14 цитат на тему «икона»

14 цитат про «икона»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Сколько неистовых просьб, клятв, заклинаний, тягостных и радостных вздохов услышала на веку даже простая икона из деревенской избы! Сколько слёз окропило и оживило её дерево, сколько поцелуев высветлило её краски, сколько душ она согрела, окрылила и наделила стойкостью жить… Если постоять в тишине перед старой иконой, начинаешь слышать вздохи и мольбы, клятвы и рыдания. Плоские очи на святом лике вдруг наливаются светом и обретают объём.

   Сколько неистовых просьб, клятв, заклинаний, тягостных и радостных вздохов услышала на веку даже простая икона из деревенской избы! Сколько слёз окропило и оживило её дерево, сколько поцелуев высветлило её краски, сколько душ она согрела, окрылила и наделила стойкостью жить… Если постоять в тишине перед старой иконой, начинаешь слышать вздохи и мольбы, клятвы и рыдания. Плоские очи на святом лике вдруг наливаются светом и обретают объём.

   — Вячеслав Сухнев · книга
2. «

   — Почему нимбы заходят на рамку? — я любил разглядывать его иконы. — Это не рамка, а окно в другой мир. Через него к нам заглядывают святые и показывают, что чудесное и здесь возможно.

   — Почему нимбы заходят на рамку? — я любил разглядывать его иконы. — Это не рамка, а окно в другой мир. Через него к нам заглядывают святые и показывают, что чудесное и здесь возможно.

   — Мария Фариса · книга
3. «

   Древние говорили, что каждый ближний наш – это врата в Царствие Божие.

   Древние говорили, что каждый ближний наш – это врата в Царствие Божие.

   — Протоиерей Димитрий Смирнов
4. «

   Рисуешь ты искусно, рука у тебя твердая, краски лепые, но сердце у тебя больно мягкое. Надобно так писать, дабы каждый, кто зрит твои росписи, в страхе был, суда Страшного боялся. Твои же иконки не о каре, что ждет грешников в день второго пришествия Иисуса Христа упреждают, а надежду на прощение и заступничество Всевышнего дают.

   Рисуешь ты искусно, рука у тебя твердая, краски лепые, но сердце у тебя больно мягкое. Надобно так писать, дабы каждый, кто зрит твои росписи, в страхе был, суда Страшного боялся. Твои же иконки не о каре, что ждет грешников в день второго пришествия Иисуса Христа упреждают, а надежду на прощение и заступничество Всевышнего дают.

   — Юрий Галинский · книга
5. «

   Мирная семья — икона рая.

   Мирная семья — икона рая.

   — Протоиерей Сергий Николаев
6. «

   Увидев грязный сон, никогда не нужно вспоминать, что и как ты видела. Ведь если лукавый не смог искусить тебя днем, он придет ночью. Иногда и Бог попускает лукавому искушать нас во сне, для того чтобы мы увидели, что наш ветхий человек еще жив. А бывает и так, что враг приближается к человеку во сне и показывает ему разные сны, для того чтобы, проснувшись, такой человек впал в расстройство. Поэтому снам не надо придавать совершенно никакого значения: осени себя крестным знамением, осени крестным знамением подушку, положи на нее крест и пару иконочек и, засыпая, произноси Иисусову молитву.

   Увидев грязный сон, никогда не нужно вспоминать, что и как ты видела. Ведь если лукавый не смог искусить тебя днем, он придет ночью. Иногда и Бог попускает лукавому искушать нас во сне, для того чтобы мы увидели, что наш ветхий человек еще жив. А бывает и так, что враг приближается к человеку во сне и показывает ему разные сны, для того чтобы, проснувшись, такой человек впал в расстройство. Поэтому снам не надо придавать совершенно никакого значения: осени себя крестным знамением, осени крестным знамением подушку, положи на нее крест и пару иконочек и, засыпая, произноси Иисусову молитву.

   — Паисий Святогорец
7. «

   Мусульманское искусство (подобно византийскому в тот начальный период, а также протестантскому и иудейскому) носит иконоборческий характер. Считается невозможным и неприличным использовать изображения живых существ для изложения священной истории. Человек узнает о Боге через Слово, а не через картинку. Картинка (икона) может отвлечь от чистого единобожия, заменить Бога идолом. Изображение же людей возможно там, где нет опасности идолопоклонства.

   Мусульманское искусство (подобно византийскому в тот начальный период, а также протестантскому и иудейскому) носит иконоборческий характер. Считается невозможным и неприличным использовать изображения живых существ для изложения священной истории. Человек узнает о Боге через Слово, а не через картинку. Картинка (икона) может отвлечь от чистого единобожия, заменить Бога идолом. Изображение же людей возможно там, где нет опасности идолопоклонства.

   — Михаил Пиотровский · книга
8. «

   Есть у огня свои законы. Огонь войны — в людей вселяет страх. Покоем дышит он в каминах и кострах. Но есть огонь невидимый — иконы.

   Есть у огня свои законы. Огонь войны — в людей вселяет страх. Покоем дышит он в каминах и кострах. Но есть огонь невидимый — иконы.

   — Валентин Гафт
9. «

   Икона Казанской Матери Божией стала для России на всем протяжении её истории Взбранной Воеводой Победительной, охраняющей Россию на её восточных рубежах. Она участвовала во всех войнах, постигших нашу родину. Пред ней не могли устоять силы её врагов: ни татарская, ни польская, ни французская, ни немецкая.

   Икона Казанской Матери Божией стала для России на всем протяжении её истории Взбранной Воеводой Победительной, охраняющей Россию на её восточных рубежах. Она участвовала во всех войнах, постигших нашу родину. Пред ней не могли устоять силы её врагов: ни татарская, ни польская, ни французская, ни немецкая.

   — Архимандрит Иоанн (Крестьянкин)
10. «

    Этот жанр можно определить как «иконографию». Без икон жизнь пресна, это старая истина. Но, понимаете, поп-иконы и гей-иконы не канают на фоне настоящей кровищи. Золотые оклады тоже сильно все портят, за ними не видна судьба. Иконография – самый строгий жанр, потому что совершенно не прощает халтуры. Нельзя перебрать с пафосом, будут ржать. Нельзя беречь героя. Нельзя делать героя неуязвимым – слишком мощным, с горой мышц (это броня, она запрещена), бессмертным, с фигой в кармане, с нечеловеческим геномом, слишком интеллектуальным и всезнающим (знания – броня, она запрещена), нельзя делать героя женатым, детным, семейным (семья — броня), предельная любовь к жизни должна соседствовать с танатосом, потому что только на фоне танатоса жизнь выглядит остро, четко, поэтично. У героя не может быть грубого, тяжелого лица. Он не должен быть зрелым. Это какие-то давно забытые категории «прекрасного», о которых сейчас помнят, по-моему, только японцы. Поэтому все вменяемые люди смотрят анимэ с полуоформленными подростками, на каждом из которых Рана и Миссия. Невыносимо больно видеть потуги Голливуда с его отличным пониманием необходимости Героики («Мстители» кричат об этом своей пачкой суперменов) и полным прососом основ жанра. Нет ни одной идеи. «Человечество» Голливуда, за которое бьются последние десятилетия все красивые морды Америки – это гламурная полая форма, в которой ничего нет. Нет мотивации – спасай человечество. Человечеству совершенно пох, потому что единственная реакция, на которую оно способно – это с воплями бежать от камней с неба, дожевывая гамбургер или двигая перед собой детскую коляску. Как бы диалог со спасаемым, вообще, нужен. Спасение безразличного и невтемного объекта – это просто корпоративное развлечение, в которое посвящен лишь онанист-спасатель.

    Этот жанр можно определить как «иконографию». Без икон жизнь пресна, это старая истина. Но, понимаете, поп-иконы и гей-иконы не канают на фоне настоящей кровищи. Золотые оклады тоже сильно все портят, за ними не видна судьба. Иконография – самый строгий жанр, потому что совершенно не прощает халтуры. Нельзя перебрать с пафосом, будут ржать. Нельзя беречь героя. Нельзя делать героя неуязвимым – слишком мощным, с горой мышц (это броня, она запрещена), бессмертным, с фигой в кармане, с нечеловеческим геномом, слишком интеллектуальным и всезнающим (знания – броня, она запрещена), нельзя делать героя женатым, детным, семейным (семья — броня), предельная любовь к жизни должна соседствовать с танатосом, потому что только на фоне танатоса жизнь выглядит остро, четко, поэтично. У героя не может быть грубого, тяжелого лица. Он не должен быть зрелым. Это какие-то давно забытые категории «прекрасного», о которых сейчас помнят, по-моему, только японцы. Поэтому все вменяемые люди смотрят анимэ с полуоформленными подростками, на каждом из которых Рана и Миссия. Невыносимо больно видеть потуги Голливуда с его отличным пониманием необходимости Героики («Мстители» кричат об этом своей пачкой суперменов) и полным прососом основ жанра. Нет ни одной идеи. «Человечество» Голливуда, за которое бьются последние десятилетия все красивые морды Америки – это гламурная полая форма, в которой ничего нет. Нет мотивации – спасай человечество. Человечеству совершенно пох, потому что единственная реакция, на которую оно способно – это с воплями бежать от камней с неба, дожевывая гамбургер или двигая перед собой детскую коляску. Как бы диалог со спасаемым, вообще, нужен. Спасение безразличного и невтемного объекта – это просто корпоративное развлечение, в которое посвящен лишь онанист-спасатель.

    — Лариса Владимировна Бочарова
11. «

    Трудолюбие и глубокая вера отца Сергия все больше затрагивали сердце и разум отрока, у него снова проснулось желание рисовать. К тому же от природы он был прилежен, сообразителен и быстро прижился в дружине иконописцев.

    Трудолюбие и глубокая вера отца Сергия все больше затрагивали сердце и разум отрока, у него снова проснулось желание рисовать. К тому же от природы он был прилежен, сообразителен и быстро прижился в дружине иконописцев.

    — Юрий Галинский · книга
12. «

    Вы и сами всё без меня знаете, только молчите, делаете вид, что не замечаете ничего. Может и я бы молчал и терпел всю мерзость эту, если бы талант был у меня. Да что там талант, хоть небольшая способность иконы писать. Не дал Бог таланта, слава тебе Господи... И счастлив я, что бездарен и потому только честен я, и перед Богом чист.

    Вы и сами всё без меня знаете, только молчите, делаете вид, что не замечаете ничего. Может и я бы молчал и терпел всю мерзость эту, если бы талант был у меня. Да что там талант, хоть небольшая способность иконы писать. Не дал Бог таланта, слава тебе Господи... И счастлив я, что бездарен и потому только честен я, и перед Богом чист.

    — монах Кирилл · фильм
13. «

    И всегда от погибшего вождя до бога всего один шаг.

    И всегда от погибшего вождя до бога всего один шаг.

    — антрополог Дэн · фильм
14. «

    Икона в музее — это как бабочка в гербарии, которая приколота к стенке и которая не живет своей полноценной жизнью. Бабочка должна летать и икона должна находиться в храме.

    Икона в музее — это как бабочка в гербарии, которая приколота к стенке и которая не живет своей полноценной жизнью. Бабочка должна летать и икона должна находиться в храме.

    — Митрополит Иларион Алфеев