216 цитат про «горе» — большая подборка

216 цитат про «горе»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Ничто так не утешает в горести, как добрая песня.

   Ничто так не утешает в горести, как добрая песня.

   — Лизетта · игра
2. «

   Quando viena la sera E il recordo pian piano scompare La tristezza nel cuore Apre un vuoto piu grande del mare Piu grande del mare

   Quando viena la sera E il recordo pian piano scompare La tristezza nel cuore Apre un vuoto piu grande del mare Piu grande del mare
3. «

   — Твое горе затмевает тебе разум, сын. — Мое горе проясняет мне взор!

   — Твое горе затмевает тебе разум, сын. — Мое горе проясняет мне взор!

   — Белоснежка и охотник (Snow White and the Huntsman) · фильм
4. «

   Усталость и горе так меня придавили, что я забыла думать о своём достоинстве.

   Усталость и горе так меня придавили, что я забыла думать о своём достоинстве.

   — Эмили Бронте · книга
5. «

   Искусство рождается только от горя. И никогда — от радости.

   Искусство рождается только от горя. И никогда — от радости.

   — Чак Паланик · книга
6. «

   Не радуйтесь никогда чужому горю: оно с радостью может откликнуться на вашу радость.

   Не радуйтесь никогда чужому горю: оно с радостью может откликнуться на вашу радость.

   — Леонид Семенович Сухоруков
7. «

   Найди в себе мужество снести горе, раз хватило смелости наслаждаться любовью.

   Найди в себе мужество снести горе, раз хватило смелости наслаждаться любовью.

   — Фернандо де Рохас · книга
8. «

   Горе — это когда у тебя ничего не осталось. Тебя как будто хоронят, ты словно тонешь в мутной желто-коричневой воде. С каждым вдохом в горло заливается грязная жижа. Здесь не за что ухватиться, нет шансов вырваться на поверхность. Нет смысла бороться. Надо оставить все так, как есть. Ты чувствуешь давление со всех сторон, твои легкие сжимаются. Ты не сопротивляешься и уходишь глубже и глубже. Нет ничего, только дно. Только привкус железа, эхо прошлого и дни, которые кажутся сплошной ночью.

   Горе — это когда у тебя ничего не осталось. Тебя как будто хоронят, ты словно тонешь в мутной желто-коричневой воде. С каждым вдохом в горло заливается грязная жижа. Здесь не за что ухватиться, нет шансов вырваться на поверхность. Нет смысла бороться. Надо оставить все так, как есть. Ты чувствуешь давление со всех сторон, твои легкие сжимаются. Ты не сопротивляешься и уходишь глубже и глубже. Нет ничего, только дно. Только привкус железа, эхо прошлого и дни, которые кажутся сплошной ночью.

   — Лорен Оливер · книга
9. «

   Горе нельзя разделить. Каждый несет его в одиночку.

   Горе нельзя разделить. Каждый несет его в одиночку.

   — Анна Морроу Линдберг
10. «

    Блеснула боль в твоем прощальном взоре, Покрылись сумраком любимые черты. Никто не дал мне столько горя И столько радости, как ты.

    Блеснула боль в твоем прощальном взоре, Покрылись сумраком любимые черты. Никто не дал мне столько горя И столько радости, как ты.

    — Рюрик Ивнев
11. «

    На горе неприятно смотреть.

    На горе неприятно смотреть.

    — Колин Маккалоу · книга
12. «

    Порой необходимо выпустить горе наружу. Иначе оно заполнит тебя изнутри.

    Порой необходимо выпустить горе наружу. Иначе оно заполнит тебя изнутри.

    — Кира Касс · книга
13. «

    Не все улыбки выражают радость, так же как не все слёзы выражают горе.

    Не все улыбки выражают радость, так же как не все слёзы выражают горе.

    — Анатоль Франс
14. «

    Всё в мире проходит — боль, горе, любовь, стыд, — и это, в сущности, чрезвычайно мудрый закон.

    Всё в мире проходит — боль, горе, любовь, стыд, — и это, в сущности, чрезвычайно мудрый закон.

    — Александр Куприн · книга
15. «

    Разделённая радость — двойная радость, разделённое горе — полгоря.

    Разделённая радость — двойная радость, разделённое горе — полгоря.

    — Немецкие пословицы и поговорки
16. «

    Горе насилует разум.

    Горе насилует разум.

    — Стивен Эриксон · книга
17. «

    Прекрасна и священна надежда в ребёнке, никогда не знавшем ничего, кроме горя.

    Прекрасна и священна надежда в ребёнке, никогда не знавшем ничего, кроме горя.

    — Виктор Гюго · книга
18. «

    Нет время предаваться печали. В мире слишком много горя, Штайнер.

    Нет время предаваться печали. В мире слишком много горя, Штайнер.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
19. «

    Пришел Федот домой, сопли — бахромой! Сел перед лучиной в обнимку с кручиной. Жена-красавица на шею бросается, а он к жене и не прикасается! Сидит, плачет — горюет, значит!..

    Пришел Федот домой, сопли — бахромой! Сел перед лучиной в обнимку с кручиной. Жена-красавица на шею бросается, а он к жене и не прикасается! Сидит, плачет — горюет, значит!..

    — Леонид Филатов · книга
20. «

    Его подтачивал один из тех недугов, для которых медицина не нашла еще имени, они не имеют постоянного очага и гнездятся в нервной системе, являющейся, по-видимому, самым уязвимым местом нашего организма; эту болезнь можно бы назвать «сплином несчастия». Как бы серьезен ни был этот невидимый, но тем не менее реально существующий недуг, при счастливом стечении обстоятельств излечиться от него возможно. Но достаточно какого-нибудь непредвиденного препятствия, какой-нибудь новой неожиданности, чтобы сломить ослабевшие пружины, породить нерешительность в действиях, необъяснимые, непоследовательные поступки, нередко наблюдаемые физиологами у людей, раздавленных горем, — и самый могучий организм окажется потрясенным до основания.

    Его подтачивал один из тех недугов, для которых медицина не нашла еще имени, они не имеют постоянного очага и гнездятся в нервной системе, являющейся, по-видимому, самым уязвимым местом нашего организма; эту болезнь можно бы назвать «сплином несчастия». Как бы серьезен ни был этот невидимый, но тем не менее реально существующий недуг, при счастливом стечении обстоятельств излечиться от него возможно. Но достаточно какого-нибудь непредвиденного препятствия, какой-нибудь новой неожиданности, чтобы сломить ослабевшие пружины, породить нерешительность в действиях, необъяснимые, непоследовательные поступки, нередко наблюдаемые физиологами у людей, раздавленных горем, — и самый могучий организм окажется потрясенным до основания.

    — Оноре де Бальзак · книга