196 фраз про «голод» с глубоким смыслом

Собрали 196 цитат на тему «голод» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   И те, что кричат, Ангерран, так и не узнают, никогда не узнают, что не в моей власти дать им то, чего они требуют, что зависит это от времени. Победы мои они забудут, а будут помнить налоги, которыми я их облагал, и меня же обвинят в том, что я в своё царствование не накормил их.

   И те, что кричат, Ангерран, так и не узнают, никогда не узнают, что не в моей власти дать им то, чего они требуют, что зависит это от времени. Победы мои они забудут, а будут помнить налоги, которыми я их облагал, и меня же обвинят в том, что я в своё царствование не накормил их.

   — Морис Дрюон · книга
2. «

   Мы уже все собрались и хотели голодовку объявить, а потом мы думаем — чего нам объявлять, мы и так голодаем.

   Мы уже все собрались и хотели голодовку объявить, а потом мы думаем — чего нам объявлять, мы и так голодаем.

   — Бодаенко
3. «

   Один голод, одна вера — все другие опорочены Одна любовь — а остальным по одиночеству.

   Один голод, одна вера — все другие опорочены Одна любовь — а остальным по одиночеству.
4. «

   В кокосах часто находят скелеты мышей. Тощим и голодным легко проникнуть в орех, но куда трудней оттуда выбраться, став жирными и умиротворёнными.

   В кокосах часто находят скелеты мышей. Тощим и голодным легко проникнуть в орех, но куда трудней оттуда выбраться, став жирными и умиротворёнными.

   — Виктор Корчной
5. «

   — Вы знаете, шёл к вам, нёс целый пакет разных сладостей: конфеты, печенья, торты, вафли... Но на входе на меня напали и всё отобрали. — Хто ж це на вас напав? — Голод.

   — Вы знаете, шёл к вам, нёс целый пакет разных сладостей: конфеты, печенья, торты, вафли... Но на входе на меня напали и всё отобрали. — Хто ж це на вас напав? — Голод.

   — Тимошенко
6. «

   Я не ем вторые сутки и не пью даже воды. Не потому, что больше нет денег, — голод — это мой точильный камень, а ненависть — лезвие, которое я точу. Мне нужно это лезвие, чтобы вырезать жирный крест на этой дурацкой истории, но оно ржавеет прямо у меня в руках. Я просто слабая слабая слабая женщина, слабая и смешная. Он спит, а я плачу в свой чай с печеньем, и жизнь продолжается, я потеряна для всех чистеньких мальчиков в золотых цепочках и без.

   Я не ем вторые сутки и не пью даже воды. Не потому, что больше нет денег, — голод — это мой точильный камень, а ненависть — лезвие, которое я точу. Мне нужно это лезвие, чтобы вырезать жирный крест на этой дурацкой истории, но оно ржавеет прямо у меня в руках. Я просто слабая слабая слабая женщина, слабая и смешная. Он спит, а я плачу в свой чай с печеньем, и жизнь продолжается, я потеряна для всех чистеньких мальчиков в золотых цепочках и без.

   — Анна Ривелотэ · книга
7. «

   К черту манеры, я жрать хочу!

   К черту манеры, я жрать хочу!

   — Кехей · аниме
8. «

   В годы Великой Отечественной войны был приказ Сталина — за воровство, за мародерство сажать в тюрьму. Моя мама в это время работала в пирожковом цехе — пекла пирожки в большом котле, которые потом продавали на улицах. Чтобы прокормить нашу большую семью — 13 человек женщин и детей (все мужчины были на фронте), мама один пирожок не вынимала из котла и после работы, спрятав его в фартук, несла домой. И там на этом пропеченном маслом одном пирожке варили суп... Однажды кто-то донес на маму, ее посадили в тюрьму. Я никогда не писал и не пишу никаких просьб, а за маму написал Сталину. Откуда у меня нашлись слова — не знаю, ведь в это время уже погибли мои два старших брата, отец еще воевал. Сам я был тяжело ранен и списан с фронта, а кому-то надо было кормить моих двоюродных братьев, сестер и старых тетушек. Это все я написал. И через неделю неожиданно приходит домой мама. Ей так и сказали: «Вас освобождаем по письму сына».

   В годы Великой Отечественной войны был приказ Сталина — за воровство, за мародерство сажать в тюрьму. Моя мама в это время работала в пирожковом цехе — пекла пирожки в большом котле, которые потом продавали на улицах. Чтобы прокормить нашу большую семью — 13 человек женщин и детей (все мужчины были на фронте), мама один пирожок не вынимала из котла и после работы, спрятав его в фартук, несла домой. И там на этом пропеченном маслом одном пирожке варили суп... Однажды кто-то донес на маму, ее посадили в тюрьму. Я никогда не писал и не пишу никаких просьб, а за маму написал Сталину. Откуда у меня нашлись слова — не знаю, ведь в это время уже погибли мои два старших брата, отец еще воевал. Сам я был тяжело ранен и списан с фронта, а кому-то надо было кормить моих двоюродных братьев, сестер и старых тетушек. Это все я написал. И через неделю неожиданно приходит домой мама. Ей так и сказали: «Вас освобождаем по письму сына».

   — Михаил Пуговкин
9. «

   Бог мне свидетель, бог свидетель, я не дам янки меня сломить. Я пройду через все, а когда это кончится, я никогда, никогда больше не буду голодать. Ни я, ни мои близкие. Бог мне свидетель, я скорее украду или убью, но не буду голодать.

   Бог мне свидетель, бог свидетель, я не дам янки меня сломить. Я пройду через все, а когда это кончится, я никогда, никогда больше не буду голодать. Ни я, ни мои близкие. Бог мне свидетель, я скорее украду или убью, но не буду голодать.

   — Маргарет Митчелл · книга
10. «

    Пустой желудок — удобный плацдарм для дьявола.

    Пустой желудок — удобный плацдарм для дьявола.

    — Сестра милосердия (Sister of Mercy) · сериал
11. «

    Голод — великий революционер.

    Голод — великий революционер.

    — Герберт Уэллс · книга
12. «

    Лень — это мать. У неё сын — воровство и дочь — голод.

    Лень — это мать. У неё сын — воровство и дочь — голод.

    — Виктор Гюго · книга
13. «

    Любовь странная штука: питается голодом и умирает от пищи.

    Любовь странная штука: питается голодом и умирает от пищи.

    — Марина Цветаева
14. «

    Белые в клетках — сытые взгляды, Братья по крови, но не по духу. Спят и едят, отупели и рады, Жирные туши с испорченным нюхом. Я принимаю изменчивость мира: Главное — выжить, мне не до жира.

    Белые в клетках — сытые взгляды, Братья по крови, но не по духу. Спят и едят, отупели и рады, Жирные туши с испорченным нюхом. Я принимаю изменчивость мира: Главное — выжить, мне не до жира.
15. «

    Голод не только в желудке, а как бы в голове, в мозгу. Желудок-то давно к голодухе притерпелся и, похоже, ни на какие другие ощущения, кроме тупой и равномерной голодной боли, давно не способен. А вот голод в мозгу – он куда страшней. Он пробуждает галлюцинации и вообще неутолим. Он прогрызается даже в сны.

    Голод не только в желудке, а как бы в голове, в мозгу. Желудок-то давно к голодухе притерпелся и, похоже, ни на какие другие ощущения, кроме тупой и равномерной голодной боли, давно не способен. А вот голод в мозгу – он куда страшней. Он пробуждает галлюцинации и вообще неутолим. Он прогрызается даже в сны.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
16. «

    Вкусным теперь было решительно всё, что съедобно, и жевать привыкли всё, что жуётся.

    Вкусным теперь было решительно всё, что съедобно, и жевать привыкли всё, что жуётся.

    — Елизавета Дворецкая · книга
17. «

    У голодного желудка ушей не бывает.

    У голодного желудка ушей не бывает.

    — Франсуа Рабле · книга
18. «

    Какое время является самым подходящим для принятия пищи? — спросили Сократа. — Тот, у кого она имеется, пусть ест, когда испытывает голод; тот же, кто не имеет пищи, пусть ест, когда раздобудет ее, — ответил философ.

    Какое время является самым подходящим для принятия пищи? — спросили Сократа. — Тот, у кого она имеется, пусть ест, когда испытывает голод; тот же, кто не имеет пищи, пусть ест, когда раздобудет ее, — ответил философ.

    — Абу-ль-Фарадж ибн Гарун (Григорий Бар-Эбрей) · книга
19. «

    «Оставайтесь голодными. Оставайтесь безрассудными». И я всегда желал себе этого. И теперь, когда вы заканчиваете институт и начинаете заново, я желаю этого вам.

    «Оставайтесь голодными. Оставайтесь безрассудными». И я всегда желал себе этого. И теперь, когда вы заканчиваете институт и начинаете заново, я желаю этого вам.

    — Стив Джобс
20. «

    Пока я голодал, я научился гораздо лучше понимать Сезанна и по-настоящему постиг, как он создавал свои пейзажи. Я часто спрашивал себя, не голодал ли и он, когда работал. Но решил, что он, наверно, просто забывал поесть. Такие не слишком здравые мысли-открытия приходят в голову от бессонницы или недоедания. Позднее я решил, что Сезанн все-таки испытывал голод, но другой.

    Пока я голодал, я научился гораздо лучше понимать Сезанна и по-настоящему постиг, как он создавал свои пейзажи. Я часто спрашивал себя, не голодал ли и он, когда работал. Но решил, что он, наверно, просто забывал поесть. Такие не слишком здравые мысли-открытия приходят в голову от бессонницы или недоедания. Позднее я решил, что Сезанн все-таки испытывал голод, но другой.

    — Эрнест Хемингуэй · книга