458 фраз про «город» с глубоким смыслом

458 цитат про «город»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Я выбираю город. Город выбирает меня. Я выбираю свой образ жизни, имя и паспортный стол... Я выбираю небо. Небо выбирает меня. Я выбираю неон и воздух, зимний московский двор.

   Я выбираю город. Город выбирает меня. Я выбираю свой образ жизни, имя и паспортный стол... Я выбираю небо. Небо выбирает меня. Я выбираю неон и воздух, зимний московский двор.
2. «

   Венеция — все равно что коробка шоколадных конфет с ликером, съеденная за один присест.

   Венеция — все равно что коробка шоколадных конфет с ликером, съеденная за один присест.

   — Трумен Капоте
3. «

   В краю бетона и стекла за стенами высокими, Где на луну в унисон воют системные блоки...

   В краю бетона и стекла за стенами высокими, Где на луну в унисон воют системные блоки...
4. «

   Оказывается, есть и такое наслажденье — брести по пустым улицам наугад, не зная пути. Чужой, непонятный город. Чужая, непонятная жизнь. Зато настоящая. Самая что ни на есть.

   Оказывается, есть и такое наслажденье — брести по пустым улицам наугад, не зная пути. Чужой, непонятный город. Чужая, непонятная жизнь. Зато настоящая. Самая что ни на есть.

   — Борис Акунин · книга
5. «

   — Слыхали? Какого-то парня зарезали из-за девчонки. — Вот такой нож! Прямо в сердце и печень задета. — Что задето? — Все задето! — А крови натекло... В туалете весь пол залит! — Две «скорых» приехало — а толку что? — Не жилец! — Да он в поезд сел. — Кто? Убитый? — Ага. А чемодан его девчонка сзади тащила. — Так значит живой? — Конечно! — Вот город! Придешь вечером домой — и рассказать нечего...

   — Слыхали? Какого-то парня зарезали из-за девчонки. — Вот такой нож! Прямо в сердце и печень задета. — Что задето? — Все задето! — А крови натекло... В туалете весь пол залит! — Две «скорых» приехало — а толку что? — Не жилец! — Да он в поезд сел. — Кто? Убитый? — Ага. А чемодан его девчонка сзади тащила. — Так значит живой? — Конечно! — Вот город! Придешь вечером домой — и рассказать нечего...

   — Хор
6. «

   Мёдом и медью клёны льют В окна троллейбуса. Ветер свистит мелодию «Лестницы в небеса».

   Мёдом и медью клёны льют В окна троллейбуса. Ветер свистит мелодию «Лестницы в небеса».
7. «

   Он отдал этому городу большую часть своей сорокасемилетней жизни, а город, в ответ, отдал часть себя...

   Он отдал этому городу большую часть своей сорокасемилетней жизни, а город, в ответ, отдал часть себя...

   — Марк Вэндемс · книга
8. «

   Город полон трагедий, способов не проснуться. Кто не сидел у друга на могиле, тот не русский.

   Город полон трагедий, способов не проснуться. Кто не сидел у друга на могиле, тот не русский.
9. «

   — Нам удавалось договориться даже с петлюровцами, а с этим новым губернатором Алмазовым — не фартит! — Имеем первый случай, когда залетный поднялся в Одессе. — Погоди, Миша, а как же Дюк де Ришелье? Он таки сделал из Одессы Одессу. — Ой, не ровняйте мне интеллигентного француза с сибирским валенком. Что у него есть ценного, Сёма? — Губернатор имеет в Одессе «Россию». Ну так называется одна газета. — Ой, не смешите вы мне мои брови. В Одессе газетка давно ценна только для рыбку завернуть.

   — Нам удавалось договориться даже с петлюровцами, а с этим новым губернатором Алмазовым — не фартит! — Имеем первый случай, когда залетный поднялся в Одессе. — Погоди, Миша, а как же Дюк де Ришелье? Он таки сделал из Одессы Одессу. — Ой, не ровняйте мне интеллигентного француза с сибирским валенком. Что у него есть ценного, Сёма? — Губернатор имеет в Одессе «Россию». Ну так называется одна газета. — Ой, не смешите вы мне мои брови. В Одессе газетка давно ценна только для рыбку завернуть.

   — Семен Городецкий · сериал
10. «

    В детстве мне переулки больше нравились, чем улицы. И в них до сих пор еще что-то осталось для меня от их прежнего очарования. В них мне было интереснее играть, в таких красивых и уютных. И деревья, и кусты, и ограды склонялись к тебе и иногда касались тебя, словно у них были руки и им нравилось ощупывать твое лицо и выяснять, бывал ли ты здесь прежде. И они узнавали тебя. Было такое чувство, будто некая общая тайна связывает тебя с переулками и с теми предметами, что там находились. А вот улицы... что ж, улицы всегда были одними и теми же, на них всегда приходилось быть начеку, чтобы тебя не переехали машины, а в окнах домов вечно торчали чьи-то лица и смотрели глаза, суя свои носы не в свое дело — если можно так выразиться, что у глаз бывали носы.

    В детстве мне переулки больше нравились, чем улицы. И в них до сих пор еще что-то осталось для меня от их прежнего очарования. В них мне было интереснее играть, в таких красивых и уютных. И деревья, и кусты, и ограды склонялись к тебе и иногда касались тебя, словно у них были руки и им нравилось ощупывать твое лицо и выяснять, бывал ли ты здесь прежде. И они узнавали тебя. Было такое чувство, будто некая общая тайна связывает тебя с переулками и с теми предметами, что там находились. А вот улицы... что ж, улицы всегда были одними и теми же, на них всегда приходилось быть начеку, чтобы тебя не переехали машины, а в окнах домов вечно торчали чьи-то лица и смотрели глаза, суя свои носы не в свое дело — если можно так выразиться, что у глаз бывали носы.

    — Филип Фармер · книга
11. «

    Ты — сила этого города. Твой город, твоя сила.

    Ты — сила этого города. Твой город, твоя сила.
12. «

    Этот город скрывал тайны, разгадать которые могли только самые отважные и отчаянные души.

    Этот город скрывал тайны, разгадать которые могли только самые отважные и отчаянные души.
13. «

    Снег имеет свойство скрывать всю грязь города, и даже самые унылые кварталы, укрытые снегом, обретают подобие красоты.

    Снег имеет свойство скрывать всю грязь города, и даже самые унылые кварталы, укрытые снегом, обретают подобие красоты.

    — Марк Леви · книга
14. «

    — Почему обязательно в карты? Мало интересных игр? В бой, в кораблики. Да вот хорошая игра, в города. Знаешь, я говорю «Москва», а ты на последнюю букву на «а» — Астрахань. А ты, значит, на «н» — Новгород, понимаешь, да? А теперь ты, Федя. — А чё я? — Ну, говори на «д». — Воркута. — Почему Воркута? — А я там сидел. — Ну хорошо. А ты, значит на «а». — Джамбул. — А причём тут Джамбул? — Потому что там тепло, там мой дом, там моя мама.

    — Почему обязательно в карты? Мало интересных игр? В бой, в кораблики. Да вот хорошая игра, в города. Знаешь, я говорю «Москва», а ты на последнюю букву на «а» — Астрахань. А ты, значит, на «н» — Новгород, понимаешь, да? А теперь ты, Федя. — А чё я? — Ну, говори на «д». — Воркута. — Почему Воркута? — А я там сидел. — Ну хорошо. А ты, значит на «а». — Джамбул. — А причём тут Джамбул? — Потому что там тепло, там мой дом, там моя мама.

    — Евгений Иванович Трошкин · фильм
15. «

    ... в мёртвых городах почему-то хочется говорить шёпотом, хочется смотреть на закат.

    ... в мёртвых городах почему-то хочется говорить шёпотом, хочется смотреть на закат.

    — Рэй Брэдбери · книга
16. «

    Гордость — удел всех городов, Каждый город безмерно горд: Здесь — гора и зелень садов, Там — судами забитый порт.

    Гордость — удел всех городов, Каждый город безмерно горд: Здесь — гора и зелень садов, Там — судами забитый порт.

    — Джозеф Редьярд Киплинг
17. «

    — Вы знаете, как называют Баку в мире? — Нет. — Город шпионов. Последний Клондайк на земле.

    — Вы знаете, как называют Баку в мире? — Нет. — Город шпионов. Последний Клондайк на земле.

    — Чингиз Абдуллаев · книга
18. «

    Была поздняя осень, и в холодном воздухе чувствовались печаль и сожаление, характерные для всякого отъезда. Я никогда не мог привыкнуть к этому чувству; всякий отъезд был для меня началом нового существования. Нового существования — и, следовательно, необходимости опять жить ощупью и искать среди новых людей и вещей, окружавших меня, такую более или менее близкую мне среду, где я мог бы обрести прежнее моё спокойствие, нужное для того, чтобы дать простор тем внутренним колебаниям и потрясениям, которые одни сильно занимали меня. Затем мне было ещё жаль покидать города, в которых я жил, и людей, с которыми я встречался, — потому что эти города и люди не повторятся в моей жизни; их реальная, простая неподвижность и определённость раз навсегда созданных картин так была не похожа на иные страны, города и людей, живших в моём воображении и мною вызываемых к существованию и движению.

    Была поздняя осень, и в холодном воздухе чувствовались печаль и сожаление, характерные для всякого отъезда. Я никогда не мог привыкнуть к этому чувству; всякий отъезд был для меня началом нового существования. Нового существования — и, следовательно, необходимости опять жить ощупью и искать среди новых людей и вещей, окружавших меня, такую более или менее близкую мне среду, где я мог бы обрести прежнее моё спокойствие, нужное для того, чтобы дать простор тем внутренним колебаниям и потрясениям, которые одни сильно занимали меня. Затем мне было ещё жаль покидать города, в которых я жил, и людей, с которыми я встречался, — потому что эти города и люди не повторятся в моей жизни; их реальная, простая неподвижность и определённость раз навсегда созданных картин так была не похожа на иные страны, города и людей, живших в моём воображении и мною вызываемых к существованию и движению.

    — Гайто Газданов · книга
19. «

    Вечер сулит мне печаль, бьется тоска о причал, Веки мой город сомкнул, слушая звезд тишину. Мысли уходят ввысь, солнце спешит за край. Только молю — дождись, только молю — узнай!

    Вечер сулит мне печаль, бьется тоска о причал, Веки мой город сомкнул, слушая звезд тишину. Мысли уходят ввысь, солнце спешит за край. Только молю — дождись, только молю — узнай!
20. «

    The city is my church It wraps me in the sparkling twilight

    The city is my church It wraps me in the sparkling twilight