497 лучших мыслей на тему «эгоизм»

497 цитат про «эгоизм»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Любовь делает людей эгоистами.

   Любовь делает людей эгоистами.

   — Элвин Гамильтон · книга
2. «

   Всего меньше эгоизма у раба.

   Всего меньше эгоизма у раба.

   — Александр Герцен
3. «

   Я люблю тебя, и именно поэтому я не могу быть с тобой эгоистом.

   Я люблю тебя, и именно поэтому я не могу быть с тобой эгоистом.

   — Дэймон Сальваторе · сериал
4. «

   Эгоистов следует прощать, потому что нет надежды их излечить. ================================= Эгоизм нужно прощать, поскольку нет надежды его излечить. ================================= Мы должны всегда прощать эгоистов. Они неизлечимо больны.

   Эгоистов следует прощать, потому что нет надежды их излечить. ================================= Эгоизм нужно прощать, поскольку нет надежды его излечить. ================================= Мы должны всегда прощать эгоистов. Они неизлечимо больны.

   — Мэри Кроуфорд · фильм
5. «

   Счастье эгоистично.

   Счастье эгоистично.

   — Александр Дюма · книга
6. «

   — Чёрный Пёс не успокоиться пока не уничтожит всю мафию в Нью-Йорке. Никто не в силах его остановить, никто. — Почему? Как ты можешь тут утверждать, что всё бесполезно? Я никогда не сдаюсь! Каким бы тяжёлым и безнадёжным было положение. Никогда не сдаюсь! — Ну зачем? Весь этот мусор жившие только одними преступлениями. Всё равно рано или поздно будет уничтожен. Кражи, убийства, наркотики, теперь они будут наказаны по заслугам! — Ты неправа, нельзя желать смерти тому, кто много нагрешил. Бесчеловечно. — Всё это слова, люди не совсем такие, как тот Бог в которого вы верите. Они не умеют любить своих врагов, они не ценят не свои и не чужие жизни. И ради вот таких, как ты готова рисковать собой? Ну ты и святоша, конечно чего же ещё можно ожидать от монахини. Научись в первую очередь думать о себе, а не о других. Все люди должны жить только для себя. — Возможно, возможно все только что ты сказала правда, я не могу опровергнуть твоё любое слово, и это меня немного раздражает. Называй меня хоть святошей, хоть кем угодно. Но я всё равно не могу молча смотреть на то, как убивают людей. Послушай не призовёшь сейчас кого-нибудь быстрого?

   — Чёрный Пёс не успокоиться пока не уничтожит всю мафию в Нью-Йорке. Никто не в силах его остановить, никто. — Почему? Как ты можешь тут утверждать, что всё бесполезно? Я никогда не сдаюсь! Каким бы тяжёлым и безнадёжным было положение. Никогда не сдаюсь! — Ну зачем? Весь этот мусор жившие только одними преступлениями. Всё равно рано или поздно будет уничтожен. Кражи, убийства, наркотики, теперь они будут наказаны по заслугам! — Ты неправа, нельзя желать смерти тому, кто много нагрешил. Бесчеловечно. — Всё это слова, люди не совсем такие, как тот Бог в которого вы верите. Они не умеют любить своих врагов, они не ценят не свои и не чужие жизни. И ради вот таких, как ты готова рисковать собой? Ну ты и святоша, конечно чего же ещё можно ожидать от монахини. Научись в первую очередь думать о себе, а не о других. Все люди должны жить только для себя. — Возможно, возможно все только что ты сказала правда, я не могу опровергнуть твоё любое слово, и это меня немного раздражает. Называй меня хоть святошей, хоть кем угодно. Но я всё равно не могу молча смотреть на то, как убивают людей. Послушай не призовёшь сейчас кого-нибудь быстрого?

   — Сателла Хавенхайт · аниме
7. «

   Люди совершают грехи, просто живя. Большинство из нас привыкли к этим грехам, сами того не сознавая. Все мы по натуре эгоисты и индивидуалисты, и потому мы прощаем себя. Со стороны наши грехи выглядят просто ужасно, но мы с готовностью принимаем их и не жалуемся – мы привыкли к нашей собственной мерзости. Если без обиняков: каждый, абсолютно каждый человек ужасающе снисходителен к самому себе.

   Люди совершают грехи, просто живя. Большинство из нас привыкли к этим грехам, сами того не сознавая. Все мы по натуре эгоисты и индивидуалисты, и потому мы прощаем себя. Со стороны наши грехи выглядят просто ужасно, но мы с готовностью принимаем их и не жалуемся – мы привыкли к нашей собственной мерзости. Если без обиняков: каждый, абсолютно каждый человек ужасающе снисходителен к самому себе.

   — Эйдзи Микагэ · книга
8. «

   «Эгоизм» зовет вас к радости, довольству самим собой, к наслаждению самим собой; «свобода» и в настоящем, и в ожидании – только томление, романтическая жалоба, христианская надежда на потусторонность и будущее, а «своеобразие» – действительность, которая сама собою устраняет всякую неволю, преграждающую вам путь. От всего, что вам не мешает, вы не пожелаете отречься, а, встретив какое-либо препятствие, вы будете знать, что должны «слушаться самих себя более, чем людей».

   «Эгоизм» зовет вас к радости, довольству самим собой, к наслаждению самим собой; «свобода» и в настоящем, и в ожидании – только томление, романтическая жалоба, христианская надежда на потусторонность и будущее, а «своеобразие» – действительность, которая сама собою устраняет всякую неволю, преграждающую вам путь. От всего, что вам не мешает, вы не пожелаете отречься, а, встретив какое-либо препятствие, вы будете знать, что должны «слушаться самих себя более, чем людей».

   — Макс Штирнер · книга
9. «

   Напрасно мы погрязли в эгоизме, Надеясь на кладбищенский итог: Такие стали дыры в атеизме, Что ясно через них заметен Бог.

   Напрасно мы погрязли в эгоизме, Надеясь на кладбищенский итог: Такие стали дыры в атеизме, Что ясно через них заметен Бог.

   — Игорь Губерман
10. «

    Недостаточная любовь мира к тебе не является доказательством его полного эгоизма.

    Недостаточная любовь мира к тебе не является доказательством его полного эгоизма.

    — Авессалом Подводный · книга
11. «

    Я жил эгоистом, но не обязан им умереть.

    Я жил эгоистом, но не обязан им умереть.

    — Майк Энслин · фильм
12. «

    Его упрекнули в эгоизме. Мордой об стол. И он пристыдился. Рефлектируя, он запретил себе употреблять в речи местоимение «я» — и с удивлением заметил, что ему не о чем стало говорить с людьми. Паранойя прогрессировала успешно. Постепенно в разговоре с собой он перешёл на Вы.

    Его упрекнули в эгоизме. Мордой об стол. И он пристыдился. Рефлектируя, он запретил себе употреблять в речи местоимение «я» — и с удивлением заметил, что ему не о чем стало говорить с людьми. Паранойя прогрессировала успешно. Постепенно в разговоре с собой он перешёл на Вы.
13. «

    Целомудрие — разновидность эгоизма, в основе которого лежит все то же физическое желание.

    Целомудрие — разновидность эгоизма, в основе которого лежит все то же физическое желание.

    — Юкио Мисима · книга
14. «

    Эгоизм — это естественное свойство человека. Вы требуете бескорыстия от других, но это ведь чудовищная претензия. Вы хотите, чтобы они пожертвовали своими желаниями ради ваших. С какой стати? Когда вы примеритесь с мыслью, что каждый живет только для себя, вы будете куда снисходительнее к своим ближним. Они перестанут обманывать ваши надежды, и вы начнете относится к ним куда милосерднее.

    Эгоизм — это естественное свойство человека. Вы требуете бескорыстия от других, но это ведь чудовищная претензия. Вы хотите, чтобы они пожертвовали своими желаниями ради ваших. С какой стати? Когда вы примеритесь с мыслью, что каждый живет только для себя, вы будете куда снисходительнее к своим ближним. Они перестанут обманывать ваши надежды, и вы начнете относится к ним куда милосерднее.

    — Уильям Сомерсет Моэм · книга
15. «

    Ну, знаете, по-настоящему я люблю только себя, Ненавижу только себя, Жалею только себя. Главное, чтобы кто-нибудь был под рукой, Ну а как по-другому? Такова природа.

    Ну, знаете, по-настоящему я люблю только себя, Ненавижу только себя, Жалею только себя. Главное, чтобы кто-нибудь был под рукой, Ну а как по-другому? Такова природа.
16. «

    Нет тех достоинств неэгоистичной натуры, которые я не мог бы использовать. Я могу принести жертву, проявить сострадание, сделать другу подарок, претерпеть за друга, отдать жизнь за друга – все потому, что для меня это может оказаться лучшим способом самовыражения; но простой человеческой доброты во мне нет ни капли.

    Нет тех достоинств неэгоистичной натуры, которые я не мог бы использовать. Я могу принести жертву, проявить сострадание, сделать другу подарок, претерпеть за друга, отдать жизнь за друга – все потому, что для меня это может оказаться лучшим способом самовыражения; но простой человеческой доброты во мне нет ни капли.

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
17. «

    Вопрос: Каково самое большое препятствие прогрессу? Ответ: Гордыня и эгоизм; я говорю о прогрессе нравственном, ибо интеллектуальный прогресс совершается постоянно. Кажется даже, на первый взгляд, что он удваивает активность этих пороков, развивая честолюбие и любовь к богатству, которые в свою очередь, побуждают человека к деятельности, просвещающей его дух. Так происходит то, что всё оказывается взаимосвязанным, как в мире нравственном, так и в физическом, и из самого зла может выйти добро; но такое положение дел лишь временно; оно будет меняться по мере того, как человек начнёт понимать, что за пределами наслаждения земными благами есть счастье беспредельно большее и бесконечно более длительное.

    Вопрос: Каково самое большое препятствие прогрессу? Ответ: Гордыня и эгоизм; я говорю о прогрессе нравственном, ибо интеллектуальный прогресс совершается постоянно. Кажется даже, на первый взгляд, что он удваивает активность этих пороков, развивая честолюбие и любовь к богатству, которые в свою очередь, побуждают человека к деятельности, просвещающей его дух. Так происходит то, что всё оказывается взаимосвязанным, как в мире нравственном, так и в физическом, и из самого зла может выйти добро; но такое положение дел лишь временно; оно будет меняться по мере того, как человек начнёт понимать, что за пределами наслаждения земными благами есть счастье беспредельно большее и бесконечно более длительное.

    — Аллан Кардек · книга
18. «

    Все люди эгоистичны и самодовольны. Люди всегда были эгоистичными и ненасытными, история должна быть изменена. Сила Илиастер содержится именно в этом, если люди выбирают бессмысленный путь, то мы их перенаправляем на путь верный. Но мы поняли, как мы бы не старались изменить будущее, все равно этот мир ждет неизменное будущее.

    Все люди эгоистичны и самодовольны. Люди всегда были эгоистичными и ненасытными, история должна быть изменена. Сила Илиастер содержится именно в этом, если люди выбирают бессмысленный путь, то мы их перенаправляем на путь верный. Но мы поняли, как мы бы не старались изменить будущее, все равно этот мир ждет неизменное будущее.

    — Хосэ · аниме
19. «

    Если ваша любовь чиста, вы хотите, чтобы любимый человек был счастлив, даже если в его счастье в конце концов не окажется места для вас самих. Вы поступаете так, как будет лучше для него, и, может быть, не так, как было бы лучше для вас. Таковы величие и подлинная свобода любви. И есть нечистая эгоистичная любовь, которая говорит: «Это должно быть моим, и ничьим больше. Если я не получу это, оно никому и ни за что не достанется!» Нечистая любовь приносит несчастье.

    Если ваша любовь чиста, вы хотите, чтобы любимый человек был счастлив, даже если в его счастье в конце концов не окажется места для вас самих. Вы поступаете так, как будет лучше для него, и, может быть, не так, как было бы лучше для вас. Таковы величие и подлинная свобода любви. И есть нечистая эгоистичная любовь, которая говорит: «Это должно быть моим, и ничьим больше. Если я не получу это, оно никому и ни за что не достанется!» Нечистая любовь приносит несчастье.

    — Ринпоче Наванг Гехлек · книга
20. «

    Но я различаю критику, служащую чему-нибудь, от собственной, или эгоистической. Если я критикую, имея предпосылкой какое-нибудь высшее существо, то моя критика служит ему и ведется ради него; если я одержим, например, верой в «свободное государство», то я критикую все относящееся к нему именно с этой точки зрения, – годится ли это такому государству, или я люблю это государство; если я критикую как верующий, то все распадается для меня на божественное и дьявольское, и вся природа представляется в моей критике в двух ликах, Бога и дьявола, люди же – как верующие и неверующие; если же я критикую, веря в человека как в «истинную сущность», то все распадается на человека и не-человека, и т. д. Критика была до сих пор делом любви: мы всегда производили ее из любви к какой-нибудь сущности. Всякая критика, служащая чему-нибудь, – продукт любви, одержимость, и она поступает поэтому, следуя Новому завету: «Все испытывайте, хорошего держитесь». «Хорошее» – вот пробный камень, критерий. Добро, возвращающееся под тысячью именами и видами, остается всегда предпосылкой, остается догматически твердым пунктом для этой критики, остается навязчивой идеей.

    Но я различаю критику, служащую чему-нибудь, от собственной, или эгоистической. Если я критикую, имея предпосылкой какое-нибудь высшее существо, то моя критика служит ему и ведется ради него; если я одержим, например, верой в «свободное государство», то я критикую все относящееся к нему именно с этой точки зрения, – годится ли это такому государству, или я люблю это государство; если я критикую как верующий, то все распадается для меня на божественное и дьявольское, и вся природа представляется в моей критике в двух ликах, Бога и дьявола, люди же – как верующие и неверующие; если же я критикую, веря в человека как в «истинную сущность», то все распадается на человека и не-человека, и т. д. Критика была до сих пор делом любви: мы всегда производили ее из любви к какой-нибудь сущности. Всякая критика, служащая чему-нибудь, – продукт любви, одержимость, и она поступает поэтому, следуя Новому завету: «Все испытывайте, хорошего держитесь». «Хорошее» – вот пробный камень, критерий. Добро, возвращающееся под тысячью именами и видами, остается всегда предпосылкой, остается догматически твердым пунктом для этой критики, остается навязчивой идеей.

    — Макс Штирнер · книга