198 сильных цитат: «фантазия»

198 цитат про «фантазия»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Подлинные истории нравятся мне больше вымышленных.

   Подлинные истории нравятся мне больше вымышленных.

   — Элизабет Костова · книга
2. «

   Когда мой путь бывает слишком тяжёл для моих ног или слишком крут для моих сил, я сворачиваю на какую-нибудь гладкую бархатную тропинку, которую фантазия усыпала розовыми бутонами наслаждений, и, прогулявшись по ней, возвращаюсь назад, окрепший и посвежевший.

   Когда мой путь бывает слишком тяжёл для моих ног или слишком крут для моих сил, я сворачиваю на какую-нибудь гладкую бархатную тропинку, которую фантазия усыпала розовыми бутонами наслаждений, и, прогулявшись по ней, возвращаюсь назад, окрепший и посвежевший.

   — Лоренс Стерн · книга
3. «

   Проблема многих, так называемых, творческих людей заключается в том, что они зависят от общественного одобрения. Стараясь сделать что-то в угоду тем, кто платит, тем, кем дорожим, тем, кого любим, мы теряем способность самовыражаться, ту способность, задатки которой мы однажды в себе разглядели, и взяли в руки перо, камеру, медиатор или туго затянули шнурки на кедах. Когда угасает первый запал «да у меня же получается лучше всех», настаёт время поиска себя, тяжелой работы, неудач, которые не обещают быть опорами успеха. Кто-то бросает, кто-то сбегает, кто-то ступает на легкую тропинку шаблонов, а оставшиеся лихачи, сквозь пот, в дыму идут навстречу своей фантазии, мечте и музе… И даже им, на вершине не уготованы общественное признание, память потомков, красавицы и автомобили с открытым верхом, чтобы укатить в закат. Поэтому я надеюсь прийти к выводу, что единственный правдивых успех — успех у самого себя. Вершина, на которой есть то творчество, которое в полной мере позволит выразить себя, самодостаточное, по образу и подобию своего Творца.

   Проблема многих, так называемых, творческих людей заключается в том, что они зависят от общественного одобрения. Стараясь сделать что-то в угоду тем, кто платит, тем, кем дорожим, тем, кого любим, мы теряем способность самовыражаться, ту способность, задатки которой мы однажды в себе разглядели, и взяли в руки перо, камеру, медиатор или туго затянули шнурки на кедах. Когда угасает первый запал «да у меня же получается лучше всех», настаёт время поиска себя, тяжелой работы, неудач, которые не обещают быть опорами успеха. Кто-то бросает, кто-то сбегает, кто-то ступает на легкую тропинку шаблонов, а оставшиеся лихачи, сквозь пот, в дыму идут навстречу своей фантазии, мечте и музе… И даже им, на вершине не уготованы общественное признание, память потомков, красавицы и автомобили с открытым верхом, чтобы укатить в закат. Поэтому я надеюсь прийти к выводу, что единственный правдивых успех — успех у самого себя. Вершина, на которой есть то творчество, которое в полной мере позволит выразить себя, самодостаточное, по образу и подобию своего Творца.
4. «

   Зависимость — это фантазия.

   Зависимость — это фантазия.

   — Сэм Вакнин
5. «

   Пробило час ночи; в этот мрачный час фантазия сбрасывает оковы рассудка и зловещие возможности приобретают несокрушимость фактов.

   Пробило час ночи; в этот мрачный час фантазия сбрасывает оковы рассудка и зловещие возможности приобретают несокрушимость фактов.

   — Томас Гарди · книга
6. «

   Привычка к логическому мышлению убивает фантазию.

   Привычка к логическому мышлению убивает фантазию.

   — Лев Исаакович Шестов
7. «

   А вы думали просто придумывать отговорки спросонья? Дайте мне чашку кофе, минут пять времени и я сочиню такую легенду, что сама в неё поверю.

   А вы думали просто придумывать отговорки спросонья? Дайте мне чашку кофе, минут пять времени и я сочиню такую легенду, что сама в неё поверю.

   — Дмитрий Емец · книга
8. «

   Может, просто выдумала вас, чтобы не задохнуться от собственной нежности.

   Может, просто выдумала вас, чтобы не задохнуться от собственной нежности.

   — Эдвард Радзинский · книга
9. «

   I like to dream, yes, yes, right between my sound machine, On a cloud of sound I drift in the night, Any place it goes is right, Goes far, flies near to the stars away from here. Close your eyes, girl, Look inside, girl, Let the sound take you away.

   I like to dream, yes, yes, right between my sound machine, On a cloud of sound I drift in the night, Any place it goes is right, Goes far, flies near to the stars away from here. Close your eyes, girl, Look inside, girl, Let the sound take you away.
10. «

    Холостой человек отличается от женатого тем, что не знает, как будет жить через час, через сутки, через десять лет. Когда человек не знает, он фантазирует. Фантазия – это творчество, а творчество – это взлет над обычным состоянием. Холостой человек может периодически взлетать над своим обычным состоянием.

    Холостой человек отличается от женатого тем, что не знает, как будет жить через час, через сутки, через десять лет. Когда человек не знает, он фантазирует. Фантазия – это творчество, а творчество – это взлет над обычным состоянием. Холостой человек может периодически взлетать над своим обычным состоянием.

    — Виктория Токарева · книга
11. «

    Разрисуй картинами своё воображение, чтобы никогда не знать одиночества.

    Разрисуй картинами своё воображение, чтобы никогда не знать одиночества.

    — Рэй Брэдбери · книга
12. «

    Вот что значит учёные: обязательно придумают этакое красивое новое название...

    Вот что значит учёные: обязательно придумают этакое красивое новое название...

    — Станислав Лем · книга
13. «

    В будущем Руфус — тревел-блогер, а я архитектор. У нас есть татуировки, которые мы набили вместе. Мы ходим на такое количество концертов, что Руфус не может удержать их все в голове. Я почти жалею, что у нас так разыгралась фантазия, потому что поддельные воспоминания о нашей дружбе восхитительны. Только представьте, какого это: пережить то, чего с вами никогда не происходило.

    В будущем Руфус — тревел-блогер, а я архитектор. У нас есть татуировки, которые мы набили вместе. Мы ходим на такое количество концертов, что Руфус не может удержать их все в голове. Я почти жалею, что у нас так разыгралась фантазия, потому что поддельные воспоминания о нашей дружбе восхитительны. Только представьте, какого это: пережить то, чего с вами никогда не происходило.

    — Адам Сильвера · книга
14. «

    Не верьте писателям, они большие фантазеры. И счастливые, на самом деле, люди, потому что создатель им сразу выписал индульгенцию на выдумку: мол, привирайте, так и быть, вам можно.

    Не верьте писателям, они большие фантазеры. И счастливые, на самом деле, люди, потому что создатель им сразу выписал индульгенцию на выдумку: мол, привирайте, так и быть, вам можно.

    — Наринэ Абгарян · книга
15. «

    Мало кто боится темноты до тех пор, пока не включит фантазию.

    Мало кто боится темноты до тех пор, пока не включит фантазию.
16. «

    Человек всегда лишь эпигон героев собственных фантазий.

    Человек всегда лишь эпигон героев собственных фантазий.

    — Станислав Ежи Лец
17. «

    Встречаются книги, наделённые редкостным обаянием, не подпасть под которое невозможно. Конечно, у каждого книги эти — свои, но они есть у всякого. И порой возникает непреодолимое желание не расставаться с ними, причём не только любовно храня в книжном шкафу и время от времени перечитывая. Нет! Надо самому войти в полюбившийся мир, расширить его, заглянуть в уголки, которые автор открыть читателю то ли не смог, то ли не посчитал нужным... Так рождаются, скажем, продолжения «Острова Сокровищ» Роберта Стивенсона...

    Встречаются книги, наделённые редкостным обаянием, не подпасть под которое невозможно. Конечно, у каждого книги эти — свои, но они есть у всякого. И порой возникает непреодолимое желание не расставаться с ними, причём не только любовно храня в книжном шкафу и время от времени перечитывая. Нет! Надо самому войти в полюбившийся мир, расширить его, заглянуть в уголки, которые автор открыть читателю то ли не смог, то ли не посчитал нужным... Так рождаются, скажем, продолжения «Острова Сокровищ» Роберта Стивенсона...

    — Андрей Балабуха · книга
18. «

    Многим писателям не хватает фантазии, мистер Страйк. В итоге они пишут о себе.

    Многим писателям не хватает фантазии, мистер Страйк. В итоге они пишут о себе.

    — Эндрю Фэнкорт · сериал
19. «

    — Нужно писать как для самих себя, как для детей. Знаешь, когда невинность была не под запретом, когда, казалось, что лето не закончится никогда, и ты едешь километры на велосипеде, чтобы рассказать другу, что ты видел лягушку. — Да, и когда ты мог играться во дворе с любой безделушкой. И все, что мне тогда было нужно, это кирпич и кусок старой кости. — И из них ты мог создавать целые миры. — О, мог, да! Вот ты лежишь в крепости, на которой возвышается кусок старой кости, а через минуту пускаешь корабли на испанский галион прямо в кирпич...

    — Нужно писать как для самих себя, как для детей. Знаешь, когда невинность была не под запретом, когда, казалось, что лето не закончится никогда, и ты едешь километры на велосипеде, чтобы рассказать другу, что ты видел лягушку. — Да, и когда ты мог играться во дворе с любой безделушкой. И все, что мне тогда было нужно, это кирпич и кусок старой кости. — И из них ты мог создавать целые миры. — О, мог, да! Вот ты лежишь в крепости, на которой возвышается кусок старой кости, а через минуту пускаешь корабли на испанский галион прямо в кирпич...

    — Бернард Блэк · сериал
20. «

    Однако опасность того сближения, мнимого и действительного, которое я считал своей болезнью, никогда не была далеко от меня; и изредка в приступах душевной лихорадки я не мог ощутить моего подлинного существования; гул и звон стояли в ушах, и на улице мне становилось так трудно идти, так трудно идти, как будто я с моим тяжёлым телом пытаюсь продвигаться в том плотном воздухе, в тех мрачных пейзажах моей фантазии, где так легко скользит удивлённая тень моей головы.

    Однако опасность того сближения, мнимого и действительного, которое я считал своей болезнью, никогда не была далеко от меня; и изредка в приступах душевной лихорадки я не мог ощутить моего подлинного существования; гул и звон стояли в ушах, и на улице мне становилось так трудно идти, так трудно идти, как будто я с моим тяжёлым телом пытаюсь продвигаться в том плотном воздухе, в тех мрачных пейзажах моей фантазии, где так легко скользит удивлённая тень моей головы.

    — Гайто Газданов · книга