649 цитат по теме «эгоизм» без воды

649 цитат про «эгоизм»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Имеющий уши не услышит, имеющий глаза не увидит.

   Имеющий уши не услышит, имеющий глаза не увидит.

   — Миледи Винтер · фильм
2. «

   Чтобы быть успешным, вы должны быть эгоистичны. Иначе вы ничего не достигните. Как только вы доберетесь до вершины своей цели, станьте бескорыстны. Пребывайте в контакте с окружающими, не ставьте себя выше других.

   Чтобы быть успешным, вы должны быть эгоистичны. Иначе вы ничего не достигните. Как только вы доберетесь до вершины своей цели, станьте бескорыстны. Пребывайте в контакте с окружающими, не ставьте себя выше других.

   — Майкл Джордан
3. «

   ... Истинная страсть эгоистична.

   ... Истинная страсть эгоистична.

   — Стендаль · книга
4. «

   С летами все страсти умирают; только себялюбие никогда не умирает.

   С летами все страсти умирают; только себялюбие никогда не умирает.

   — Вольтер (Франсуа-Мари Аруэ)
5. «

   Хотеть счастья — не эгоизм. Это естественная потребность человека.

   Хотеть счастья — не эгоизм. Это естественная потребность человека.

   — Анна Джейн · книга
6. «

   — Умрёшь вместе со мной? — сказала она, сверкая глазами. — Ну вот ещё. Опасно станет, я уйду. Хочешь умереть, можешь помирать одна. — Какой ты эгоист! — Не могу же я с тобой вместе умереть из-за того, что ты меня обедом накормила. Вот если бы ужином, тогда, может, другое дело.

   — Умрёшь вместе со мной? — сказала она, сверкая глазами. — Ну вот ещё. Опасно станет, я уйду. Хочешь умереть, можешь помирать одна. — Какой ты эгоист! — Не могу же я с тобой вместе умереть из-за того, что ты меня обедом накормила. Вот если бы ужином, тогда, может, другое дело.

   — Харуки Мураками · книга
7. «

   Патриотизм в национальном смысле есть то же, что эгоизм в смысле индивидуальном; оба, в сущности, вытекают из одного источника и приносят однородные бедствия. Уважение к своему обществу есть отблеск уважения к самому себе.

   Патриотизм в национальном смысле есть то же, что эгоизм в смысле индивидуальном; оба, в сущности, вытекают из одного источника и приносят однородные бедствия. Уважение к своему обществу есть отблеск уважения к самому себе.

   — Герберт Спенсер
8. «

   Мышление, конечно, не прекратится, так же как и чувствование. Но власть мыслей и идей, господство теорий и принципов, главенство духа, одним словом, иерархия будет продолжаться до тех пор, пока будут господствовать попы, то есть теологи, философы, государственные мужи, филистеры, либералы, наставники, слуги, родители, дети, супруги, Прудоны, Жорж Санды, Блюнчли и т. д., и т. д.; иерархия будет существовать до тех пор, пока будут верить в принципы, мыслить о них или даже их критиковать, ибо даже самая непримиримая критика, которая хоронит все обычные принципы в конце концов тоже верит в принцип как таковой. Критикует всякий, но критерии различны. Поэтому гонятся за «истинным» критерием. Этот истинный критерий – первая предпосылка. Он – создание не критика, а догматика. Мало того, обычно его берут из культуры данного времени, например, «свобода», «человечность» и т. д. Не критик «открыл человека», а «человек», был установлен догматиком как истина; критик же, который, впрочем, может быть одновременно и догматиком, верит в эту истину, в этот догмат. В этой вере, одержимый этой верой, он и критикует. Тайна критики – какая-нибудь «истина»: вот секрет ее силы.

   Мышление, конечно, не прекратится, так же как и чувствование. Но власть мыслей и идей, господство теорий и принципов, главенство духа, одним словом, иерархия будет продолжаться до тех пор, пока будут господствовать попы, то есть теологи, философы, государственные мужи, филистеры, либералы, наставники, слуги, родители, дети, супруги, Прудоны, Жорж Санды, Блюнчли и т. д., и т. д.; иерархия будет существовать до тех пор, пока будут верить в принципы, мыслить о них или даже их критиковать, ибо даже самая непримиримая критика, которая хоронит все обычные принципы в конце концов тоже верит в принцип как таковой. Критикует всякий, но критерии различны. Поэтому гонятся за «истинным» критерием. Этот истинный критерий – первая предпосылка. Он – создание не критика, а догматика. Мало того, обычно его берут из культуры данного времени, например, «свобода», «человечность» и т. д. Не критик «открыл человека», а «человек», был установлен догматиком как истина; критик же, который, впрочем, может быть одновременно и догматиком, верит в эту истину, в этот догмат. В этой вере, одержимый этой верой, он и критикует. Тайна критики – какая-нибудь «истина»: вот секрет ее силы.

   — Макс Штирнер · книга
9. «

   Криминалистика полагает, что убийства чаще всего следствие алчности, ревности, пьянства, сведения счётов, и прочая, и прочая... Но это не так, такие убийства редки. Чаще всего мы казним близких тупым эгоизмом, бессмысленной суетой и подлой трусостью.

   Криминалистика полагает, что убийства чаще всего следствие алчности, ревности, пьянства, сведения счётов, и прочая, и прочая... Но это не так, такие убийства редки. Чаще всего мы казним близких тупым эгоизмом, бессмысленной суетой и подлой трусостью.

   — Врач (психиатр) · фильм
10. «

    Я — эгоистичный негодяй, и никем другим я быть не хочу!

    Я — эгоистичный негодяй, и никем другим я быть не хочу!

    — Мистер Бернс · мультфильм
11. «

    Когда любишь человека, даешь ему всё, чего бы он ни пожелал, забыв о своём эгоизме. ======================== Может, я старомоден, но я верю, что когда любишь — нужно давать любимому то, о чём он попросит.

    Когда любишь человека, даешь ему всё, чего бы он ни пожелал, забыв о своём эгоизме. ======================== Может, я старомоден, но я верю, что когда любишь — нужно давать любимому то, о чём он попросит.

    — Дэниэл Рафферти · фильм
12. «

    Делать то, что хочешь, и не делать того, чего не хочешь, — это не эгоизм, это не значит ходить по головам других. Это базовый компонент заботы о себе и любви к себе. Да, нам важно быть в контакте с другими. Но этом получится, только если мы будем в контакте с собой.

    Делать то, что хочешь, и не делать того, чего не хочешь, — это не эгоизм, это не значит ходить по головам других. Это базовый компонент заботы о себе и любви к себе. Да, нам важно быть в контакте с другими. Но этом получится, только если мы будем в контакте с собой.

    — Анна Бабич · книга
13. «

    В любви каждый старается для себя.

    В любви каждый старается для себя.

    — Кэтти · фильм
14. «

    — Ты лицемер, Дин! Когда отец продал душу за тебя, что ты чувствовал? Ты был разбит и сломлен. И вот ты поступил так же со мной! Это эгоистично, Дин! — Да, ты прав, эгоистично, но я не парюсь!

    — Ты лицемер, Дин! Когда отец продал душу за тебя, что ты чувствовал? Ты был разбит и сломлен. И вот ты поступил так же со мной! Это эгоистично, Дин! — Да, ты прав, эгоистично, но я не парюсь!

    — Дин Винчестер · сериал
15. «

    Человек — это «я» и «моё». А потом всё остальное.

    Человек — это «я» и «моё». А потом всё остальное.

    — Михаил Сафарбекович Гуцериев
16. «

    В основании каждой любви лежит эгоизм, и страннее всего то, что он переживает все остальное. Женщину перестают любить, ее готовы отправить к черту, но с огорчением видят, когда она идет под руку с другим.

    В основании каждой любви лежит эгоизм, и страннее всего то, что он переживает все остальное. Женщину перестают любить, ее готовы отправить к черту, но с огорчением видят, когда она идет под руку с другим.

    — Понсон дю Террайль · книга
17. «

    Сформулируем смысл этого закона, и тогда получится следующее: каждый человек должен иметь нечто, что стояло бы выше него. Ты должен отодвинуть на задний план свои «частные интересы», если этого требуют благополучие других, благо родины, общества, общее благополучие, благо человечества, доброе дело и тому подобное! Отечество, общество, человечество и т. д. должны стать над тобою, и твои «частные интересы» должны стушеваться перед ними, ибо ты не должен быть эгоистом. Люди, живущие религиозной жизнью, при общении друг с другом подчиняются стоящему над всем формальному закону; грешным образом часто забывают следовать ему, но никогда не позволяют себе отрицать его абсолютную ценность, этот закон – любовь. И даже те, которые борются с ее принципом и ненавидят, казалось, самое это слово, – и те еще верны ему, ибо и в них осталась еще любовь; они любят даже еще глубже и просветленнее; они любят «человека и человечество».

    Сформулируем смысл этого закона, и тогда получится следующее: каждый человек должен иметь нечто, что стояло бы выше него. Ты должен отодвинуть на задний план свои «частные интересы», если этого требуют благополучие других, благо родины, общества, общее благополучие, благо человечества, доброе дело и тому подобное! Отечество, общество, человечество и т. д. должны стать над тобою, и твои «частные интересы» должны стушеваться перед ними, ибо ты не должен быть эгоистом. Люди, живущие религиозной жизнью, при общении друг с другом подчиняются стоящему над всем формальному закону; грешным образом часто забывают следовать ему, но никогда не позволяют себе отрицать его абсолютную ценность, этот закон – любовь. И даже те, которые борются с ее принципом и ненавидят, казалось, самое это слово, – и те еще верны ему, ибо и в них осталась еще любовь; они любят даже еще глубже и просветленнее; они любят «человека и человечество».

    — Макс Штирнер · книга
18. «

    Борьбу с эгоизмом следует вести в одиночку.

    Борьбу с эгоизмом следует вести в одиночку.

    — Авессалом Подводный · книга
19. «

    Я говорю – народ! Народ – и вы в своем благодушии думаете, что народ удивительно как высок, – народ насквозь пропитан полицейским образом мыслей, народу приятен только тот, кто отрицает свое я, кто занимается «самоотречением».

    Я говорю – народ! Народ – и вы в своем благодушии думаете, что народ удивительно как высок, – народ насквозь пропитан полицейским образом мыслей, народу приятен только тот, кто отрицает свое я, кто занимается «самоотречением».

    — Макс Штирнер · книга
20. «

    А вообще-то, что значит моя отдельно взятая личная драма на фоне всеобщего национального позора и всеобщей национальной катастрофы? Да ровным счетом ничего не значит. Но вот такая я эгоистка, что мне моя личная драма не менее дорога, чем всеобщий национальный позор, и никому я ее не отдам и ни на что не променяю, а буду ее лелеять и беречь. Вот такой я человек — холодный и жестокий и никого не жалеющий, кроме себя, и нет у меня теплого чувства к окружающим меня людям.

    А вообще-то, что значит моя отдельно взятая личная драма на фоне всеобщего национального позора и всеобщей национальной катастрофы? Да ровным счетом ничего не значит. Но вот такая я эгоистка, что мне моя личная драма не менее дорога, чем всеобщий национальный позор, и никому я ее не отдам и ни на что не променяю, а буду ее лелеять и беречь. Вот такой я человек — холодный и жестокий и никого не жалеющий, кроме себя, и нет у меня теплого чувства к окружающим меня людям.