«Евросоюз» в 11 цитат

11 цитат про «Евросоюз»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Давайте войдём в Евросоюз, а потом через месяц возьмём и выйдем. А потом через недельку опять войдём, а потом опять выйдем, войдём – выйдем, войдём – выйдем. И когда Евросоюз поймёт, что мы с ним делаем... Мы уже войдём в НАТО!

   Давайте войдём в Евросоюз, а потом через месяц возьмём и выйдем. А потом через недельку опять войдём, а потом опять выйдем, войдём – выйдем, войдём – выйдем. И когда Евросоюз поймёт, что мы с ним делаем... Мы уже войдём в НАТО!

   — Костя Пушкин
2. «

   Я сомневаюсь в том, что Украина, которую в Европе считают без пяти минут членом Евросоюза и НАТО, сможет когда-либо стать членом этих объединений. У нас, европейцев, нет на это денег. Украина вернется к положению буферного государства если повезет, то с международными гарантиями безопасности, которые зафиксирует соглашение между Россией и США, может, и Европа сможет принять в этом участие. Один на один Украина и Россия никогда не договорятся о мире, так как каждая сторона все еще верит в собственную победу, и потому, перемирие должно прийти извне. Но западные страны отдали указание, чтобы мир занял позицию против России и поддержал коллективный Запад на моральной основе. Многие страны мира постепенно становятся на сторону России в конфликте на Украине, несмотря на запреты Запада. В реальности, понемногу все поддерживают позицию России. Запад же напротив — непредсказуем, неуправляем и находится в стадии распада. Наглядный пример нелогичности европейской политики. Брюссель создает мир, постоянно поддерживая войну. Она пролила свет на тот факт, что самая большая проблема в мире — это ослабление и распад Запада. Конечно, западная пресса утверждает не это, а то, что самая большая проблема в мире — это Россия и угроза, исходящая от нее. Это заблуждение. Россия находится под гиперрациональным управлением, в том, что она делает, нет загадки, все логически следует из ее интересов, поэтому она понятна и на нее можно рассчитывать. За её надежность следования взятым обязательствами, её неуклонное следование традиционным ценностям. Самая сильная международная привлекательность российской «мягкой силы» — это ее неприятие ЛГБТ. Запад отрицает общую культуру и строящуюся на ней мораль. Больше нет никакой общей морали — если вы смотрели вчерашнее открытие Олимпийских игр, вы могли это видеть. Люди на Западе больше не стремятся к великим идеалам и целям — твой Бог, твоя страна, твоя семья. Они вместо этого сосредоточили свою энергию на собственном величии, но получили не величие, а грандиозность. Вот почему мы видим высокомерие у западных лидеров.

   Я сомневаюсь в том, что Украина, которую в Европе считают без пяти минут членом Евросоюза и НАТО, сможет когда-либо стать членом этих объединений. У нас, европейцев, нет на это денег. Украина вернется к положению буферного государства если повезет, то с международными гарантиями безопасности, которые зафиксирует соглашение между Россией и США, может, и Европа сможет принять в этом участие. Один на один Украина и Россия никогда не договорятся о мире, так как каждая сторона все еще верит в собственную победу, и потому, перемирие должно прийти извне. Но западные страны отдали указание, чтобы мир занял позицию против России и поддержал коллективный Запад на моральной основе. Многие страны мира постепенно становятся на сторону России в конфликте на Украине, несмотря на запреты Запада. В реальности, понемногу все поддерживают позицию России. Запад же напротив — непредсказуем, неуправляем и находится в стадии распада. Наглядный пример нелогичности европейской политики. Брюссель создает мир, постоянно поддерживая войну. Она пролила свет на тот факт, что самая большая проблема в мире — это ослабление и распад Запада. Конечно, западная пресса утверждает не это, а то, что самая большая проблема в мире — это Россия и угроза, исходящая от нее. Это заблуждение. Россия находится под гиперрациональным управлением, в том, что она делает, нет загадки, все логически следует из ее интересов, поэтому она понятна и на нее можно рассчитывать. За её надежность следования взятым обязательствами, её неуклонное следование традиционным ценностям. Самая сильная международная привлекательность российской «мягкой силы» — это ее неприятие ЛГБТ. Запад отрицает общую культуру и строящуюся на ней мораль. Больше нет никакой общей морали — если вы смотрели вчерашнее открытие Олимпийских игр, вы могли это видеть. Люди на Западе больше не стремятся к великим идеалам и целям — твой Бог, твоя страна, твоя семья. Они вместо этого сосредоточили свою энергию на собственном величии, но получили не величие, а грандиозность. Вот почему мы видим высокомерие у западных лидеров.

   — Виктор Орбан
3. «

   Мы вступали в Совет Европы, исходя из того, что он обеспечивает общеевропейское, универсальное, правовое и гуманитарное пространство. Те, кто это пространство сейчас подорвал путем нарушающих устав нелегитимных действий по лишению российской делегации равных с другими делегациями прав, я убежден, знают, на что идут. Если они хотят исключить Россию из Совета Европы, мы им такой радости не доставим – уйдем оттуда сами.

   Мы вступали в Совет Европы, исходя из того, что он обеспечивает общеевропейское, универсальное, правовое и гуманитарное пространство. Те, кто это пространство сейчас подорвал путем нарушающих устав нелегитимных действий по лишению российской делегации равных с другими делегациями прав, я убежден, знают, на что идут. Если они хотят исключить Россию из Совета Европы, мы им такой радости не доставим – уйдем оттуда сами.

   — Сергей Лавров
4. «

   И интересно как в политику сейчас попал Кант, да это точно повод вспомнить его трехсотлетие, но стоит вспомнить как он говорил не только о познании, разуме, понимания что такое и какой человек и как раз про идею вечного мира. Про постулат: «Когда ваши поступки обращены на других людей, нельзя сводить человека до уровня средств». Нельзя превращать его в говорящее оружие и заставлять слепо следовать чужой воле. Но, немецкий канцлер внезапно запрещает Путину цитировать Канта, так как его позиция противна Евросоюзу и Украине... Серьёзно?!??

   И интересно как в политику сейчас попал Кант, да это точно повод вспомнить его трехсотлетие, но стоит вспомнить как он говорил не только о познании, разуме, понимания что такое и какой человек и как раз про идею вечного мира. Про постулат: «Когда ваши поступки обращены на других людей, нельзя сводить человека до уровня средств». Нельзя превращать его в говорящее оружие и заставлять слепо следовать чужой воле. Но, немецкий канцлер внезапно запрещает Путину цитировать Канта, так как его позиция противна Евросоюзу и Украине... Серьёзно?!??

   — Ирада Зейналова
5. «

   Те, кто находится у власти, считают себя умнее, образованнее, опытнее — они считают, что могут гораздо лучше определять наше будущее, чем мы, деревенщины. И на основании этого невероятного высокомерия... Если обратить внимание на то, как создавался европейский проект, он был специально разработан так, чтобы избиратели не могли ничего изменить. <...> Мы говорим, что хотим жить в суверенных демократических государствах, что мы не позволим бюрократическим и медийным глобальным либеральным элитам смотреть на нас свысока и презрительно усмехаться. Мы будем сами принимать решения касательно нашего собственного будущего, и они могут сколько угодно пытаться выставить это «путинским заговором» — никто в это не верит! Просто будет видно, что они не умеют проигрывать. Одна из общих черт европейских и американских элит: они никогда не винят себя самих. <...> И я по-настоящему обеспокоен. Я обеспокоен тем, что, если Евросоюз, каким бы израненным, умирающим зверем он ни был, дойдет до этой черты, это спровоцирует конфликт с Путиным. И я скажу этому британскому парламентарию [имеется в виду Бен Брэдшоу, член парламента Великобритании], стремящемуся обвинить Путина во всех наших бедах: «Можно не любить Путина, не хотеть жить в России, но зачем же вам провоцировать Россию?... Зачем же вы хотите дразнить русского медведя? Ведь если вы будете так делать, Россия ответит».

   Те, кто находится у власти, считают себя умнее, образованнее, опытнее — они считают, что могут гораздо лучше определять наше будущее, чем мы, деревенщины. И на основании этого невероятного высокомерия... Если обратить внимание на то, как создавался европейский проект, он был специально разработан так, чтобы избиратели не могли ничего изменить. <...> Мы говорим, что хотим жить в суверенных демократических государствах, что мы не позволим бюрократическим и медийным глобальным либеральным элитам смотреть на нас свысока и презрительно усмехаться. Мы будем сами принимать решения касательно нашего собственного будущего, и они могут сколько угодно пытаться выставить это «путинским заговором» — никто в это не верит! Просто будет видно, что они не умеют проигрывать. Одна из общих черт европейских и американских элит: они никогда не винят себя самих. <...> И я по-настоящему обеспокоен. Я обеспокоен тем, что, если Евросоюз, каким бы израненным, умирающим зверем он ни был, дойдет до этой черты, это спровоцирует конфликт с Путиным. И я скажу этому британскому парламентарию [имеется в виду Бен Брэдшоу, член парламента Великобритании], стремящемуся обвинить Путина во всех наших бедах: «Можно не любить Путина, не хотеть жить в России, но зачем же вам провоцировать Россию?... Зачем же вы хотите дразнить русского медведя? Ведь если вы будете так делать, Россия ответит».

   — Найджел Фарадж
6. «

   Европейский союз умрёт, потому что народы больше не хотят его. Мы сделаем выбор в пользу другой Европы: европейская идея, попранная сторонниками федерализации, получит новое дыхание и обретёт новые очертания в виде Европы наций. <...> Демократическое восстание народов уже началось: в США, Великобритании, Италии, Индии, во всем мире патриоты заговорили на одном языке. Это большое планетарное движение, приглашающее народы к гордости, самоуважению, балансу интересов, здравому смыслу, уважению свободы и к сотрудничеству, призывает нас, французов, присоединиться к нему, и Франция, будучи великой страной, возведшей свободу в идеал, должна сыграть в нём важную и даже движущую роль.

   Европейский союз умрёт, потому что народы больше не хотят его. Мы сделаем выбор в пользу другой Европы: европейская идея, попранная сторонниками федерализации, получит новое дыхание и обретёт новые очертания в виде Европы наций. <...> Демократическое восстание народов уже началось: в США, Великобритании, Италии, Индии, во всем мире патриоты заговорили на одном языке. Это большое планетарное движение, приглашающее народы к гордости, самоуважению, балансу интересов, здравому смыслу, уважению свободы и к сотрудничеству, призывает нас, французов, присоединиться к нему, и Франция, будучи великой страной, возведшей свободу в идеал, должна сыграть в нём важную и даже движущую роль.

   — Марин Ле Пен
7. «

   Британия с Европой, но не в Европе. Нас многое связывает, но ничего не объединяет.

   Британия с Европой, но не в Европе. Нас многое связывает, но ничего не объединяет.
8. «

   Эй, Евросоюз! Ты не хочешь, чтобы мы присоединились к тебе потому, что большинство нашего населения – мусульмане.

   Эй, Евросоюз! Ты не хочешь, чтобы мы присоединились к тебе потому, что большинство нашего населения – мусульмане.

   — Реджеп Тайип Эрдоган
9. «

   Россия (Московия) была воспитана и выросла в ужасной и гнусной школе монгольского рабства. Она усилилась только благодаря тому, что стала виртуозом в искусстве рабства.

   Россия (Московия) была воспитана и выросла в ужасной и гнусной школе монгольского рабства. Она усилилась только благодаря тому, что стала виртуозом в искусстве рабства.

   — Карл Маркс
10. «

    Сравнивать ЕС с Советским Союзом, по-моему, глупо, а также оскорбительно по отношению к тем, кто жил под ярмом коммунизма. В отличие от СССР, любая страна вольна выйти из ЕС.

    Сравнивать ЕС с Советским Союзом, по-моему, глупо, а также оскорбительно по отношению к тем, кто жил под ярмом коммунизма. В отличие от СССР, любая страна вольна выйти из ЕС.

    — Эшли Фокс
11. «

    Недалёкое будущее. Где-то в Евросоюзе. Утро в обычной семье.

    Недалёкое будущее. Где-то в Евросоюзе. Утро в обычной семье.

    — Михаил Задорнов · книга