровные растут не врозь, Их близость — навсегда. А у людей — все вкривь да вкось, И горько от стыда.

    — Мария Сергеевна Петровых
16. «

    Люди, все еще продолжавшие махать, исчезли за поворотом. Воспоминание пропало. Что теперь? Это – его жизнь? Он и сам не знал. Он уже забыл свое прошлое. Он запряг собак. Дал им поесть. И еще раз посмотрел назад. Вдруг все, что было вокруг, пропало, он забыл о понятиях жизни и смерти, смысла и цели, многогранность жизни исчезла; сверкая, открылась перед ним его снежная равнина, оказавшаяся по ту сторону слов и чувств. И теперь, когда он поднял ногу, чтобы сделать первый шаг в направлении Северного полюса, шаг, который приведет его к смерти, он почувствовал неожиданный, несказанный подъем, будто эта экспедиция важнее всего остального, будто в эту минуту он наконец начинает жить и его существование наполнится смыслом; будто в безудержном порыве он вырвался за пределы своего существа, приблизился к тайне бытия, постиг смысл жизни. Казалось, небо стало его мозгом. Океан шумел в его артериях и венах. Он поднял руки и сделал шаг на север.

    Люди, все еще продолжавшие махать, исчезли за поворотом. Воспоминание пропало. Что теперь? Это – его жизнь? Он и сам не знал. Он уже забыл свое прошлое. Он запряг собак. Дал им поесть. И еще раз посмотрел назад. Вдруг все, что было вокруг, пропало, он забыл о понятиях жизни и смерти, смысла и цели, многогранность жизни исчезла; сверкая, открылась перед ним его снежная равнина, оказавшаяся по ту сторону слов и чувств. И теперь, когда он поднял ногу, чтобы сделать первый шаг в направлении Северного полюса, шаг, который приведет его к смерти, он почувствовал неожиданный, несказанный подъем, будто эта экспедиция важнее всего остального, будто в эту минуту он наконец начинает жить и его существование наполнится смыслом; будто в безудержном порыве он вырвался за пределы своего существа, приблизился к тайне бытия, постиг смысл жизни. Казалось, небо стало его мозгом. Океан шумел в его артериях и венах. Он поднял руки и сделал шаг на север.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
17. «

    Я сказал, ты должен это сделать. Ты сказал, что не хочешь. Мы поговорим об этом и согласились, что, наверное, я мог бы помочь. Я сказал, что ты не прав. Ты настаивал на своей правоте. Мы взялись за руки, и правота и неправота исчезли. Я заплакал. Ты заплакал тоже. Мы обнялись, и между нами вырос цветок мира. Как я люблю эту тайну, что зовется МЫ! Она возникает словно из воздуха. Я думал об этой тайне и кое-что понял: МЫ, должно быть, любимое дитя любви, потому что пока я не потянусь к тебе, МЫ не существует. Оно прилетает на крыльях нежности; оно говорит через наше молчаливое понимание. Когда я смеюсь над собой, оно улыбается. Когда я прощаю тебя, оно танцует в ликовании. МЫ – это не просто когда ты и я хотим быть вместе. МЫ объединяет нас, увеличивает нашу силу; оно подхватывает нашу ношу, когда ты и я готовы позволить ей упасть. Правды в том, что ты и я давно бы сдались, но МЫ не позволит нам. Оно очень мудро. «Загляните в свои сердца, — говорит оно. – Что вы видите? Не ты и я, но только МЫ».

    Я сказал, ты должен это сделать. Ты сказал, что не хочешь. Мы поговорим об этом и согласились, что, наверное, я мог бы помочь. Я сказал, что ты не прав. Ты настаивал на своей правоте. Мы взялись за руки, и правота и неправота исчезли. Я заплакал. Ты заплакал тоже. Мы обнялись, и между нами вырос цветок мира. Как я люблю эту тайну, что зовется МЫ! Она возникает словно из воздуха. Я думал об этой тайне и кое-что понял: МЫ, должно быть, любимое дитя любви, потому что пока я не потянусь к тебе, МЫ не существует. Оно прилетает на крыльях нежности; оно говорит через наше молчаливое понимание. Когда я смеюсь над собой, оно улыбается. Когда я прощаю тебя, оно танцует в ликовании. МЫ – это не просто когда ты и я хотим быть вместе. МЫ объединяет нас, увеличивает нашу силу; оно подхватывает нашу ношу, когда ты и я готовы позволить ей упасть. Правды в том, что ты и я давно бы сдались, но МЫ не позволит нам. Оно очень мудро. «Загляните в свои сердца, — говорит оно. – Что вы видите? Не ты и я, но только МЫ».

    — Майкл Джексон
18. «

    Он хотел объединить Ноксус... Выходит, я теперь — раскольник?

    Он хотел объединить Ноксус... Выходит, я теперь — раскольник?

    — Клед · игра
19. «

    В необходимом — единение, в сомнительном — свобода, во всём — любовь.

    В необходимом — единение, в сомнительном — свобода, во всём — любовь.

    — Аврелий Августин
20. «

    Мы едины. Как мы разделяем славу наших побед, также разделяем и горечь поражений. Так мы становимся ближе. И сильнее.

    Мы едины. Как мы разделяем славу наших побед, также разделяем и горечь поражений. Так мы становимся ближе. И сильнее.

    — Малик Аль-Саиф · игра