775 цитат «философия» для статуса

775 цитат про «философия»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Судьбы вещей поистине являются сестрами их природы.

   Судьбы вещей поистине являются сестрами их природы.

   — Фрэнсис Бэкон
2. «

   Как-то один философ задался вопросом: мы — люди, потому что мы смотрим на звезды? Или мы смотрим на звезды, потому что мы — люди?

   Как-то один философ задался вопросом: мы — люди, потому что мы смотрим на звезды? Или мы смотрим на звезды, потому что мы — люди?

   — Звездная пыль (Stardust) (2007) · фильм
3. «

   Было время, когда одним из прав немецких баронов считалось право грабить на большой дороге. Это право вытекало из самых древних установлений в обществе, когда свободный человек или бродяга зарабатывал себе на пропитание на манер лесных зверей и птиц: доставал пищу из любого попавшегося под руку источника. В те далекие времена человек был дитя и ученик Природы, сегодня он — раб нелепых предрассудков, отвратительных законов и религиозных глупостей. «Все ценности в этом мире, — вопит слабый, — были равномерно распределены среди всех людей». Очень хорошо. Но, сотворив слабых и сильных, Природа достаточно ясно показала, что она предназначала эти ценности только сильным и что слабые лишены возможности пользоваться ими, за исключением жалких крох со стола, за которым сидят сильные и капризные деспоты. Природа призвала последних обогащаться за счет слабых, которые, в отместку, могут воровать у богатых, так что она разговаривает с людьми тем же языком, каким советует вольным птицам воровать зерно с полей, волку — пожирать ягнят, пауку — плести свою паутину и ловить мух. Все, все в этом мире — воровство, нескончаемая и яростная борьба за выживание стремление отобрать что-нибудь у других — основная и самая законная страсть, которую посеяла в нашем сердце Природа. Таковы главные законы поведения, которые навечно вошли в нашу плоть и кровь воровство — первейший инстинкт живых существ и, без сомнения, самый приятный.

   Было время, когда одним из прав немецких баронов считалось право грабить на большой дороге. Это право вытекало из самых древних установлений в обществе, когда свободный человек или бродяга зарабатывал себе на пропитание на манер лесных зверей и птиц: доставал пищу из любого попавшегося под руку источника. В те далекие времена человек был дитя и ученик Природы, сегодня он — раб нелепых предрассудков, отвратительных законов и религиозных глупостей. «Все ценности в этом мире, — вопит слабый, — были равномерно распределены среди всех людей». Очень хорошо. Но, сотворив слабых и сильных, Природа достаточно ясно показала, что она предназначала эти ценности только сильным и что слабые лишены возможности пользоваться ими, за исключением жалких крох со стола, за которым сидят сильные и капризные деспоты. Природа призвала последних обогащаться за счет слабых, которые, в отместку, могут воровать у богатых, так что она разговаривает с людьми тем же языком, каким советует вольным птицам воровать зерно с полей, волку — пожирать ягнят, пауку — плести свою паутину и ловить мух. Все, все в этом мире — воровство, нескончаемая и яростная борьба за выживание стремление отобрать что-нибудь у других — основная и самая законная страсть, которую посеяла в нашем сердце Природа. Таковы главные законы поведения, которые навечно вошли в нашу плоть и кровь воровство — первейший инстинкт живых существ и, без сомнения, самый приятный.

   — Маркиз де Сад · книга
4. «

   Беда философии не в том, что философ не владеет языком, а в том, что язык владеет философом.

   Беда философии не в том, что философ не владеет языком, а в том, что язык владеет философом.

   — Владимир Шойхер · книга
5. «

   Диалектика учит: каждое поражение — ступенька к победе.

   Диалектика учит: каждое поражение — ступенька к победе.

   — Борис Акунин · книга
6. «

   Родство по крови не первостепенно. Куда большее значение имеет родство душ.

   Родство по крови не первостепенно. Куда большее значение имеет родство душ.

   — Ника Остожева · книга
7. «

   Я рассуждаю философски. Полагаю, что это распространенный способ мыслить, когда тебе скоро стукнет тридцать. Своего рода защитный механизм, потому что человек начинает осознавать потери — потерю времени, достоинства, идеалов. Я не радуюсь тому, что остался без лодки, но аханье её вернет не больше, чем вчерашнюю молодость.

   Я рассуждаю философски. Полагаю, что это распространенный способ мыслить, когда тебе скоро стукнет тридцать. Своего рода защитный механизм, потому что человек начинает осознавать потери — потерю времени, достоинства, идеалов. Я не радуюсь тому, что остался без лодки, но аханье её вернет не больше, чем вчерашнюю молодость.

   — Уинстон Грэхем · книга
8. «

   Говорят, что в человеке есть животное начало, прикрытое тонким слоем цивилизации... Или духа... Что бессмысленная жестокость, например, от животного, а искусство — чистый дух. А на самом деле наоборот. Все лучшее в человеке от животного. Любовь. Красота. Даже творчество. Посмотри, что рисуют, что пишут, — и во всем увидишь существование животного. И все худшее тоже от животного. Порядок тоже от животного, знаешь, какие строгие порядки у социальных животных? Нет в человеке никакой второй части, противоположной животной, но первая, животная часть,— она бесконечна, уходит корнями в начало Вселенной, и мы о ней ничего не знаем. Ничего! Она и есть дух. Дух и материя одно и то же, разные проявления одной и той же сущности. Ты любишь мороженое? Это как внешний вид мороженого и вкус мороженого: разные аспекты одного и того же.

   Говорят, что в человеке есть животное начало, прикрытое тонким слоем цивилизации... Или духа... Что бессмысленная жестокость, например, от животного, а искусство — чистый дух. А на самом деле наоборот. Все лучшее в человеке от животного. Любовь. Красота. Даже творчество. Посмотри, что рисуют, что пишут, — и во всем увидишь существование животного. И все худшее тоже от животного. Порядок тоже от животного, знаешь, какие строгие порядки у социальных животных? Нет в человеке никакой второй части, противоположной животной, но первая, животная часть,— она бесконечна, уходит корнями в начало Вселенной, и мы о ней ничего не знаем. Ничего! Она и есть дух. Дух и материя одно и то же, разные проявления одной и той же сущности. Ты любишь мороженое? Это как внешний вид мороженого и вкус мороженого: разные аспекты одного и того же.

   — Марко Счицевски · книга
9. «

   Если бы философы строили свои дворцы из кирпичей, а не из слов, их сажали бы за профнепригодность после первой же кладки, потому что сила тяжести сразу вступала бы с ними в диалог. Но слова – это такие кирпичи, которые будут тысячу лет висеть в воздухе в любом месте, куда их воткнешь, поэтому дурить окружающих можно очень долго…

   Если бы философы строили свои дворцы из кирпичей, а не из слов, их сажали бы за профнепригодность после первой же кладки, потому что сила тяжести сразу вступала бы с ними в диалог. Но слова – это такие кирпичи, которые будут тысячу лет висеть в воздухе в любом месте, куда их воткнешь, поэтому дурить окружающих можно очень долго…

   — Виктор Пелевин · книга
10. «

    Каждый бежит за своей бабочкой.

    Каждый бежит за своей бабочкой.
11. «

    Постоянно спорят о том, что следует называть умом: каждый дает свое определение; с этим словом связывают различный смысл, и все говорят, не понимая друг друга.

    Постоянно спорят о том, что следует называть умом: каждый дает свое определение; с этим словом связывают различный смысл, и все говорят, не понимая друг друга.

    — Клод Адриан Гельвеций
12. «

    Главный закон философии: излишне не философствовать.

    Главный закон философии: излишне не философствовать.

    — Леонид Семенович Сухоруков
13. «

    Существование вечного ада означало бы самое сильное опровержение существования Бога, самый сильный аргумент безбожия. Зло и страдание, ад в этом времени и этом мире обличает недостаточность и неокончательность этого мира и неизбежность существования иного мира и Бога. Отсутствие страдания в этом мире вело бы к довольству этим миром, как окончательным. Но страдание есть лишь путь человека к иному, к трансцендированию.

    Существование вечного ада означало бы самое сильное опровержение существования Бога, самый сильный аргумент безбожия. Зло и страдание, ад в этом времени и этом мире обличает недостаточность и неокончательность этого мира и неизбежность существования иного мира и Бога. Отсутствие страдания в этом мире вело бы к довольству этим миром, как окончательным. Но страдание есть лишь путь человека к иному, к трансцендированию.

    — Николай Александрович Бердяев · книга
14. «

    В начале всяческой философии лежит удивление.

    В начале всяческой философии лежит удивление.

    — Мишель де Монтень
15. «

    Быть мыслителем значит уметь воспринимать вещи проще, чем они есть.

    Быть мыслителем значит уметь воспринимать вещи проще, чем они есть.

    — Фридрих Вильгельм Ницше · книга
16. «

    Один юноша пришёл к Ян-Чу и сказал: — Мои родители хотят, чтобы я добился успеха в жизни. Следует ли мне покориться воле родителей? Ян-Чу ответил: — Давай предположим, что ты дожил до старости. Четверть твоей жизни была детством, когда ты был слишком молод, чтобы достичь успеха. И тебе предстоит прожить еще четверть своей жизни в старости, когда тебе не хватит сил для достижения успеха. Треть своей жизни ты тратишь на сон, когда ты ничего не делаешь. Когда ты бодрствуешь, то должен тратить время на отдых и еду. Иногда ты болеешь. Поэтому Источник статьи журнал, у которого все воруют статьи — BroDude.ru на достижение успеха остаётся очень мало времени. — Может, мне лучше гоняться за удовольствиями? Кушать вкусные яства, носить шелка, окружать себя красавицами? — Тогда ты станешь всё время искать источники дохода, а на сами удовольствия у тебя останется очень мало времени. — Значит, я должен завоевать высокую репутацию? — Если будешь гоняться за репутацией, то станешь рабом тех людей, уважения которых хочешь добиться. Ты будешь постоянно делать то, что они хотят увидеть. — К чему же мне стремиться? — Твоей целью должна стать бесцельность.

    Один юноша пришёл к Ян-Чу и сказал: — Мои родители хотят, чтобы я добился успеха в жизни. Следует ли мне покориться воле родителей? Ян-Чу ответил: — Давай предположим, что ты дожил до старости. Четверть твоей жизни была детством, когда ты был слишком молод, чтобы достичь успеха. И тебе предстоит прожить еще четверть своей жизни в старости, когда тебе не хватит сил для достижения успеха. Треть своей жизни ты тратишь на сон, когда ты ничего не делаешь. Когда ты бодрствуешь, то должен тратить время на отдых и еду. Иногда ты болеешь. Поэтому Источник статьи журнал, у которого все воруют статьи — BroDude.ru на достижение успеха остаётся очень мало времени. — Может, мне лучше гоняться за удовольствиями? Кушать вкусные яства, носить шелка, окружать себя красавицами? — Тогда ты станешь всё время искать источники дохода, а на сами удовольствия у тебя останется очень мало времени. — Значит, я должен завоевать высокую репутацию? — Если будешь гоняться за репутацией, то станешь рабом тех людей, уважения которых хочешь добиться. Ты будешь постоянно делать то, что они хотят увидеть. — К чему же мне стремиться? — Твоей целью должна стать бесцельность.
17. «

    Всё на свете должно происходить медленно и неправильно, чтобы не сумел загордиться человек, чтобы человек был грустен и растерян.

    Всё на свете должно происходить медленно и неправильно, чтобы не сумел загордиться человек, чтобы человек был грустен и растерян.

    — Венедикт Васильевич Ерофеев
18. «

    Философия не признаёт иного счастья, кроме себя, счастье, в свою очередь, не признает никакой философии, кроме себя; таким образом, и философ счастлив, и счастливец считает себя философом.

    Философия не признаёт иного счастья, кроме себя, счастье, в свою очередь, не признает никакой философии, кроме себя; таким образом, и философ счастлив, и счастливец считает себя философом.

    — Пьер Жозеф Прудон
19. «

    Всякое имя и форма — условность. Взгляни на горы, у тебя есть знание об их форме и цвете. Но есть ли форма и цвет у этого знания?

    Всякое имя и форма — условность. Взгляни на горы, у тебя есть знание об их форме и цвете. Но есть ли форма и цвет у этого знания?
20. «

    Но всякий действительный вопрос, вырастающий из гущи жизни и неразрешимый при помощи уже отработанных, привычных и заштампованных рутинных способов, всегда формулируется для сознания как формально-неразрешимое противоречие. А еще точнее – как «логическое» противоречие, неразрешимое чисто логическими средствами, – то есть рядом чисто механических, машинообразных операций над ранее заученными «понятиями» (а еще точнее – над «терминами»). Философия давно выяснила, что действительный «вопрос», подлежащий решению только через дальнейшее исследование фактов, всегда выглядит как «логическое противоречие», как «парадокс». Поэтому именно там, где в составе знания вдруг появляется «противоречие» (одни говорят так, другие – этак) только и возникает, собственно, потребность и необходимость глубже исследовать сам предмет. Это – показатель, что знание, зафиксированное в общепринятых положениях, чересчур общо, неконкретно, односторонне. Ум, приученный к действиям по штампу, по готовому рецепту «типового решения» и теряющийся там, где от него требуется самостоятельное (творческое) решение, именно поэтому и «не любит» противоречий. Он старается их обходить, замазывать, сворачивая опять и опять на затоптанные, рутинные дорожки. И когда это ему в конце концов не удается, когда «противоречие» упрямо возникает вновь и вновь, такой «ум» срывается в истерику – именно там, где нужно «мыслить». Поэтому-то отношение к противоречию и является очень точным критерием культуры ума. Даже, собственно говоря, показателем его наличия.

    Но всякий действительный вопрос, вырастающий из гущи жизни и неразрешимый при помощи уже отработанных, привычных и заштампованных рутинных способов, всегда формулируется для сознания как формально-неразрешимое противоречие. А еще точнее – как «логическое» противоречие, неразрешимое чисто логическими средствами, – то есть рядом чисто механических, машинообразных операций над ранее заученными «понятиями» (а еще точнее – над «терминами»). Философия давно выяснила, что действительный «вопрос», подлежащий решению только через дальнейшее исследование фактов, всегда выглядит как «логическое противоречие», как «парадокс». Поэтому именно там, где в составе знания вдруг появляется «противоречие» (одни говорят так, другие – этак) только и возникает, собственно, потребность и необходимость глубже исследовать сам предмет. Это – показатель, что знание, зафиксированное в общепринятых положениях, чересчур общо, неконкретно, односторонне. Ум, приученный к действиям по штампу, по готовому рецепту «типового решения» и теряющийся там, где от него требуется самостоятельное (творческое) решение, именно поэтому и «не любит» противоречий. Он старается их обходить, замазывать, сворачивая опять и опять на затоптанные, рутинные дорожки. И когда это ему в конце концов не удается, когда «противоречие» упрямо возникает вновь и вновь, такой «ум» срывается в истерику – именно там, где нужно «мыслить». Поэтому-то отношение к противоречию и является очень точным критерием культуры ума. Даже, собственно говоря, показателем его наличия.

    — Эвальд Васильевич Ильенков · книга