189 цитат про «героизм», которые захочется сохранить

Собрали 189 цитат на тему «героизм» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Для героя второго плана, Может, слишком ты был хорош? Только шел не своей дорогой, И мечтал — что греха таить - Взгляд поднять и ещё немного Расстояние сократить.

   Для героя второго плана, Может, слишком ты был хорош? Только шел не своей дорогой, И мечтал — что греха таить - Взгляд поднять и ещё немного Расстояние сократить.
2. «

   — Чёрт! Что это было? Дом? Дом? — Меня задело. — Дом! Дом, это я, Уилли. Ты меня слышишь? Не отключайся. — Код 3-8, сержант. Разрешаете? — Да, Дом. Давай, Пеццуло. — Я умираю, Уилли. — Нет, что ты. Дом, да хватит! — Не забывайте: я правда пытался вас спасти. Ты славный парень, Уилли. — И ты тоже, Дом.

   — Чёрт! Что это было? Дом? Дом? — Меня задело. — Дом! Дом, это я, Уилли. Ты меня слышишь? Не отключайся. — Код 3-8, сержант. Разрешаете? — Да, Дом. Давай, Пеццуло. — Я умираю, Уилли. — Нет, что ты. Дом, да хватит! — Не забывайте: я правда пытался вас спасти. Ты славный парень, Уилли. — И ты тоже, Дом.

   — Уилл Химено · фильм
3. «

   Это была череда ошибок, которая стоила им жизни, но ребята вели себя, как герои.

   Это была череда ошибок, которая стоила им жизни, но ребята вели себя, как герои.

   — Олег Костин · сериал
4. «

   Бой идёт святой и правый, Смертный бой не ради славы - Ради жизни на земле.

   Бой идёт святой и правый, Смертный бой не ради славы - Ради жизни на земле.

   — Александр Трифонович Твардовский · книга
5. «

   Героизм — это род смерти, а не образ жизни.

   Героизм — это род смерти, а не образ жизни.

   — Габриэль Лауб
6. «

   Истина сражения такова: убить человека просто так — преступление, но чем больше убьешь на поле боя, тем скорее прослывешь героем.

   Истина сражения такова: убить человека просто так — преступление, но чем больше убьешь на поле боя, тем скорее прослывешь героем.

   — Лукиано Брадли · аниме
7. «

   Я вижу прекрасный город и чудесный народ, поднявшийся из бездны. Я вижу жизни тех, за кого отдаю свою жизнь: мирные, деятельные, процветающие и счастливые. Я вижу, что оставил след в их сердцах, а так же в сердцах всех их потомков на много поколений вперед. То, что я делаю сегодня, гораздо лучше всего, что я когда-либо делал. И тот покой, что я обрету, не сравнится ни с чем, что мне довелось знать.

   Я вижу прекрасный город и чудесный народ, поднявшийся из бездны. Я вижу жизни тех, за кого отдаю свою жизнь: мирные, деятельные, процветающие и счастливые. Я вижу, что оставил след в их сердцах, а так же в сердцах всех их потомков на много поколений вперед. То, что я делаю сегодня, гораздо лучше всего, что я когда-либо делал. И тот покой, что я обрету, не сравнится ни с чем, что мне довелось знать.

   — комиссар Джим Гордон · фильм
8. «

   Война и самыми страшными днями нас испытывала, но и самый радостный день подарила — День Победы. Народный день. Народ не только знаменитыми героями силён, но и героями неучтёнными. Конечно, будет день такой, когда к Большому театру уже ни один ветеран не придёт, и звон медалей наших, как звон бубенцов на тройках в прошлом, исчезнет. Но смерть нас отменить может, а праздника этого не отменит. Он выстраданный, а не придуманный. И Россию никто отменить не сможет. Она тоже не придумана, а выстрадана...

   Война и самыми страшными днями нас испытывала, но и самый радостный день подарила — День Победы. Народный день. Народ не только знаменитыми героями силён, но и героями неучтёнными. Конечно, будет день такой, когда к Большому театру уже ни один ветеран не придёт, и звон медалей наших, как звон бубенцов на тройках в прошлом, исчезнет. Но смерть нас отменить может, а праздника этого не отменит. Он выстраданный, а не придуманный. И Россию никто отменить не сможет. Она тоже не придумана, а выстрадана...

   — Евгений Евтушенко · книга
9. «

   Нам внушили, с детства заложили в генах любовь к человеку с ружьём. Мы выросли словно бы на войне, даже те, кто родился через несколько десятилетий после неё. И наше зрение устроено так, что до сих пор, даже после преступлений революционных чрезвычаек, сталинских заградотрядов и лагерей, после недавнего Вильнюса, Баку, Тбилиси, после Кабула и Кандагара, человека с ружьём мы представляем солдатом 45-го, солдатом Победы. Так много написано книг о войне, так много изготовлено человеческими же руками и умом оружия, что мысль об убийстве стала нормальной. Лучшие умы с детской настойчивостью задумываются над тем, имеет ли право человек убивать животных, а мы, мало сомневаясь или наскоро соорудив политический идеал, способны оправдать войну.

   Нам внушили, с детства заложили в генах любовь к человеку с ружьём. Мы выросли словно бы на войне, даже те, кто родился через несколько десятилетий после неё. И наше зрение устроено так, что до сих пор, даже после преступлений революционных чрезвычаек, сталинских заградотрядов и лагерей, после недавнего Вильнюса, Баку, Тбилиси, после Кабула и Кандагара, человека с ружьём мы представляем солдатом 45-го, солдатом Победы. Так много написано книг о войне, так много изготовлено человеческими же руками и умом оружия, что мысль об убийстве стала нормальной. Лучшие умы с детской настойчивостью задумываются над тем, имеет ли право человек убивать животных, а мы, мало сомневаясь или наскоро соорудив политический идеал, способны оправдать войну.

   — Светлана Алексиевич · книга
10. «

    Идти на смерть и быть героем — не одно и то же.

    Идти на смерть и быть героем — не одно и то же.

    — Эдвард Ньюгейт (Белоус) · аниме
11. «

    Наши павшие герои не уходят, они вплетаются в наши души, становятся нашей верой, становятся теми, перед кем мы несём ответственность за каждый наш шаг. Теми, на примере кого мы воспитываем наших детей.

    Наши павшие герои не уходят, они вплетаются в наши души, становятся нашей верой, становятся теми, перед кем мы несём ответственность за каждый наш шаг. Теми, на примере кого мы воспитываем наших детей.

    — Евгений Рассказов (Топаз)
12. «

    Безумцы и герои — два разряда глупцов, очень похожих друг на друга.

    Безумцы и герои — два разряда глупцов, очень похожих друг на друга.

    — Александр Дюма · книга
13. «

    Извинений недостаточно, Хоуп. Моя сестра явно умирает, и мы не для того спустя десять лет подружились с тобой, чтобы ты перестала проявлять свой раздражающий идеальный героизм Хоуп Майклсон, когда он нужен нам больше всего.

    Извинений недостаточно, Хоуп. Моя сестра явно умирает, и мы не для того спустя десять лет подружились с тобой, чтобы ты перестала проявлять свой раздражающий идеальный героизм Хоуп Майклсон, когда он нужен нам больше всего.

    — Элизабет Зальцман · сериал
14. «

    Поклонение героям должно выразиться в том, что сами мы будем героически настроены.

    Поклонение героям должно выразиться в том, что сами мы будем героически настроены.

    — Томас Карлейль
15. «

    Героизм был в отречении от себя во имя веры и правды. В какую правду верили его (Рощина) однополчане? В какую правду верил он сам? В великую трагическую историю России? Но это была истина, а не правда. Правда — в движении, в жизни, — не в перелистанных страницах пыльного фолианта, а в том, что течет в грядущее.

    Героизм был в отречении от себя во имя веры и правды. В какую правду верили его (Рощина) однополчане? В какую правду верил он сам? В великую трагическую историю России? Но это была истина, а не правда. Правда — в движении, в жизни, — не в перелистанных страницах пыльного фолианта, а в том, что течет в грядущее.

    — Алексей Толстой · книга
16. «

    Двадцать четыре года дисциплины и труда во имя победы создали вечную славу, имя которой Красная Армия. Каждый, кто любит свободу, находится в таком долгу у Красной Армии, который он никогда не сможет оплатить... Всякий, кто будет участвовать в разгроме Гитлера, должен считать Красную Армию героическим образцом, которому необходимо подражать.

    Двадцать четыре года дисциплины и труда во имя победы создали вечную славу, имя которой Красная Армия. Каждый, кто любит свободу, находится в таком долгу у Красной Армии, который он никогда не сможет оплатить... Всякий, кто будет участвовать в разгроме Гитлера, должен считать Красную Армию героическим образцом, которому необходимо подражать.

    — Эрнест Хемингуэй
17. «

    Глядя на тебя, кажется, что поступать правильно так легко, что даже и не догадываешься, насколько это тяжело. Но это тяжело. Ты жертвуешь многим ради всех остальных.

    Глядя на тебя, кажется, что поступать правильно так легко, что даже и не догадываешься, насколько это тяжело. Но это тяжело. Ты жертвуешь многим ради всех остальных.

    — Майк Мэттьюз / Мон-Эл · сериал
18. «

    В основе добродетельных поступков и готовности жертвовать своими интересами и самим собою лежат потребность благородной души, великодушие сердца и, в какой то степени, эгоизм сильной натуры.

    В основе добродетельных поступков и готовности жертвовать своими интересами и самим собою лежат потребность благородной души, великодушие сердца и, в какой то степени, эгоизм сильной натуры.

    — Николя де Шамфор
19. «

    Рейнардо никогда не строил планов, которые требуют постоянного внимания. Он герой. Он не размышляет, а полагается на чутьё и надеется, что всё получится.

    Рейнардо никогда не строил планов, которые требуют постоянного внимания. Он герой. Он не размышляет, а полагается на чутьё и надеется, что всё получится.

    — Рассказчик · игра
20. «

    Легко давать клятву, даже кое-кому нетрудно её нару­шить, а вот пронести через всю жизнь верность идеалам и умереть преданным им?! Откуда же они берутся — героизм и трусость? Неожи­данные, непредсказуемые два далеких полюса. Человек не рождается героем или трусом. Как поведёт он себя, попав в сложное сплетение обстоятельств, не предскажет ни один ученый.

    Легко давать клятву, даже кое-кому нетрудно её нару­шить, а вот пронести через всю жизнь верность идеалам и умереть преданным им?! Откуда же они берутся — героизм и трусость? Неожи­данные, непредсказуемые два далеких полюса. Человек не рождается героем или трусом. Как поведёт он себя, попав в сложное сплетение обстоятельств, не предскажет ни один ученый.

    — Ибрагим Абдуллин · книга