448 фраз, которые всё говорят о «город»

448 цитат про «город»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Всё моё поколение — одиночки, мы глухи друг к другу, словно птица нырок; занятые своим делом, ничего не слышим вокруг; укрывшись в спокойных браках, грезим о той единственной, присужденные к одинокой тарелке и обеду в безмолвии; мы видели города, а не людей в них.

   Всё моё поколение — одиночки, мы глухи друг к другу, словно птица нырок; занятые своим делом, ничего не слышим вокруг; укрывшись в спокойных браках, грезим о той единственной, присужденные к одинокой тарелке и обеду в безмолвии; мы видели города, а не людей в них.

   — Милорад Павич · книга
2. «

   Бегите все на зов! На лов! На перекрестки улиц лунных! Весь город полон голосов Мужских — крикливых, женских — струнных.

   Бегите все на зов! На лов! На перекрестки улиц лунных! Весь город полон голосов Мужских — крикливых, женских — струнных.

   — Александр Александрович Блок
3. «

   Распростёртые вверх этажи В недоступно беззвучное небо, Как стремленье бескрылой души, В это небо глядящейся слепо.

   Распростёртые вверх этажи В недоступно беззвучное небо, Как стремленье бескрылой души, В это небо глядящейся слепо.

   — Аль Квотион
4. «

   Этот город был построен на нашей плоти, каждый кирпич, каждая балка, мы возьмем себе нашу часть этого.

   Этот город был построен на нашей плоти, каждый кирпич, каждая балка, мы возьмем себе нашу часть этого.

   — Маргарет Уэллс · сериал
5. «

   Дудь: Томск – молодой город, тут тебе бьют татухи, тут варят крафтовое пиво! Щербаков: Тут бьют татухи, тут ебaло – очень удобно, всё в пешей доступности.

   Дудь: Томск – молодой город, тут тебе бьют татухи, тут варят крафтовое пиво! Щербаков: Тут бьют татухи, тут ебaло – очень удобно, всё в пешей доступности.

   — Юрий Дудь
6. «

   ... Но я не хочу возвращаться. Меня тошнит от Нью-Йорка. Правильно отец сказал, что этот город рушит все! Ломает каждую клеточку человеческого существа, внедряет туда по капле нитроглицерина, а потом, когда его становится очень много, человек взрывается и теряет все. Я хочу остаться человеком, а не бомбой замедленного действия.

   ... Но я не хочу возвращаться. Меня тошнит от Нью-Йорка. Правильно отец сказал, что этот город рушит все! Ломает каждую клеточку человеческого существа, внедряет туда по капле нитроглицерина, а потом, когда его становится очень много, человек взрывается и теряет все. Я хочу остаться человеком, а не бомбой замедленного действия.

   — Макс Ривендейл
7. «

   Я утомлен неволей городов, А здесь, в глуши так ясны небеса, - Долой же гнет бессмысленных оков, - В цвету сирень и в зелени леса!..

   Я утомлен неволей городов, А здесь, в глуши так ясны небеса, - Долой же гнет бессмысленных оков, - В цвету сирень и в зелени леса!..

   — Семён Яковлевич Надсон
8. «

   Этот город кричит, словно юная леди в переулке без фонарей.

   Этот город кричит, словно юная леди в переулке без фонарей.
9. «

   Ах, я пьян? Но я самый трезвый человек в этом паршивом городишке!

   Ах, я пьян? Но я самый трезвый человек в этом паршивом городишке!

   — Визит дамы · фильм
10. «

    У людей есть склонность искать систему управления, какой-то центральный узел, к которому всё стекается и из которого всё исходит. Но в мире биологии и физики, и я думаю, что и в других областях, это работает не так. У Токио есть центральный мозг? У Интернета? А как насчёт муравейников и пчелиных ульев? И кто командует миллионами пешеходов на тротуаре Нью-Йорка?

    У людей есть склонность искать систему управления, какой-то центральный узел, к которому всё стекается и из которого всё исходит. Но в мире биологии и физики, и я думаю, что и в других областях, это работает не так. У Токио есть центральный мозг? У Интернета? А как насчёт муравейников и пчелиных ульев? И кто командует миллионами пешеходов на тротуаре Нью-Йорка?

    — Тошиюки Накагаки
11. «

    Город полон трагедий, способов не проснуться. Кто не сидел у друга на могиле, тот не русский.

    Город полон трагедий, способов не проснуться. Кто не сидел у друга на могиле, тот не русский.
12. «

    В городе шесть миллионов жителей! Человек закрывает за собой дверь лифта, и он уже потерялся навсегда.

    В городе шесть миллионов жителей! Человек закрывает за собой дверь лифта, и он уже потерялся навсегда.

    — Ирвин Шоу · книга
13. «

    Мы, люди, – дети солнца. Мы любим свет и жизнь. Вот почему мы скучиваемся в городах, а в деревнях год от году становится все малолюднее. Днем, при солнечном свете, когда нас окружает живая и деятельная природа, нам по душе зеленые луга и густые дубравы. Но во мраке ночи, когда засыпает наша мать-земля, а мы бодрствуем, – о, какой унылой представляется нам вселенная, и нам становится страшно, как детям в пустом доме. И тогда к горлу подступают рыдания, и мы тоскуем по освещенным фонарями улицам, по человеческим голосам, по напряженному биению пульса человеческой жизни. Мы кажемся себе такими слабыми и ничтожными перед лицом великого безмолвия, нарушаемого только шелестом листьев под порывами ночного ветра. Вокруг нас витают призраки, и от их подавленных вздохов нам грустно-грустно. Нет, уж лучше будем собираться вместе в больших городах, устраивать иллюминации с помощью миллионов газовых рожков, кричать и петь хором и считать себя героями.

    Мы, люди, – дети солнца. Мы любим свет и жизнь. Вот почему мы скучиваемся в городах, а в деревнях год от году становится все малолюднее. Днем, при солнечном свете, когда нас окружает живая и деятельная природа, нам по душе зеленые луга и густые дубравы. Но во мраке ночи, когда засыпает наша мать-земля, а мы бодрствуем, – о, какой унылой представляется нам вселенная, и нам становится страшно, как детям в пустом доме. И тогда к горлу подступают рыдания, и мы тоскуем по освещенным фонарями улицам, по человеческим голосам, по напряженному биению пульса человеческой жизни. Мы кажемся себе такими слабыми и ничтожными перед лицом великого безмолвия, нарушаемого только шелестом листьев под порывами ночного ветра. Вокруг нас витают призраки, и от их подавленных вздохов нам грустно-грустно. Нет, уж лучше будем собираться вместе в больших городах, устраивать иллюминации с помощью миллионов газовых рожков, кричать и петь хором и считать себя героями.

    — Джером Клапка Джером · книга
14. «

    Этот город, что так дорог Лезет холодом под ворот Здесь дожди идут по году, сквозь туман не видно звезд. Но зато здесь есть девчонки, Что подход имеют тонкий Здесь хандру и непогоду лечат грелкой в полный рост.

    Этот город, что так дорог Лезет холодом под ворот Здесь дожди идут по году, сквозь туман не видно звезд. Но зато здесь есть девчонки, Что подход имеют тонкий Здесь хандру и непогоду лечат грелкой в полный рост.
15. «

    Венеция, где нет никаких автомобилей, наслаждается блаженным отсутствием обычного наземного транспорта и метро, тут не услышишь сирен, тут звуковое пространство полностью отдано живому, немеханическому переплетению человеческих голосов, голубиного воркования и музыки, доносящейся из кафе под открытым небом, где скрипачи играют посетителям серенады. На слух Венеция не похожа ни на какой другой крупный город на свете.

    Венеция, где нет никаких автомобилей, наслаждается блаженным отсутствием обычного наземного транспорта и метро, тут не услышишь сирен, тут звуковое пространство полностью отдано живому, немеханическому переплетению человеческих голосов, голубиного воркования и музыки, доносящейся из кафе под открытым небом, где скрипачи играют посетителям серенады. На слух Венеция не похожа ни на какой другой крупный город на свете.

    — Дэн Браун · книга
16. «

    Когда этот город засыпает — я встаю.

    Когда этот город засыпает — я встаю.
17. «

    Вероятность развития шизофрении тем выше, чем больше город, в котором вы живете.

    Вероятность развития шизофрении тем выше, чем больше город, в котором вы живете.

    — Кристина Берндт · книга
18. «

    В былые времена, когда человек попадал в незнакомый город, он чувствовал себя одиноким и потерянным. Вокруг все было чужое: иные дома, иные улицы, иная жизнь. Зато теперь совсем другое дело. Человек попадает в незнакомый город, но чувствует себя в нем, как дома. До какой нелепости доходили наши предки. Они мучились над каждым архитектурным проектом. А теперь во всех городах возводят типовой кинотеатр «Ракета», где можно посмотреть типовой художественный фильм.

    В былые времена, когда человек попадал в незнакомый город, он чувствовал себя одиноким и потерянным. Вокруг все было чужое: иные дома, иные улицы, иная жизнь. Зато теперь совсем другое дело. Человек попадает в незнакомый город, но чувствует себя в нем, как дома. До какой нелепости доходили наши предки. Они мучились над каждым архитектурным проектом. А теперь во всех городах возводят типовой кинотеатр «Ракета», где можно посмотреть типовой художественный фильм.

    — Закадровый голос · фильм
19. «

    Подобно нервам в теле человека, подземный мир управляет жизнью мира внешнего. Наши действия проистекают и зависят от веществ и сигналов, исходящих из-под земли: вибрации, наводнения, звуки, свет, вода в кране — все влияет на нашу жизнь. То, что под нами, — это тень, двойник города.

    Подобно нервам в теле человека, подземный мир управляет жизнью мира внешнего. Наши действия проистекают и зависят от веществ и сигналов, исходящих из-под земли: вибрации, наводнения, звуки, свет, вода в кране — все влияет на нашу жизнь. То, что под нами, — это тень, двойник города.

    — Питер Акройд · книга
20. «

    Вечер сулит мне печаль, бьется тоска о причал, Веки мой город сомкнул, слушая звезд тишину. Мысли уходят ввысь, солнце спешит за край. Только молю — дождись, только молю — узнай!

    Вечер сулит мне печаль, бьется тоска о причал, Веки мой город сомкнул, слушая звезд тишину. Мысли уходят ввысь, солнце спешит за край. Только молю — дождись, только молю — узнай!