377 коротких цитат по теме «философия»

377 цитат про «философия»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Никогда наука не будет обладать полным знанием всех законов природы.

   Никогда наука не будет обладать полным знанием всех законов природы.

   — Рудольф Карнап
2. «

   "... Мама и папа, пишет вам ваш сын, дядя Фёдор, из Шаолиня, я обрел просветление и отказался от оценочных суждений, поэтому дела у меня никак..."

   "... Мама и папа, пишет вам ваш сын, дядя Фёдор, из Шаолиня, я обрел просветление и отказался от оценочных суждений, поэтому дела у меня никак..."
3. «

   Но всякий действительный вопрос, вырастающий из гущи жизни и неразрешимый при помощи уже отработанных, привычных и заштампованных рутинных способов, всегда формулируется для сознания как формально-неразрешимое противоречие. А еще точнее – как «логическое» противоречие, неразрешимое чисто логическими средствами, – то есть рядом чисто механических, машинообразных операций над ранее заученными «понятиями» (а еще точнее – над «терминами»). Философия давно выяснила, что действительный «вопрос», подлежащий решению только через дальнейшее исследование фактов, всегда выглядит как «логическое противоречие», как «парадокс». Поэтому именно там, где в составе знания вдруг появляется «противоречие» (одни говорят так, другие – этак) только и возникает, собственно, потребность и необходимость глубже исследовать сам предмет. Это – показатель, что знание, зафиксированное в общепринятых положениях, чересчур общо, неконкретно, односторонне. Ум, приученный к действиям по штампу, по готовому рецепту «типового решения» и теряющийся там, где от него требуется самостоятельное (творческое) решение, именно поэтому и «не любит» противоречий. Он старается их обходить, замазывать, сворачивая опять и опять на затоптанные, рутинные дорожки. И когда это ему в конце концов не удается, когда «противоречие» упрямо возникает вновь и вновь, такой «ум» срывается в истерику – именно там, где нужно «мыслить». Поэтому-то отношение к противоречию и является очень точным критерием культуры ума. Даже, собственно говоря, показателем его наличия.

   Но всякий действительный вопрос, вырастающий из гущи жизни и неразрешимый при помощи уже отработанных, привычных и заштампованных рутинных способов, всегда формулируется для сознания как формально-неразрешимое противоречие. А еще точнее – как «логическое» противоречие, неразрешимое чисто логическими средствами, – то есть рядом чисто механических, машинообразных операций над ранее заученными «понятиями» (а еще точнее – над «терминами»). Философия давно выяснила, что действительный «вопрос», подлежащий решению только через дальнейшее исследование фактов, всегда выглядит как «логическое противоречие», как «парадокс». Поэтому именно там, где в составе знания вдруг появляется «противоречие» (одни говорят так, другие – этак) только и возникает, собственно, потребность и необходимость глубже исследовать сам предмет. Это – показатель, что знание, зафиксированное в общепринятых положениях, чересчур общо, неконкретно, односторонне. Ум, приученный к действиям по штампу, по готовому рецепту «типового решения» и теряющийся там, где от него требуется самостоятельное (творческое) решение, именно поэтому и «не любит» противоречий. Он старается их обходить, замазывать, сворачивая опять и опять на затоптанные, рутинные дорожки. И когда это ему в конце концов не удается, когда «противоречие» упрямо возникает вновь и вновь, такой «ум» срывается в истерику – именно там, где нужно «мыслить». Поэтому-то отношение к противоречию и является очень точным критерием культуры ума. Даже, собственно говоря, показателем его наличия.

   — Эвальд Васильевич Ильенков · книга
4. «

   Высшей любовью и совестью мира было и будет православие. А высшей справедливостью мира была и будет Русская земля.

   Высшей любовью и совестью мира было и будет православие. А высшей справедливостью мира была и будет Русская земля.

   — Илья Александрович Игин
5. «

   Я полагаю, что путь в науку, да и в философию, только один: встретить проблему, увидеть, как она красива, и влюбиться в неё; обвенчаться с нею и жить счастливо, пока смерть не разлучит вас – если только вам не суждено будет увлечься другой, более красивой проблемой или отыскать решение первой. Но и такое решение, будучи найденным, может породить, к вашему же удовольствию, целое семейство очаровательных, хотя, вполне вероятно, и непростых, юных проблем.

   Я полагаю, что путь в науку, да и в философию, только один: встретить проблему, увидеть, как она красива, и влюбиться в неё; обвенчаться с нею и жить счастливо, пока смерть не разлучит вас – если только вам не суждено будет увлечься другой, более красивой проблемой или отыскать решение первой. Но и такое решение, будучи найденным, может породить, к вашему же удовольствию, целое семейство очаровательных, хотя, вполне вероятно, и непростых, юных проблем.

   — Карл Поппер
6. «

   Вон, погляди: Деревья кроны кверху поднимают, И ветви, как зеленые фонтаны, Взмывают вверх. Из черной почвы кверху Стремятся соки, достигая самых Последних листьев. Вон — тяжелый колос Стрелой звенящей в небо устремлен, Вон — бьет родник Из глубины подземной тоже кверху.

   Вон, погляди: Деревья кроны кверху поднимают, И ветви, как зеленые фонтаны, Взмывают вверх. Из черной почвы кверху Стремятся соки, достигая самых Последних листьев. Вон — тяжелый колос Стрелой звенящей в небо устремлен, Вон — бьет родник Из глубины подземной тоже кверху.

   — Донат Шайнер
7. «

   Я давно пришел к выводу, что предрасположенность к определенным мыслительным мирам иррациональна или генетична: нельзя переубедить козла, отучив его от козлиности.

   Я давно пришел к выводу, что предрасположенность к определенным мыслительным мирам иррациональна или генетична: нельзя переубедить козла, отучив его от козлиности.

   — Игорь Иванович Гарин · книга
8. «

   Зачем заниматься сейчас философской чепухой? Любой вопрос, если достаточно долго докапываться до сути, сводится к одному и тому же: «Почему это происходит?» Политика, религия и торговля сходятся в конце концов к одному: в чьих руках сила. Альянсы, картели, союзы лишь гоняются за миражами, пока речь не идет о власти. Все прочее – ерунда, как должно быть ясно любому мыслящему существу.

   Зачем заниматься сейчас философской чепухой? Любой вопрос, если достаточно долго докапываться до сути, сводится к одному и тому же: «Почему это происходит?» Политика, религия и торговля сходятся в конце концов к одному: в чьих руках сила. Альянсы, картели, союзы лишь гоняются за миражами, пока речь не идет о власти. Все прочее – ерунда, как должно быть ясно любому мыслящему существу.

   — Фрэнк Герберт · книга
9. «

   Пустые умствования опасны, они сушат сердце.

   Пустые умствования опасны, они сушат сердце.

   — Феликс Юсупов · книга
10. «

    Творчество есть всегда прирост, прибавление, создание нового, не бывшего в мире.

    Творчество есть всегда прирост, прибавление, создание нового, не бывшего в мире.

    — Николай Александрович Бердяев
11. «

    Быть может, думал я, то, что я ищу, скрывается где-нибудь в темном углу, в чулане, или притаилось на дне какого-нибудь ящика. Может быть, оно имеет газообразную или даже осязаемую форму. Большинство философов до сих пор придерживается весьма нефилософских воззрений на многие вопросы философии. Однако Вильям Годвин в своем «Мандевиле» говорит, что «невидимое – единственная реальность».

    Быть может, думал я, то, что я ищу, скрывается где-нибудь в темном углу, в чулане, или притаилось на дне какого-нибудь ящика. Может быть, оно имеет газообразную или даже осязаемую форму. Большинство философов до сих пор придерживается весьма нефилософских воззрений на многие вопросы философии. Однако Вильям Годвин в своем «Мандевиле» говорит, что «невидимое – единственная реальность».

    — Эдгар Аллан По · книга
12. «

    Не гибнет ничто, как будто совсем погибая, Так как природа всегда возрождает одно из другого И ничему не дает без смерти другого родиться.

    Не гибнет ничто, как будто совсем погибая, Так как природа всегда возрождает одно из другого И ничему не дает без смерти другого родиться.

    — Тит Лукреций Кар · книга
13. «

    В мире, в котором правит коррупция и высокомерие, сложно придерживаться своих философских и литературных принципов.

    В мире, в котором правит коррупция и высокомерие, сложно придерживаться своих философских и литературных принципов.
14. «

    Как мыслит добрый человек: Главное чтобы другим было хорошо а на меня плевать… Как мыслит злой человек: Раз мне плохо Пусть другим будет еще хуже… Как мыслит умный человек: Главное чтобы мне было хорошо а других плевать… Как мыслит мудрый человек: Сделаю ка я так чтобы мне было хорошо и другим было не хуже…

    Как мыслит добрый человек: Главное чтобы другим было хорошо а на меня плевать… Как мыслит злой человек: Раз мне плохо Пусть другим будет еще хуже… Как мыслит умный человек: Главное чтобы мне было хорошо а других плевать… Как мыслит мудрый человек: Сделаю ка я так чтобы мне было хорошо и другим было не хуже…
15. «

    Большинство людей не хочет плавать до того, как научится плавать. Разве это не остроумно? Конечно, они не хотят плавать! Ведь они созданы для суши, а не для воды. И конечно, они не хотят думать; ведь они рождены для того, чтобы жить, а не для того, чтобы думать! Ну а кто думает, кто видит в этом главное свое дело, тот может очень в нем преуспеть, но он все-таки путает сушу с водой, и когда-нибудь утонет.

    Большинство людей не хочет плавать до того, как научится плавать. Разве это не остроумно? Конечно, они не хотят плавать! Ведь они созданы для суши, а не для воды. И конечно, они не хотят думать; ведь они рождены для того, чтобы жить, а не для того, чтобы думать! Ну а кто думает, кто видит в этом главное свое дело, тот может очень в нем преуспеть, но он все-таки путает сушу с водой, и когда-нибудь утонет.

    — Герман Гессе · книга
16. «

    В подобных поединках редко можно понять кто на хорошей стороне, а кто на плохой. Как только наступает война, обе стороны становятся плохими.

    В подобных поединках редко можно понять кто на хорошей стороне, а кто на плохой. Как только наступает война, обе стороны становятся плохими.
17. «

    Читать Шопенгауэра в состоянии меланхолии – все равно что раздеваться, когда вам холодно.

    Читать Шопенгауэра в состоянии меланхолии – все равно что раздеваться, когда вам холодно.

    — Мэтт Хейг · книга
18. «

    Объединенный Запад давно стремится победить Россию духовно: подорвать нашу веру в Бога, утвердить культ денег, растлить нас нравственно и физически. Чтобы затем ослабленный и бездуховный народ был не способен на борьбу с внешним врагом.

    Объединенный Запад давно стремится победить Россию духовно: подорвать нашу веру в Бога, утвердить культ денег, растлить нас нравственно и физически. Чтобы затем ослабленный и бездуховный народ был не способен на борьбу с внешним врагом.

    — Илья Александрович Игин
19. «

    Многих бед, горестей и утрат мог бы избежать народ, если бы он хорошо помнил свою историю и делал из нее правильные выводы.

    Многих бед, горестей и утрат мог бы избежать народ, если бы он хорошо помнил свою историю и делал из нее правильные выводы.

    — Илья Александрович Игин
20. «

    Дорога. Как много и как мало в этом слове. Для кого-то дорога — это бесконечное движение, неосознанное стремление вперед, возможность выбора, бесконтрольное познание окружающего мира и себя самого. Дорога — это жизнь. Дорога — это борьба. Путь, проложенный кем-то другим, но открытый заново. Дорога — это кровавый закат, душная звездная ночь, румяный рассвет и, наконец, новый день, несущий с собой сюрпризы. Дорога — это попутчики, и чужая жизнь. Дорога — это поворот, знаменующий собственный выбор.

    Дорога. Как много и как мало в этом слове. Для кого-то дорога — это бесконечное движение, неосознанное стремление вперед, возможность выбора, бесконтрольное познание окружающего мира и себя самого. Дорога — это жизнь. Дорога — это борьба. Путь, проложенный кем-то другим, но открытый заново. Дорога — это кровавый закат, душная звездная ночь, румяный рассвет и, наконец, новый день, несущий с собой сюрпризы. Дорога — это попутчики, и чужая жизнь. Дорога — это поворот, знаменующий собственный выбор.

    — Евгения Барбуца · книга