248 цитат на тему «экономика» — подборка редакции

Собрали 248 цитат на тему «экономика» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Дорогие товары именно потому и покупаются, что они устойчиво дорогие, и выгода, которую получает покупатель, состоит в надежде на беспроигрышное помещение денежных сбережений (например, покупка золота, драгоценностей, мехов, земли, домов, квартир, картин, изделий прикладного искусства, раритетов). И поскольку они устойчиво дорогие, т. е. цена этих товаров имеет тенденцию к возрастанию, то здесь все та же надежда — выгадать на завтрашних ценах.

   Дорогие товары именно потому и покупаются, что они устойчиво дорогие, и выгода, которую получает покупатель, состоит в надежде на беспроигрышное помещение денежных сбережений (например, покупка золота, драгоценностей, мехов, земли, домов, квартир, картин, изделий прикладного искусства, раритетов). И поскольку они устойчиво дорогие, т. е. цена этих товаров имеет тенденцию к возрастанию, то здесь все та же надежда — выгадать на завтрашних ценах.

   — Октай Юсуф-оглы Мамедов · книга
2. «

   Мы не просто приходим в этот мир, чтобы просто повзрослеть и измениться. Мы приходим в этот мир, чтобы быть счастливыми. Потому что жизнь коротка и она ускользает от нас. Никакие материальные блага не стоят человеческой жизни, и это самое главное.

   Мы не просто приходим в этот мир, чтобы просто повзрослеть и измениться. Мы приходим в этот мир, чтобы быть счастливыми. Потому что жизнь коротка и она ускользает от нас. Никакие материальные блага не стоят человеческой жизни, и это самое главное.

   — Хосе Мухика
3. «

   Вот стою я перед вами, простая русская баба, и говорю как на духу: замаялась я как-то с пылесосом. Всё ломается и ломается, чёрт носатый! И мой начальник, от щедрот своих, подарил мне его в вечное пользование. Зять, значит, мне его починил и вот уже второй год как я с ним управляюсь. И к чему это я? А, вот к чему: шеф прав. Приватизация — самое капиталистическое, что могло произойти в этой стране, была проведена самым большевицким-варварским способом, ведь во всём мире приватизируют отсталые, не выгодные предприятия. Государство специально отдаёт рачительному хозяину убыточные шапки, к примеру, чтобы он их поднял и принёс доход, вот как у меня с пылесосом. А у нас, в стране, всем своим раздали лакомые кусочки, то есть самые прибыльные заводы и фабрики, что это, если не большевизм? Хорошую идею довести до абсурда, потом кричать на каждом углу, что, дескать, «мы работали, но нам не дали довести до конца», вот так что ли? И слава Богу, что не дали: вы бы так всё загадили бы, что я бы одним пылесосом точно не обошлась бы!

   Вот стою я перед вами, простая русская баба, и говорю как на духу: замаялась я как-то с пылесосом. Всё ломается и ломается, чёрт носатый! И мой начальник, от щедрот своих, подарил мне его в вечное пользование. Зять, значит, мне его починил и вот уже второй год как я с ним управляюсь. И к чему это я? А, вот к чему: шеф прав. Приватизация — самое капиталистическое, что могло произойти в этой стране, была проведена самым большевицким-варварским способом, ведь во всём мире приватизируют отсталые, не выгодные предприятия. Государство специально отдаёт рачительному хозяину убыточные шапки, к примеру, чтобы он их поднял и принёс доход, вот как у меня с пылесосом. А у нас, в стране, всем своим раздали лакомые кусочки, то есть самые прибыльные заводы и фабрики, что это, если не большевизм? Хорошую идею довести до абсурда, потом кричать на каждом углу, что, дескать, «мы работали, но нам не дали довести до конца», вот так что ли? И слава Богу, что не дали: вы бы так всё загадили бы, что я бы одним пылесосом точно не обошлась бы!

   — Баба Фрося · мультфильм
4. «

   Экономика есть искусство удовлетворять безграничные потребности при помощи ограниченных ресурсов.

   Экономика есть искусство удовлетворять безграничные потребности при помощи ограниченных ресурсов.

   — Лоренс (Лоуренс) Питер
5. «

   Культурная зависимость влечет за собой экономическую, социальную, политическую и другие зависимости.

   Культурная зависимость влечет за собой экономическую, социальную, политическую и другие зависимости.

   — Рухолла Мусави Хомейни
6. «

   — Как неприлично, Джек! Ты немного опоздал... как обычно. — Неплохую игрушку ты прихватил с собой, Армстронг. Но твои планы закончатся здесь. — Идиот! Ты не мешаешь нашему плану — ты его дополняешь. Давно в Интернет заглядывал? — Но... президент ведь спасён!.. — И всё же была пролита американская кровь. — Пролита американцами! Да, гибель пары десятков солдат — это печально, но ещё не причина начинать полномасштабную войну! — Это лишь искра, сынок. Предлог, которого мы так ждали. Америка жаждала этой войны годами. «Патриоты» знали, что война полезна для экономики — и четыре года спустя их наследие даёт о себе знать. Они оставили нам великие «измы»: национализм, унилатерализм, материализм — приветствуя максималистов без веры и принципов, ведущих их по жизни. «Отдай себя целиком. Нет нужды совершенствоваться, если ты уже американец — ты и так №1!» Единственная оставшаяся ценность — это ценность доллара. И мы готовы на всё ради её сохранения. Даже на войну. Особенно на войну. — Чушь собачья! — «Патриоты» посеяли семена — и теперь мы сами можем развивать их идеи. И простым их распространением мы не ограничимся. Все американцы — мужчины, женщины, дети — теперь мы все «Сыны Патриотов»! Нам просто нужно то, что подтолкнёт экономику к дальнейшему развитию. Эта рецессия является результатом падения старых «Патриотов». — Хах! А как же военные расходы? Разве трата миллиардов поможет экономике? — Ч. В. К., производители оружия... Они все работодатели, Джек. Все эти работники тратят деньги и платят налоги... Поверь мне: маленькая война может сотворить чудеса. — И смазкой для этого механизма является кровь невинных? — Расслабься, Джек. Это «война против терроризма»: мы не собираемся убивать гражданских. Экстремисты, бандиты, сумасшедшие... Конечно, это каcается и тебя. Не хотелось бы, чтобы моему стремлению помешал лишний свидетель.

   — Как неприлично, Джек! Ты немного опоздал... как обычно. — Неплохую игрушку ты прихватил с собой, Армстронг. Но твои планы закончатся здесь. — Идиот! Ты не мешаешь нашему плану — ты его дополняешь. Давно в Интернет заглядывал? — Но... президент ведь спасён!.. — И всё же была пролита американская кровь. — Пролита американцами! Да, гибель пары десятков солдат — это печально, но ещё не причина начинать полномасштабную войну! — Это лишь искра, сынок. Предлог, которого мы так ждали. Америка жаждала этой войны годами. «Патриоты» знали, что война полезна для экономики — и четыре года спустя их наследие даёт о себе знать. Они оставили нам великие «измы»: национализм, унилатерализм, материализм — приветствуя максималистов без веры и принципов, ведущих их по жизни. «Отдай себя целиком. Нет нужды совершенствоваться, если ты уже американец — ты и так №1!» Единственная оставшаяся ценность — это ценность доллара. И мы готовы на всё ради её сохранения. Даже на войну. Особенно на войну. — Чушь собачья! — «Патриоты» посеяли семена — и теперь мы сами можем развивать их идеи. И простым их распространением мы не ограничимся. Все американцы — мужчины, женщины, дети — теперь мы все «Сыны Патриотов»! Нам просто нужно то, что подтолкнёт экономику к дальнейшему развитию. Эта рецессия является результатом падения старых «Патриотов». — Хах! А как же военные расходы? Разве трата миллиардов поможет экономике? — Ч. В. К., производители оружия... Они все работодатели, Джек. Все эти работники тратят деньги и платят налоги... Поверь мне: маленькая война может сотворить чудеса. — И смазкой для этого механизма является кровь невинных? — Расслабься, Джек. Это «война против терроризма»: мы не собираемся убивать гражданских. Экстремисты, бандиты, сумасшедшие... Конечно, это каcается и тебя. Не хотелось бы, чтобы моему стремлению помешал лишний свидетель.

   — Стивен Армстронг · игра
7. «

   У рынка есть одно преимущество перед плановой экономикой. Рынок растёт сам и не требует ухода. В этом он похож на сорняк. А плановую экономику надо строить и заботиться о ней, как о культурном растении.

   У рынка есть одно преимущество перед плановой экономикой. Рынок растёт сам и не требует ухода. В этом он похож на сорняк. А плановую экономику надо строить и заботиться о ней, как о культурном растении.

   — Олег Комолов
8. «

   Выступает президент Российской Федерации Владимир Владимирович Путин, и говорит, что его очень беспокоит то, что крайне медленно растёт уровень доходов российских граждан... <...> на что отвечает Орешкин: его Министерство экономического развития даёт прогноз на 2019 год по показателям социальной сферы — они его ухудшают по сравнению со сценарными условиями... [с 1% до 0,1%] <...> Вот вы скажите, как без мата это комментировать? <...> Его министерство, напомню, называется Министерство экономического развития, а не Министерство экономической деградации! <...> По большому счёту, Орешкин, должен был бы встать и сказать — «простите меня, люди добрые, я не понимаю, как решить поставленные передо мной премьер-министром Российской Федерации, Медведевым, проблемы», и уйти в отставку вместе со своим долбаным министерством. <...> На фоне этого вдруг начинают обсуждать переход на четырёхдневную неделю! Стою на асфальте я в лыжи обутый... Какая четырёхдневная неделя!? Для чего? Для того, чтобы в пятый день человек попытался найти, где заработать то, что он никак не может заработать в эти четыре? <...> Год назад нам говорили, что у нас колоссально стареющее население, что у нас некому работать! Теперь, за год, у нас стало — кому работать! У нас больше, видно, не стареет население и теперь мы можем на полном серьёзе рассматривать четырёхдневную неделю?

   Выступает президент Российской Федерации Владимир Владимирович Путин, и говорит, что его очень беспокоит то, что крайне медленно растёт уровень доходов российских граждан... <...> на что отвечает Орешкин: его Министерство экономического развития даёт прогноз на 2019 год по показателям социальной сферы — они его ухудшают по сравнению со сценарными условиями... [с 1% до 0,1%] <...> Вот вы скажите, как без мата это комментировать? <...> Его министерство, напомню, называется Министерство экономического развития, а не Министерство экономической деградации! <...> По большому счёту, Орешкин, должен был бы встать и сказать — «простите меня, люди добрые, я не понимаю, как решить поставленные передо мной премьер-министром Российской Федерации, Медведевым, проблемы», и уйти в отставку вместе со своим долбаным министерством. <...> На фоне этого вдруг начинают обсуждать переход на четырёхдневную неделю! Стою на асфальте я в лыжи обутый... Какая четырёхдневная неделя!? Для чего? Для того, чтобы в пятый день человек попытался найти, где заработать то, что он никак не может заработать в эти четыре? <...> Год назад нам говорили, что у нас колоссально стареющее население, что у нас некому работать! Теперь, за год, у нас стало — кому работать! У нас больше, видно, не стареет население и теперь мы можем на полном серьёзе рассматривать четырёхдневную неделю?

   — Владимир Рудольфович Соловьев
9. «

   Высокий уровень жизни развитых стран — прежде всего результат десятилетий международной солидарности трудящихся. Нынче она забыта. Пролетарии развитых стран подкуплены благами, почти даровыми, благодаря нищете всех, на кого солидарность не распространилась.

   Высокий уровень жизни развитых стран — прежде всего результат десятилетий международной солидарности трудящихся. Нынче она забыта. Пролетарии развитых стран подкуплены благами, почти даровыми, благодаря нищете всех, на кого солидарность не распространилась.

   — Анатолий Вассерман
10. «

    Брежнев в полной мере использовал экономическое наследие Сталина и Хрущёва, – развивая и закрепляя его. Крепкий здравый хозяйственник! В последние годы правления – Леонид Ильич напоминал как Николая II, так и Путина в их равноценные годы: – бесконтрольное расхищение казны; – подлая ненужная война; – чудовищная сегрегация народных масс; – реальная политика в руках кучки швондеров. – глубокий прессинг инакомыслящих.

    Брежнев в полной мере использовал экономическое наследие Сталина и Хрущёва, – развивая и закрепляя его. Крепкий здравый хозяйственник! В последние годы правления – Леонид Ильич напоминал как Николая II, так и Путина в их равноценные годы: – бесконтрольное расхищение казны; – подлая ненужная война; – чудовищная сегрегация народных масс; – реальная политика в руках кучки швондеров. – глубокий прессинг инакомыслящих.

    — Андрей Ангелов · книга
11. «

    «Входные барьеры» — это различного рода препятствия экономического или юридического характера, которые ограничивают возможность предприятия функционировать в рамках того или иного рынка (например дефицит факторов производства и невозможность их приобретения на свободном рынке).

    «Входные барьеры» — это различного рода препятствия экономического или юридического характера, которые ограничивают возможность предприятия функционировать в рамках того или иного рынка (например дефицит факторов производства и невозможность их приобретения на свободном рынке).

    — Октай Юсуф-оглы Мамедов · книга
12. «

    Евро все еще трясет от того, что фрау Меркель так облажалась с выборами, и Германия полгода жила без правительства. Доллар падает потому что Трамп непредсказуем, не выстраивает государственную машину, и та работает через пень-колоду.

    Евро все еще трясет от того, что фрау Меркель так облажалась с выборами, и Германия полгода жила без правительства. Доллар падает потому что Трамп непредсказуем, не выстраивает государственную машину, и та работает через пень-колоду.

    — Елена Котова
13. «

    Мы, дураки, думали, что только российским банкам нельзя верить. Оказывается, и европейские вкладчики своим не верят. Настолько, что готовы доплачивать родному государству за хранение собственных денег. Что с них взять, обыватели… Или я что-то не так понимаю?

    Мы, дураки, думали, что только российским банкам нельзя верить. Оказывается, и европейские вкладчики своим не верят. Настолько, что готовы доплачивать родному государству за хранение собственных денег. Что с них взять, обыватели… Или я что-то не так понимаю?

    — Елена Котова
14. «

    «Нормальное состояние экономики» существует только в экономических учебниках.

    «Нормальное состояние экономики» существует только в экономических учебниках.

    — Джоан Вайолет Робинсон
15. «

    Экономический рост — это переработка ресурсов планеты в горы никому не нужного мусора. Промежуточная фаза в виде товара, обычно, ограничена сроком гарантии.

    Экономический рост — это переработка ресурсов планеты в горы никому не нужного мусора. Промежуточная фаза в виде товара, обычно, ограничена сроком гарантии.
16. «

    Все эти прогнозы, экономисты... Я очень люблю прогнозы экономистов, но они в итоге сводятся к тому: сахар дешевеет — гоним самогон, сахар дорожает — покупаем водку!

    Все эти прогнозы, экономисты... Я очень люблю прогнозы экономистов, но они в итоге сводятся к тому: сахар дешевеет — гоним самогон, сахар дорожает — покупаем водку!

    — Сергей Александрович Михеев
17. «

    Экономический рост, как он сейчас понимается, — категория преимущественно классического капитализма. В любой другой экономической системе этой проблемы либо не было вообще, либо она стояла по-другому.

    Экономический рост, как он сейчас понимается, — категория преимущественно классического капитализма. В любой другой экономической системе этой проблемы либо не было вообще, либо она стояла по-другому.

    — Александр Владимирович Бузгалин
18. «

    Ой, дорогой, как не заплатят? Конечно заплатят, только не государству. Я буду платить большой крыша, маленький крыша, ещё землякам и родственник, товарищ сержант, заплачу. Он мне теперь как брат. Платить надо доллары. Заплачу рубли, товарищ сержант не будет мне брат, а государство мне сегодня тоже не брат. Им я тоже заплачу рубли. Сколько они хотят? Девяносто пять копейка с одного рубля? На, дорогое государство, бери! Один рубль у меня есть, больше, извини, нет и не будет. Потому, что хранить рубли нельзя, копить нельзя и получать нельзя... Нет, нет, получать можно, но стыдно: за себя, за земляков, за Родину! Ара, в государстве должна быть одна валюта-шмалюта. У них доллар, марка, а у нас рубль: крепкий, сочный, аппетитный, как моя хурма. Если он таким станет — я его уважать начну, а доллар, тьфу, пусть в Америке его уважают. Тогда я государству спасибо скажу и дам ему, чтобы никого не обидеть, семь копеек с одного рубля и не только я: отдаст и большой крыша и маленький крышка и ещё все земляки дадут и даже родственник товарищ сержант. Он теперь государству как брат станет.

    Ой, дорогой, как не заплатят? Конечно заплатят, только не государству. Я буду платить большой крыша, маленький крыша, ещё землякам и родственник, товарищ сержант, заплачу. Он мне теперь как брат. Платить надо доллары. Заплачу рубли, товарищ сержант не будет мне брат, а государство мне сегодня тоже не брат. Им я тоже заплачу рубли. Сколько они хотят? Девяносто пять копейка с одного рубля? На, дорогое государство, бери! Один рубль у меня есть, больше, извини, нет и не будет. Потому, что хранить рубли нельзя, копить нельзя и получать нельзя... Нет, нет, получать можно, но стыдно: за себя, за земляков, за Родину! Ара, в государстве должна быть одна валюта-шмалюта. У них доллар, марка, а у нас рубль: крепкий, сочный, аппетитный, как моя хурма. Если он таким станет — я его уважать начну, а доллар, тьфу, пусть в Америке его уважают. Тогда я государству спасибо скажу и дам ему, чтобы никого не обидеть, семь копеек с одного рубля и не только я: отдаст и большой крыша и маленький крышка и ещё все земляки дадут и даже родственник товарищ сержант. Он теперь государству как брат станет.

    — Аслан Кокоев · мультфильм
19. «

    Сплотить своих граждан, чтобы нация видела будущее страны одинаково, — самая сложная задача.

    Сплотить своих граждан, чтобы нация видела будущее страны одинаково, — самая сложная задача.

    — Елена Котова · книга
20. «

    О банальности вроде санкций уже и сказать нечего. Все от них страдают, они ничему не помогают, их вот-вот уже почти снимают. В последний миг опять облом: снова Россия выступила некстати и невпопад, снова стоны про «империю зла».

    О банальности вроде санкций уже и сказать нечего. Все от них страдают, они ничему не помогают, их вот-вот уже почти снимают. В последний миг опять облом: снова Россия выступила некстати и невпопад, снова стоны про «империю зла».

    — Елена Котова