45 фраз на тему «искупление», которые цепляют

Собрали 45 цитат на тему «искупление» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Я не смогу искупить ошибки, если продолжу их совершать.

   Я не смогу искупить ошибки, если продолжу их совершать.

   — Стефан Сальваторе · сериал
2. «

   К искуплению ведет много дорог. К сожалению, не все они мирные.

   К искуплению ведет много дорог. К сожалению, не все они мирные.

   — Соломон Кейн · фильм
3. «

   Истина освобождает всех.

   Истина освобождает всех.

   — Папа (Papa) · фильм
4. «

   Личный дневник. Протокол шифрования: Деанди Альфа-TR43... Впрочем, он вряд ли нужен. А, к черту шифрование! Будем жить опасной жизнью. Согласно летописям, Заповедь впервые прозвучала вскоре после появления империи дженнеритов в ее нынешнем воплощении. Она ставила выживание нашего вида превыше всего. Некоторые ученые считают, что, когда Заповедь стала чем-то вроде государственного девиза, империя сбилась с пути, и в итоге до власти дорвался Лотар Рендейн. Я рада сообщить, что сегодняшняя победа исправила ошибку, допущенную нашими предками. Когда рассеется дым, и мы, дженнериты, усвоим полученный урок, то, надеюсь, придет пора забыть про Заповедь раз и навсегда. «До конца. Любой ценой». Этим словам нас учат с рождения. Но те из нас, кто выжил в Войне за Солус, знают, что есть цена, которую нельзя заплатить. Кое-какие долги будут преследовать нас до конца нашей неестественно долгой жизни. Теперь мы должны найти новые слова, которые будут направлять нас и наших союзников. Я бы предложила «Живите вместе, умрите поодиночке», но принимаю и другие варианты. Рендейна больше нет, как и нашей любимой императрицы Леноры. И пусть мы остались без рулевого в этой новой эпохе, одно ясно: мы должны идти по этому пути вместе, как хранители Последней Звезды. Как часовые во тьме. Дети Заповеди, наша война еще не закончилась. Если нам повезет, она не закончится никогда.

   Личный дневник. Протокол шифрования: Деанди Альфа-TR43... Впрочем, он вряд ли нужен. А, к черту шифрование! Будем жить опасной жизнью. Согласно летописям, Заповедь впервые прозвучала вскоре после появления империи дженнеритов в ее нынешнем воплощении. Она ставила выживание нашего вида превыше всего. Некоторые ученые считают, что, когда Заповедь стала чем-то вроде государственного девиза, империя сбилась с пути, и в итоге до власти дорвался Лотар Рендейн. Я рада сообщить, что сегодняшняя победа исправила ошибку, допущенную нашими предками. Когда рассеется дым, и мы, дженнериты, усвоим полученный урок, то, надеюсь, придет пора забыть про Заповедь раз и навсегда. «До конца. Любой ценой». Этим словам нас учат с рождения. Но те из нас, кто выжил в Войне за Солус, знают, что есть цена, которую нельзя заплатить. Кое-какие долги будут преследовать нас до конца нашей неестественно долгой жизни. Теперь мы должны найти новые слова, которые будут направлять нас и наших союзников. Я бы предложила «Живите вместе, умрите поодиночке», но принимаю и другие варианты. Рендейна больше нет, как и нашей любимой императрицы Леноры. И пусть мы остались без рулевого в этой новой эпохе, одно ясно: мы должны идти по этому пути вместе, как хранители Последней Звезды. Как часовые во тьме. Дети Заповеди, наша война еще не закончилась. Если нам повезет, она не закончится никогда.

   — Деанди (Deande) · игра
5. «

   Он искупил свою вину, но я всегда думаю, насколько же лучше не иметь вины, которую следует искупить.

   Он искупил свою вину, но я всегда думаю, насколько же лучше не иметь вины, которую следует искупить.

   — Ивлин Во · книга
6. «

   — Что мне делать? Грех такой. — Иди к тому, кому хуже, чем тебе. Помогай старым, у многих из них нет сил, чтобы прийти в церковьи они умирают в одиночестве, бех покаяния и причастия. — Не то. Я готова помгать чем угодно, но эти люди, они уже прожили свое. — Иди к детям. Вон рядом с нами дом ребенка. — О них государство заботится. — Заботится. А может быть мало? Может быть нужно помочь. Пожалеть. Погладить по головке. — Меня никто по головке не гладил. — Это гордыня. Много о себе думаешь, иди к людям. — Они от меня шарахаются. ... — А ты неси это как испытание, силу из этого черпай. А ты иди к ним и помогай.

   — Что мне делать? Грех такой. — Иди к тому, кому хуже, чем тебе. Помогай старым, у многих из них нет сил, чтобы прийти в церковьи они умирают в одиночестве, бех покаяния и причастия. — Не то. Я готова помгать чем угодно, но эти люди, они уже прожили свое. — Иди к детям. Вон рядом с нами дом ребенка. — О них государство заботится. — Заботится. А может быть мало? Может быть нужно помочь. Пожалеть. Погладить по головке. — Меня никто по головке не гладил. — Это гордыня. Много о себе думаешь, иди к людям. — Они от меня шарахаются. ... — А ты неси это как испытание, силу из этого черпай. А ты иди к ним и помогай.

   — Алла · фильм
7. «

   «Когда же всё закончится? — в ужасе думала Тиффани. — Ты совершаешь глупость, потом пытаешься её исправить, а когда исправляешь одно, ломается что-то другое. Где же всему этому конец?»

   «Когда же всё закончится? — в ужасе думала Тиффани. — Ты совершаешь глупость, потом пытаешься её исправить, а когда исправляешь одно, ломается что-то другое. Где же всему этому конец?»

   — Терри Пратчетт · книга
8. «

   — Было бы лучше для тебя, меня, всех, если бы меня казнили. — Даже для богов? Что, по-твоему, боги предложили тебе? — Жизнь в унижении. — Нет! Не это! Боги предложили тебе шанс переродиться, искупить вину, попасть в Вальгаллу. Вот, что они тебе предложили. Но ты, ты хочешь сбежать. Ты хочешь зарыться в какой-то дыре. — А куда мне ещё идти? — А зачем тебе вообще уходить?

   — Было бы лучше для тебя, меня, всех, если бы меня казнили. — Даже для богов? Что, по-твоему, боги предложили тебе? — Жизнь в унижении. — Нет! Не это! Боги предложили тебе шанс переродиться, искупить вину, попасть в Вальгаллу. Вот, что они тебе предложили. Но ты, ты хочешь сбежать. Ты хочешь зарыться в какой-то дыре. — А куда мне ещё идти? — А зачем тебе вообще уходить?

   — Ролло · сериал
9. «

   Избрав многотрудный путь и даруя утешение слабым, она избавила себя от проклятия. Какое-то время она поступала так, ибо желала обрести спасение, но однажды милосердие проникло в её душу. Когда серокрылый отправляется в Полёт, он восходит по каменным ступеням древней лестницы. Рэки — это каменная ступень, указывающая путь тем, кто слаб.

   Избрав многотрудный путь и даруя утешение слабым, она избавила себя от проклятия. Какое-то время она поступала так, ибо желала обрести спасение, но однажды милосердие проникло в её душу. Когда серокрылый отправляется в Полёт, он восходит по каменным ступеням древней лестницы. Рэки — это каменная ступень, указывающая путь тем, кто слаб.

   — Переговорщик · аниме
10. «

    — Ты веришь в искупление? — В то, что хорошими делами можно загладить плохие? Верю, но примеров не встречал. Обычно плохие люди становятся ещё хуже.

    — Ты веришь в искупление? — В то, что хорошими делами можно загладить плохие? Верю, но примеров не встречал. Обычно плохие люди становятся ещё хуже.

    — Сергей Глухарев · сериал
11. «

    Грехи нельзя искупить просто приняв наказание. Возможно, мы будем жить с ними до самого конца, и если так — все мы должны постоянно смотреть в лицо нашим грехам.

    Грехи нельзя искупить просто приняв наказание. Возможно, мы будем жить с ними до самого конца, и если так — все мы должны постоянно смотреть в лицо нашим грехам.

    — Асуна Юки «Асуна» · аниме
12. «

    Я пробыл в Аду достаточно, чтобы понять, что никакого искупления нет. Мы можем лишь давать обещания, идти на сделки с самим собой и дурить себе мозги, лишь бы считать себя хорошими людьми. Я нехороший человек и я это принял. И уж если я уйду, я уйду красиво.

    Я пробыл в Аду достаточно, чтобы понять, что никакого искупления нет. Мы можем лишь давать обещания, идти на сделки с самим собой и дурить себе мозги, лишь бы считать себя хорошими людьми. Я нехороший человек и я это принял. И уж если я уйду, я уйду красиво.

    — Кай Паркер · сериал
13. «

    Сын мой! в болезни твоей не будь небрежен, но молись Господу, и Он исцелит тебя. Оставь греховную жизнь и исправь руки твои, и от всякого греха очисти сердце.

    Сын мой! в болезни твоей не будь небрежен, но молись Господу, и Он исцелит тебя. Оставь греховную жизнь и исправь руки твои, и от всякого греха очисти сердце.

    — Библия. Ветхий Завет. Книга премудрости Иисуса, сына Сирахова · книга
14. «

    Если искупление существует, то существует и проклятие. И это всегда сознательный выбор.

    Если искупление существует, то существует и проклятие. И это всегда сознательный выбор.

    — Эрик-Эмманюэль Шмитт · книга
15. «

    Когда я был молод у меня была свобода, но я не видел ее. У меня было время, но я не знал его. У меня была любовь, но я не чувствовал ее. Похоже, что я не могу оставить свое прошлое позади. И я знаю, что в любой момент некто может прийти за мной или моей семьей. Я знал, что у меня нет достаточно времени чтобы сделать все. Теперь я боюсь, что у меня нет времени сделать хоть что-то.

    Когда я был молод у меня была свобода, но я не видел ее. У меня было время, но я не знал его. У меня была любовь, но я не чувствовал ее. Похоже, что я не могу оставить свое прошлое позади. И я знаю, что в любой момент некто может прийти за мной или моей семьей. Я знал, что у меня нет достаточно времени чтобы сделать все. Теперь я боюсь, что у меня нет времени сделать хоть что-то.

    — Эцио Аудиторе да Фиренце · игра
16. «

    Все люди совершают ошибки, но если ты согрешила, то должна искупить этот грех, совершить искупление… За тяжкий грех — большое, за маленький — маленькое.

    Все люди совершают ошибки, но если ты согрешила, то должна искупить этот грех, совершить искупление… За тяжкий грех — большое, за маленький — маленькое.

    — Ли Кым Чжа · фильм
17. «

    Нельзя забыть, Нельзя простить, Грех можно только искупить. Должны страдать, И умирать, Искупать! Свой Грех.

    Нельзя забыть, Нельзя простить, Грех можно только искупить. Должны страдать, И умирать, Искупать! Свой Грех.
18. «

    I've never felt this far from God I almost feel like giving up again In my bones, in my blood There's a sickness I'd change if I could But the fire that rages inside me Erased all the good.

    I've never felt this far from God I almost feel like giving up again In my bones, in my blood There's a sickness I'd change if I could But the fire that rages inside me Erased all the good.
19. «

    И сказали сыны Израилевы: скажите, как происходило это зло? Левит, муж оной убитой женщины, отвечал и сказал: я с наложницею моею пришёл ночевать в Гиву Вениаминову; и восстали на меня жители Гивы и окружили из-за меня дом ночью; меня намеревались убить, и наложницу мою замучили, так что она умерла; я взял наложницу мою, разрезал её и послал её во все области владения Израилева, ибо они сделали беззаконное и срамное дело в Израиле; вот, все вы, сыны Израилевы, рассмотрите это дело и решите здесь. И восстал весь народ, как один человек, и сказал: не пойдём никто в шатёр свой и не возвратимся никто в дом свой; и вот что мы сделаем ныне с Гивою: пойдём на неё по жребию и возьмём по десяти человек из ста от всех колен Израилевых, по сто от тысячи и по тысяче от тьмы, чтоб они принесли съестных припасов для народа, который пойдёт против Гивы Вениаминовой, наказать её за срамное дело, которое она сделала в Израиле. И собрались все Израильтяне против города единодушно, как один человек. И послали колена Израилевы во всё колено Вениаминово сказать: какое это гнусное дело сделано у вас! Выдайте развращённых оных людей, которые в Гиве; мы умертвим их и искореним зло из Израиля.

    И сказали сыны Израилевы: скажите, как происходило это зло? Левит, муж оной убитой женщины, отвечал и сказал: я с наложницею моею пришёл ночевать в Гиву Вениаминову; и восстали на меня жители Гивы и окружили из-за меня дом ночью; меня намеревались убить, и наложницу мою замучили, так что она умерла; я взял наложницу мою, разрезал её и послал её во все области владения Израилева, ибо они сделали беззаконное и срамное дело в Израиле; вот, все вы, сыны Израилевы, рассмотрите это дело и решите здесь. И восстал весь народ, как один человек, и сказал: не пойдём никто в шатёр свой и не возвратимся никто в дом свой; и вот что мы сделаем ныне с Гивою: пойдём на неё по жребию и возьмём по десяти человек из ста от всех колен Израилевых, по сто от тысячи и по тысяче от тьмы, чтоб они принесли съестных припасов для народа, который пойдёт против Гивы Вениаминовой, наказать её за срамное дело, которое она сделала в Израиле. И собрались все Израильтяне против города единодушно, как один человек. И послали колена Израилевы во всё колено Вениаминово сказать: какое это гнусное дело сделано у вас! Выдайте развращённых оных людей, которые в Гиве; мы умертвим их и искореним зло из Израиля.

    — Библия. Ветхий Завет. Книга Судей · книга
20. «

    Жан: Чтобы остановить гул, я готов на все. Райнер: Жан... Конни: Я убил Самуэля и Даза... Я уродовал знакомые лица до неузнаваемости... Меня называли предателем... и говорили, что спасают мир. *поднял взгляд на Райнера* Тебе... Бертхольдту... И Энни... Наверное, ужасно тяжело... Райнер: Мои грехи уже не искупить. Даже если мы спасём остатки человечества... я, наверное, до конца жизни себя не прощу. Так что... давайте... спасём хотя бы оставшихся людей. Конни: Да, Райнер. Ты прав. Даже если наши грехи не искупить... выхода у нас нет. Жан: Верно. В этом мы похожи, Райнер. У меня нет права винить тебя... Я стал убийцей, чтобы спасти других... Райнер: ..... Да... Эрен то же самое сказал мне... в ночь нападения.

    Жан: Чтобы остановить гул, я готов на все. Райнер: Жан... Конни: Я убил Самуэля и Даза... Я уродовал знакомые лица до неузнаваемости... Меня называли предателем... и говорили, что спасают мир. *поднял взгляд на Райнера* Тебе... Бертхольдту... И Энни... Наверное, ужасно тяжело... Райнер: Мои грехи уже не искупить. Даже если мы спасём остатки человечества... я, наверное, до конца жизни себя не прощу. Так что... давайте... спасём хотя бы оставшихся людей. Конни: Да, Райнер. Ты прав. Даже если наши грехи не искупить... выхода у нас нет. Жан: Верно. В этом мы похожи, Райнер. У меня нет права винить тебя... Я стал убийцей, чтобы спасти других... Райнер: ..... Да... Эрен то же самое сказал мне... в ночь нападения.

    — Жан Кирштайн