383 цитаты на тему «философия» — читать онлайн

383 цитаты про «философия»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Учиться благодаря страданию. Мы умнеем благодаря несчастьям и добиваемся лучшего познания вещей лишь на путях заблуждений и разочарований.

   Учиться благодаря страданию. Мы умнеем благодаря несчастьям и добиваемся лучшего познания вещей лишь на путях заблуждений и разочарований.

   — Ханс Георг Гадамер
2. «

   Целым называется то, у чего не отсутствует ни одна из тех частей, состоя из которых, оно именуется целым от природы.

   Целым называется то, у чего не отсутствует ни одна из тех частей, состоя из которых, оно именуется целым от природы.

   — Аристотель
3. «

   И если в нашем доме вдруг завоняло серой, мы просто не имеем права пускаться в рассуждения о молекулярных флюктуациях — мы обязаны предположить, что где-то объявился черт с рогами, и принять соответствующие меры, вплоть до организации производства святой воды в промышленных масштабах.

   И если в нашем доме вдруг завоняло серой, мы просто не имеем права пускаться в рассуждения о молекулярных флюктуациях — мы обязаны предположить, что где-то объявился черт с рогами, и принять соответствующие меры, вплоть до организации производства святой воды в промышленных масштабах.

   — Аркадий Стругацкий · книга
4. «

   Все живое развивается. В мире нет неподвижности, все меняется и развивается. Но есть и сила инерции, сопротивление всякому изменению, вражда ко всякой новизне.

   Все живое развивается. В мире нет неподвижности, все меняется и развивается. Но есть и сила инерции, сопротивление всякому изменению, вражда ко всякой новизне.

   — Николай Александрович Бердяев
5. «

   Легко учить добродетели, следовать ей трудно.

   Легко учить добродетели, следовать ей трудно.

   — Илья Александрович Игин
6. «

   Философия в поэзии все равно что серебро в колокольном сплаве.

   Философия в поэзии все равно что серебро в колокольном сплаве.

   — Вольфганг Менцель
7. «

   Но великие души в тяжелые минуты жизни находят удивительную поддержку в философии.

   Но великие души в тяжелые минуты жизни находят удивительную поддержку в философии.

   — Александр Дюма · книга
8. «

   Философия открывает человеку убежище, куда не проникает никакая тирания, долину внутреннего мира, лабиринт сердца, и это раздражает тиранов.

   Философия открывает человеку убежище, куда не проникает никакая тирания, долину внутреннего мира, лабиринт сердца, и это раздражает тиранов.

   — Фридрих Вильгельм Ницше
9. «

   Однако при этом сама плоть иногда требует стать героем какой-нибудь мелодрамы при условии, что я вполне осознанно отделяю актерство от существа жизни. Игра, игра, игра. Давно выскочил из этого возраста, но порой хочется поиграть в жизнь, исполненную страстей и переживаний. Для человека, лишенного всех зубов и половины памяти, эта игра сродни бодрящему напитку. Пусть это лекарство от скуки. Какая разница! Главное – избегать уныния, ибо уныние – страшный грех, из которого рождаются отвратительные идеи и мысли. Счастливый, радостный, влюбленный человек увлечен добром и веселостью. Мрачный тип ковыряется в собственных болячках, как мазохист-самоед. А расковырявши свои язвы, приступает терзать раны близких людей. Болезнь души рождает осуждение, осуждение углубляет болезнь. Мрачность, что яма, чем больше из нее берешь, тем глубже она становится. Не дай бог залезть в нее. Она как болото – начинаешь выбираться с грубыми усилиями, затягивает сильнее. Тут либо вытягивать себя за волосы как барон Мюнхгаузен, либо осторожно звать на помощь. Начнешь орать во все горло, и себя глубже усадишь, и помощников распугаешь воплями. Вопросы веры – это пожар. Нет времени для философских размышлений.

   Однако при этом сама плоть иногда требует стать героем какой-нибудь мелодрамы при условии, что я вполне осознанно отделяю актерство от существа жизни. Игра, игра, игра. Давно выскочил из этого возраста, но порой хочется поиграть в жизнь, исполненную страстей и переживаний. Для человека, лишенного всех зубов и половины памяти, эта игра сродни бодрящему напитку. Пусть это лекарство от скуки. Какая разница! Главное – избегать уныния, ибо уныние – страшный грех, из которого рождаются отвратительные идеи и мысли. Счастливый, радостный, влюбленный человек увлечен добром и веселостью. Мрачный тип ковыряется в собственных болячках, как мазохист-самоед. А расковырявши свои язвы, приступает терзать раны близких людей. Болезнь души рождает осуждение, осуждение углубляет болезнь. Мрачность, что яма, чем больше из нее берешь, тем глубже она становится. Не дай бог залезть в нее. Она как болото – начинаешь выбираться с грубыми усилиями, затягивает сильнее. Тут либо вытягивать себя за волосы как барон Мюнхгаузен, либо осторожно звать на помощь. Начнешь орать во все горло, и себя глубже усадишь, и помощников распугаешь воплями. Вопросы веры – это пожар. Нет времени для философских размышлений.

   — Юрий Меркеев · книга
10. «

    Если проиграл бой демонам, прежде чем умереть, помоги — нам.

    Если проиграл бой демонам, прежде чем умереть, помоги — нам.
11. «

    То, что не было мной, стало мною, зазвучало пронзительно мной - как-то исподволь и стороною, то ли радостью, то ли виной...

    То, что не было мной, стало мною, зазвучало пронзительно мной - как-то исподволь и стороною, то ли радостью, то ли виной...

    — Василий Ковалев
12. «

    Горацио, остались ещё вещи меж небом и землёй что не подвластны философии людской.

    Горацио, остались ещё вещи меж небом и землёй что не подвластны философии людской.

    — Уильям Шекспир · книга
13. «

    Все, что должно наступить, наступит.

    Все, что должно наступить, наступит.

    — Томас Гоббс
14. «

    Я рассуждаю философски. Полагаю, что это распространенный способ мыслить, когда тебе скоро стукнет тридцать. Своего рода защитный механизм, потому что человек начинает осознавать потери — потерю времени, достоинства, идеалов. Я не радуюсь тому, что остался без лодки, но аханье её вернет не больше, чем вчерашнюю молодость.

    Я рассуждаю философски. Полагаю, что это распространенный способ мыслить, когда тебе скоро стукнет тридцать. Своего рода защитный механизм, потому что человек начинает осознавать потери — потерю времени, достоинства, идеалов. Я не радуюсь тому, что остался без лодки, но аханье её вернет не больше, чем вчерашнюю молодость.

    — Уинстон Грэхем · книга
15. «

    Колени бьются к счастью.

    Колени бьются к счастью.
16. «

    Черт возьми! — сказал один молодой человек. - Горько узнавать, что я представляю собой созданье, Движущееся по заранее проложенным рельсам, Что я, одним словом, не автобус, а трамвай.

    Черт возьми! — сказал один молодой человек. - Горько узнавать, что я представляю собой созданье, Движущееся по заранее проложенным рельсам, Что я, одним словом, не автобус, а трамвай.

    — Бертран Рассел
17. «

    Его философия была изуродована столь роковой для философа болезнью — личным опытом.

    Его философия была изуродована столь роковой для философа болезнью — личным опытом.

    — Робертсон Дэвис · книга
18. «

    Философия, поскольку она распространяется на все доступное для человеческого познания, одна только отличает нас от дикарей и варваров, и каждый народ тем более гражданствен и образован, чем лучше в нем философствуют; поэтому нет для государства большего блага, как иметь истинных философов.

    Философия, поскольку она распространяется на все доступное для человеческого познания, одна только отличает нас от дикарей и варваров, и каждый народ тем более гражданствен и образован, чем лучше в нем философствуют; поэтому нет для государства большего блага, как иметь истинных философов.

    — Рене Декарт
19. «

    В глубине души мы боимся перемен и из последних сил стараемся противостоять им, держимся за свои убеждения, подобно пожелтевшему листу на ветке дерева в ветреный осенний день.

    В глубине души мы боимся перемен и из последних сил стараемся противостоять им, держимся за свои убеждения, подобно пожелтевшему листу на ветке дерева в ветреный осенний день.

    — Ника Остожева · книга
20. «

    Нужно всегда начинать исследование с вещей наиболее легких.

    Нужно всегда начинать исследование с вещей наиболее легких.

    — Готфрид Вильгельм Лейбниц