236 цитат «христианство» для статуса

Тема «христианство» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 236 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Трюк христианства — так громогласно проповедовать полное ничтожество, греховность и презренность человека вообще, что после этого становится уже невозможно презирать ближних. «Да, он грешит напропалую, — но всё равно ничем особенным от меня не отличается: я-то ведь совершенно ничтожен и презрен», — говорит себе христианин.

   Трюк христианства — так громогласно проповедовать полное ничтожество, греховность и презренность человека вообще, что после этого становится уже невозможно презирать ближних. «Да, он грешит напропалую, — но всё равно ничем особенным от меня не отличается: я-то ведь совершенно ничтожен и презрен», — говорит себе христианин.

   — Фридрих Вильгельм Ницше · книга
2. «

   Вы когда-нибудь врали, чтобы выйти из неловкой ситуации? Ситуации выходят из-под контроля очень быстро. Я слышал о девушке, которая соврала мужу о том, как забеременела. И теперь это целая религия.

   Вы когда-нибудь врали, чтобы выйти из неловкой ситуации? Ситуации выходят из-под контроля очень быстро. Я слышал о девушке, которая соврала мужу о том, как забеременела. И теперь это целая религия.

   — Джимми Карр
3. «

   Замолчи, Хадасса. Кому ты служишь, споря с отцом? Мамин укор, несмотря на то что сказан он был мягким тоном, возымел действие. Мать и раньше много раз повторяла, что если человек не служит Господу, он неизбежно служит злу.

   Замолчи, Хадасса. Кому ты служишь, споря с отцом? Мамин укор, несмотря на то что сказан он был мягким тоном, возымел действие. Мать и раньше много раз повторяла, что если человек не служит Господу, он неизбежно служит злу.

   — Франсин Риверс · книга
4. «

   В каких это правилах написано, чтобы царю церковью владеть и догматы изменять? Ему подобает лишь оберегать ее от волков, ее губящих, а не толковать и не учить, как веру держать и как персты слагать. Это не царево дело, а православных архиреев да истинных пастырей, которые души свои готовы положить за стадо Христово, а не тех пастырей слушать, которые готовы и так и сяк на одном часу перевернуться, ибо они волки, а не пастыри, душегубы, а не спасители: своими руками готовы пролить кровь неповинных и исповедников православной веры бросить в огонь. Хороши законоучители! Они такие же, как земские ярышники, — что им велят, то они и творят.

   В каких это правилах написано, чтобы царю церковью владеть и догматы изменять? Ему подобает лишь оберегать ее от волков, ее губящих, а не толковать и не учить, как веру держать и как персты слагать. Это не царево дело, а православных архиреев да истинных пастырей, которые души свои готовы положить за стадо Христово, а не тех пастырей слушать, которые готовы и так и сяк на одном часу перевернуться, ибо они волки, а не пастыри, душегубы, а не спасители: своими руками готовы пролить кровь неповинных и исповедников православной веры бросить в огонь. Хороши законоучители! Они такие же, как земские ярышники, — что им велят, то они и творят.

   — Протопоп Аввакум
5. «

   Писание ясно даёт понять, что высшие силы прославляют Бога на небесах со всей грандиозной торжественностью. Такая хвала и преклонение вызывают у очевидца священный трепет. К сожалению, многим современным христианам это чувство не знакомо: они воспринимают Всевышнего как некоего «приятеля», «своего парня» — только в космическом масштабе. Подобная фамильярность, как мне кажется, подрывает основы богослужения и лишает поклонение должного пиетета. Да, Господь любит нас, Он наш друг — в самом глубоком смысле этого слова. И в то же время это Предвечный Бог, Творец, Царь и Судия.

   Писание ясно даёт понять, что высшие силы прославляют Бога на небесах со всей грандиозной торжественностью. Такая хвала и преклонение вызывают у очевидца священный трепет. К сожалению, многим современным христианам это чувство не знакомо: они воспринимают Всевышнего как некоего «приятеля», «своего парня» — только в космическом масштабе. Подобная фамильярность, как мне кажется, подрывает основы богослужения и лишает поклонение должного пиетета. Да, Господь любит нас, Он наш друг — в самом глубоком смысле этого слова. И в то же время это Предвечный Бог, Творец, Царь и Судия.

   — Джеймс Бернстайн · книга
6. «

   Он равнодушно взглянул на море голов, без конца и края простиравшееся перед ним, море лиц, на которых налитые кровью глаза напоминали ржавые гвозди, а меж желтых зубов тяжело покоился бесформенный черный язык. Казалось, у толпы одно-единственное лицо, общее для всех людей, огромный устрашающий лик; от него исходило грозное безмолвие, которое заволокло все окружающее. Толпе предстояло сделать выбор: бог или разбойник, истина или насилие... и единодушным пронзительным воплем толпа потребовала, чтобы бог был предан смерти. И поскольку бог допустил все это, Пилат приказал рабу принести чашу с водой и умыл руки в знак своей невиновности, не обращая больше внимания на неистовствующую толпу. Однако же, когда Пилат повернулся и увидел немой лик бога, он понял, что не может переложить на толпу даже малую часть своей вины, потому что только он один знал истину. Он невольно причинял богу одну боль за другой, потому что знал истину, но не разумел её, — и поняв это, он закрыл лицо руками, с которых ещё капала вода. И с этой минуты Пилат, как казалось ему, стал мертвецом среди мертвецов.

   Он равнодушно взглянул на море голов, без конца и края простиравшееся перед ним, море лиц, на которых налитые кровью глаза напоминали ржавые гвозди, а меж желтых зубов тяжело покоился бесформенный черный язык. Казалось, у толпы одно-единственное лицо, общее для всех людей, огромный устрашающий лик; от него исходило грозное безмолвие, которое заволокло все окружающее. Толпе предстояло сделать выбор: бог или разбойник, истина или насилие... и единодушным пронзительным воплем толпа потребовала, чтобы бог был предан смерти. И поскольку бог допустил все это, Пилат приказал рабу принести чашу с водой и умыл руки в знак своей невиновности, не обращая больше внимания на неистовствующую толпу. Однако же, когда Пилат повернулся и увидел немой лик бога, он понял, что не может переложить на толпу даже малую часть своей вины, потому что только он один знал истину. Он невольно причинял богу одну боль за другой, потому что знал истину, но не разумел её, — и поняв это, он закрыл лицо руками, с которых ещё капала вода. И с этой минуты Пилат, как казалось ему, стал мертвецом среди мертвецов.

   — Фридрих Дюрренматт · книга
7. «

   Обратите внимание — «Отче наш», хотя самостоятельная молитва подразумевает «Отче мой». Но мы говорим именно «наш», потому что, молясь наедине, ощущаем свое единство с другими.

   Обратите внимание — «Отче наш», хотя самостоятельная молитва подразумевает «Отче мой». Но мы говорим именно «наш», потому что, молясь наедине, ощущаем свое единство с другими.

   — Архимандрит Андрей (Конанос) · книга
8. «

   Нет, сладко жертвовать собой в одночасье, полыхнуть, сгореть, но невыносимо тяжко — медленно и терпеливо — день за днем, день за днем совершать свой подвиг любви.

   Нет, сладко жертвовать собой в одночасье, полыхнуть, сгореть, но невыносимо тяжко — медленно и терпеливо — день за днем, день за днем совершать свой подвиг любви.

   — Олеся Николаева · книга
9. «

   Православный христианин должен быть православным постоянно — или он не православный вообще.

   Православный христианин должен быть православным постоянно — или он не православный вообще.

   — Иеромонах Серафим (Роуз)
10. «

    Все мы любим слушать о чудесах и видениях. А разве не чудо, когда люди, прожив в браке двадцать пять лет, меняются вместе? Но нет, нам нужны другие чудеса... «Отче, расскажите о каком-нибудь чуде по молитвам этого святого, от этой иконы...»

    Все мы любим слушать о чудесах и видениях. А разве не чудо, когда люди, прожив в браке двадцать пять лет, меняются вместе? Но нет, нам нужны другие чудеса... «Отче, расскажите о каком-нибудь чуде по молитвам этого святого, от этой иконы...»

    — Архимандрит Андрей (Конанос) · книга
11. «

    Бог стал человеком, чтобы человек стал Богом.

    Бог стал человеком, чтобы человек стал Богом.

    — Афанасий Великий
12. «

    Хадасса взглянула на работавших вокруг нее матросов и вспомнила слова отца: «Таким же, как они были, был и Петр. И Иаков, и Иоанн. «Сыны Громовы», как называл их Господь. Иногда они проявляли свой языческий характер, а нередко и излишнюю гордость». Бог избрал именно этих людей, и Хадасса видела в этом надежду для себя. Иисус не избирал тех, кого избирал этот мир. Он избрал обыкновенных людей, со всеми их слабостями, и сделала их великими силой живущего в них Святого Духа.

    Хадасса взглянула на работавших вокруг нее матросов и вспомнила слова отца: «Таким же, как они были, был и Петр. И Иаков, и Иоанн. «Сыны Громовы», как называл их Господь. Иногда они проявляли свой языческий характер, а нередко и излишнюю гордость». Бог избрал именно этих людей, и Хадасса видела в этом надежду для себя. Иисус не избирал тех, кого избирал этот мир. Он избрал обыкновенных людей, со всеми их слабостями, и сделала их великими силой живущего в них Святого Духа.

    — Франсин Риверс · книга
13. «

    Христианин – это ученик и друг Христов.

    Христианин – это ученик и друг Христов.

    — Антоний Сурожский · книга
14. «

    Священника осуждать — сыпать угли на свою голову.

    Священника осуждать — сыпать угли на свою голову.

    — Денис Ахалашвили · книга
15. «

    Священники и оптимисты любят проповедовать, что человечество непрерывно движется вперёд к совершенству. Как обычно, они не подкрепляют свое мнение статистикой. Так уж заведено у священников — и у оптимистов тоже.

    Священники и оптимисты любят проповедовать, что человечество непрерывно движется вперёд к совершенству. Как обычно, они не подкрепляют свое мнение статистикой. Так уж заведено у священников — и у оптимистов тоже.

    — Марк Твен · книга
16. «

    Если ты хочешь быть христианином, то мало крестик на себя надеть, мало правило читать, мало пост соблюдать, мало стремиться причащаться. Надо, чтобы это приносило какой-то очень важный плод.

    Если ты хочешь быть христианином, то мало крестик на себя надеть, мало правило читать, мало пост соблюдать, мало стремиться причащаться. Надо, чтобы это приносило какой-то очень важный плод.

    — Протоиерей Димитрий Смирнов
17. «

    Евангельская кротость, к которой призывает Христос, — это не бессилие, а огромная сила, умеющая себя удерживать там, где это необходимо ради высших целей.

    Евангельская кротость, к которой призывает Христос, — это не бессилие, а огромная сила, умеющая себя удерживать там, где это необходимо ради высших целей.

    — Александр Ткаченко · книга
18. «

    Только око милосердия ясновидяще: вот вся философия христианства.

    Только око милосердия ясновидяще: вот вся философия христианства.

    — Пётр Яковлевич Чаадаев
19. «

    С Богом хоть за море, а без Бога — не до порога.

    С Богом хоть за море, а без Бога — не до порога.

    — Русские пословицы и поговорки
20. «

    Христианство — это ненависть к уму, гордости, мужеству, свободе; это — libеrtinаgе ума; христианство есть ненависть к чувствам, к радостям чувств, к радости вообще...

    Христианство — это ненависть к уму, гордости, мужеству, свободе; это — libеrtinаgе ума; христианство есть ненависть к чувствам, к радостям чувств, к радости вообще...

    — Фридрих Вильгельм Ницше · книга