34 сильных цитаты: «Франция»

Тема «Франция» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 34 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Литература Франция прекрасна, как сама Франция. Французская проза иногда вычурна, чуть женственна. Но французы были превосходными стилистами.

   Литература Франция прекрасна, как сама Франция. Французская проза иногда вычурна, чуть женственна. Но французы были превосходными стилистами.

   — Сергей Довлатов · книга
2. «

   Побывать при дворе, не повидав Маргариты Валуа, — значит не увидать ни Франции, ни французского двора.

   Побывать при дворе, не повидав Маргариты Валуа, — значит не увидать ни Франции, ни французского двора.

   — Александр Дюма · книга
3. «

   — Только побег, поверьте, вам нет места в этой варварской стране! Вас ждёт карета и Париж! — А себя вы предлагаете в попутчики? — О, мон дью! С тех пор как я вас увидел, вы — звезда! Русская звезда на этом мрачном небосклоне! И моя любовь к вам... — Вы богаты, у вас много душ? — Я богат, но душа у меня одна и она принадлежит вам! Во Франции нет рабства, мадемуазель. Это в вашей стране... — Довольно!

   — Только побег, поверьте, вам нет места в этой варварской стране! Вас ждёт карета и Париж! — А себя вы предлагаете в попутчики? — О, мон дью! С тех пор как я вас увидел, вы — звезда! Русская звезда на этом мрачном небосклоне! И моя любовь к вам... — Вы богаты, у вас много душ? — Я богат, но душа у меня одна и она принадлежит вам! Во Франции нет рабства, мадемуазель. Это в вашей стране... — Довольно!

   — шевалье Де Брильи · фильм
4. «

   Красота не трогала ее сердце, в отличие от Эйфелевой башни. Эта постройка выглядела чрезвычайно неуклюже. Если улицы Парижа были аккуратно сшиты между собой опытной швеей, то Эйфелева башня была толстой иглой, бессмысленно торчавшей посередине. Она возвышалась над широкими бульварами, элегантными куполами и зданиями, украшенными скульптурами богов. Она никогда не впишется в местный ландшафт, но всегда будет приковывать внимание.

   Красота не трогала ее сердце, в отличие от Эйфелевой башни. Эта постройка выглядела чрезвычайно неуклюже. Если улицы Парижа были аккуратно сшиты между собой опытной швеей, то Эйфелева башня была толстой иглой, бессмысленно торчавшей посередине. Она возвышалась над широкими бульварами, элегантными куполами и зданиями, украшенными скульптурами богов. Она никогда не впишется в местный ландшафт, но всегда будет приковывать внимание.

   — Рошани Чокши · книга
5. «

   Каждый город средневековья, каждый город Франции вплоть до царствования Людовика XII имел свои убежища. Эти убежища среди потопа карательных мер и варварских судебных установлений, наводнявших города, были своего рода островками вне пределов досягаемости человеческого правосудия. Всякий причаливший к ним преступник был спасен. В ином предместье было столько же убежищ, сколько и виселиц. Это было злоупотребление безнаказанностью рядом с злоупотреблением казнями — два вида зла, стремившихся обезвредить друг друга. Королевские дворцы, княжеские особники, а главным образом храмы имели право убежища. Чтобы заселить город, его целиком превращали на время в место убежища. Так Людовик XI в 1467 году объявил убежищем Париж.

   Каждый город средневековья, каждый город Франции вплоть до царствования Людовика XII имел свои убежища. Эти убежища среди потопа карательных мер и варварских судебных установлений, наводнявших города, были своего рода островками вне пределов досягаемости человеческого правосудия. Всякий причаливший к ним преступник был спасен. В ином предместье было столько же убежищ, сколько и виселиц. Это было злоупотребление безнаказанностью рядом с злоупотреблением казнями — два вида зла, стремившихся обезвредить друг друга. Королевские дворцы, княжеские особники, а главным образом храмы имели право убежища. Чтобы заселить город, его целиком превращали на время в место убежища. Так Людовик XI в 1467 году объявил убежищем Париж.

   — Виктор Гюго · книга
6. «

   — Кафе, мебель, «Всё для дома», фастфуд... Видишь, как много всего? — Жесть! — Согласен, на открытках Франция лучше.

   — Кафе, мебель, «Всё для дома», фастфуд... Видишь, как много всего? — Жесть! — Согласен, на открытках Франция лучше.

   — Инесс · фильм
7. «

   — Франция не пойдёт за вами. — Франция пойдёт за мной даже к звёздам, если я дам ей ещё одну победу!

   — Франция не пойдёт за вами. — Франция пойдёт за мной даже к звёздам, если я дам ей ещё одну победу!

   — маршал Ней · фильм
8. «

   — Я король Франции и делаю то, что мне по душе. — Вы король и должны уметь жертвовать собой. Вы не можете вести себя как обыкновенный влюбленный. <...> — Ну а будь я совсем не готов к самопожертвованию во славу Франции, что бы вы сказали? — Я даже не осмеливаюсь сказать, сир, что бы я сказал. Но вы конечно достойны трона, древнего и славного трона Франции, этого обширного королевства, которое так высоко, что его интересы выше интересов короля! Запомните это, Франция — это единственное, что выше вас!

   — Я король Франции и делаю то, что мне по душе. — Вы король и должны уметь жертвовать собой. Вы не можете вести себя как обыкновенный влюбленный. <...> — Ну а будь я совсем не готов к самопожертвованию во славу Франции, что бы вы сказали? — Я даже не осмеливаюсь сказать, сир, что бы я сказал. Но вы конечно достойны трона, древнего и славного трона Франции, этого обширного королевства, которое так высоко, что его интересы выше интересов короля! Запомните это, Франция — это единственное, что выше вас!

   — Анри (брат-близнец короля) · фильм
9. «

   Весть о падении Бастилии вызвала в русском народе всеобщее ликование, будто не парижане разрушили Бастилию, а сами русские по кирпичику разнесли Петропавловскую крепость.

   Весть о падении Бастилии вызвала в русском народе всеобщее ликование, будто не парижане разрушили Бастилию, а сами русские по кирпичику разнесли Петропавловскую крепость.

   — Валентин Пикуль · книга
10. «

    — Ух ты, Англия! — Может, мы слегка забрали вправо, оленей ведь не хватает. Франция. Бонжур, уэля буланжери! — А что во Франции делают слоны? — Слоны? Отбились от стада, размножаются в канавах. Буэнос Диас! Ола! Эм... [видят стада животных] Парижский зоопарк. — А это, видать, вольер со львами! — Ну меня-то они не съедят, я ведь Санта. Лежать! Оу, ясно, зовите смотрителя. — Сколько лет этим картам? Атландита!? Земля каннибалов!? — Осторожнее с каннибалами. — Это не Франция, верно? — Теоретически, это Северная Африка, Серенгети.

    — Ух ты, Англия! — Может, мы слегка забрали вправо, оленей ведь не хватает. Франция. Бонжур, уэля буланжери! — А что во Франции делают слоны? — Слоны? Отбились от стада, размножаются в канавах. Буэнос Диас! Ола! Эм... [видят стада животных] Парижский зоопарк. — А это, видать, вольер со львами! — Ну меня-то они не съедят, я ведь Санта. Лежать! Оу, ясно, зовите смотрителя. — Сколько лет этим картам? Атландита!? Земля каннибалов!? — Осторожнее с каннибалами. — Это не Франция, верно? — Теоретически, это Северная Африка, Серенгети.

    — Артур (Arthur) · мультфильм
11. «

    В психиатрической больнице Святой Анны есть отделение для пациентов, имеющих диагноз под названием «пари секогун» — «парижский синдром». Каждый год сотня японцев, разочарованных Парижем, впадают в депрессию, а то и в паранойю. Их госпитализируют, лечат и отправляют на родину.

    В психиатрической больнице Святой Анны есть отделение для пациентов, имеющих диагноз под названием «пари секогун» — «парижский синдром». Каждый год сотня японцев, разочарованных Парижем, впадают в депрессию, а то и в паранойю. Их госпитализируют, лечат и отправляют на родину.

    — Жан-Кристоф Гранже · книга
12. «

    Так сформировались моральные ориентиры Ларисы — любовь, еда, красота и беспечность. То есть, Франция. Там любая женщина становится принцессой. На тридцать процентов при пересечении границы, остальное нарастает с каждым круассаном.

    Так сформировались моральные ориентиры Ларисы — любовь, еда, красота и беспечность. То есть, Франция. Там любая женщина становится принцессой. На тридцать процентов при пересечении границы, остальное нарастает с каждым круассаном.

    — Вячеслав Солдатенко (Слава Сэ) · книга
13. «

    — Нет, — говорил он, все более и более одушевляясь, — Наполеон велик, потому что он стал выше революции, подавил ее злоупотребления, удержав все хорошее — и равенство граждан, и свободу слова и печати, — и только потому приобрел власть.

    — Нет, — говорил он, все более и более одушевляясь, — Наполеон велик, потому что он стал выше революции, подавил ее злоупотребления, удержав все хорошее — и равенство граждан, и свободу слова и печати, — и только потому приобрел власть.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
14. «

    Индия примерно в шесть раз больше Франции. А населения здесь в двадцать раз больше. В двадцать! Можешь мне поверить, если бы миллиард французов жил в такой скученности, то текли бы реки крови. Низвергались бы водопады! А между тем французы, как всем известно, — самая цивилизованная нация в Европе. И даже во всем мире. Так что, будь уверен, без любви Индия прекратила бы существование.

    Индия примерно в шесть раз больше Франции. А населения здесь в двадцать раз больше. В двадцать! Можешь мне поверить, если бы миллиард французов жил в такой скученности, то текли бы реки крови. Низвергались бы водопады! А между тем французы, как всем известно, — самая цивилизованная нация в Европе. И даже во всем мире. Так что, будь уверен, без любви Индия прекратила бы существование.

    — Грегори Дэвид Робертс · книга
15. «

    Русскому человеку вообще свойственно любить Францию, это он еще у советского человека унаследовал. Проведи сейчас на улице опрос — по какой из европейских стран надлежит немедленно нанести ядерный удар — Франция, наверное, единственная уцелеет. К Франции ни у кого нет претензий. Как-то простил ей русский человек Наполеона, хотя вот шведам рассчитывать на пощаду не стоит: кто-нибудь да припомнит куда более раннюю русско-шведскую войну. Осадочек остался.

    Русскому человеку вообще свойственно любить Францию, это он еще у советского человека унаследовал. Проведи сейчас на улице опрос — по какой из европейских стран надлежит немедленно нанести ядерный удар — Франция, наверное, единственная уцелеет. К Франции ни у кого нет претензий. Как-то простил ей русский человек Наполеона, хотя вот шведам рассчитывать на пощаду не стоит: кто-нибудь да припомнит куда более раннюю русско-шведскую войну. Осадочек остался.

    — Дмитрий Глуховский · книга
16. «

    Господин Президент! Мои войска, вошедшие перед вами парадом, счастливы возможности воздать почести высокоуважаемому главе дружного и союзного государства. Вам известна симпатия, которую питает русская армия по отношению к прекрасной французской армии. Наши армии являются истинное братство по оружию. Мы можем отметить с удовлетворением, что внушительная сила сия не предназначена для поддержки агрессивных устремлений, но напротив, для упрочения поддержживания всеобщего мира и сохранения тех возвышенных принципов, которые способствуют прогрессу и обеспечивают благоденствие наций. Я поднимаю бокал за славу и процветание отважной французской армии!

    Господин Президент! Мои войска, вошедшие перед вами парадом, счастливы возможности воздать почести высокоуважаемому главе дружного и союзного государства. Вам известна симпатия, которую питает русская армия по отношению к прекрасной французской армии. Наши армии являются истинное братство по оружию. Мы можем отметить с удовлетворением, что внушительная сила сия не предназначена для поддержки агрессивных устремлений, но напротив, для упрочения поддержживания всеобщего мира и сохранения тех возвышенных принципов, которые способствуют прогрессу и обеспечивают благоденствие наций. Я поднимаю бокал за славу и процветание отважной французской армии!

    — Николай II
17. «

    Я во Франции видел лишь море, плавал на кораблях. А еще мой родной город Сен-Валери-ан-Ко, море за ним, город и порт. А позади вся Нормандия — кругом изумрудная зелень, не то, что эта облезлая, выжженная солнцем и Богом забытая Африка.

    Я во Франции видел лишь море, плавал на кораблях. А еще мой родной город Сен-Валери-ан-Ко, море за ним, город и порт. А позади вся Нормандия — кругом изумрудная зелень, не то, что эта облезлая, выжженная солнцем и Богом забытая Африка.

    — Колен Патюрель · фильм
18. «

    Есть города, где не устаешь быть наблюдателем. Париж из их числа.

    Есть города, где не устаешь быть наблюдателем. Париж из их числа.

    — Наринэ Абгарян · книга
19. «

    Вы очень... очень запутали наши отношения с Россией, дорогой Шетарди.

    Вы очень... очень запутали наши отношения с Россией, дорогой Шетарди.

    — кардинал де Флёри · фильм
20. «

    Правда это или нет, но факт остается фактом: французский дом строится вокруг столовой.

    Правда это или нет, но факт остается фактом: французский дом строится вокруг столовой.

    — Даниэла Постель-Виней · книга