167 мудрых цитат про «истории»

Собрали 167 цитат на тему «истории» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Главным принципом должна стать честность. Если вообще возможно соблюдать этот принцип, излагая чью-либо историю.

   Главным принципом должна стать честность. Если вообще возможно соблюдать этот принцип, излагая чью-либо историю.

   — Грэм Джойс · книга
2. «

   Появляется история и тут же выходит в 1800 интерпретациях.

   Появляется история и тут же выходит в 1800 интерпретациях.

   — Джордж Клуни
3. «

   Некоторые тайны просто необходимо обнародовать, а истории поведать.

   Некоторые тайны просто необходимо обнародовать, а истории поведать.

   — Шерлок Холмс · сериал
4. «

   Всякую хорошую историю не грех и приукрасить.

   Всякую хорошую историю не грех и приукрасить.

   — Гэндальф · фильм
5. «

   Странные события иногда проникают в нашу повседневную жизнь. Историй предостаточно: воспоминания из мест, о которых ты не помнишь, ребенок, который внезапно начал говорить на иностранном языке, или голос в твоей голове, который в конечном итоге спасёт твою жизнь... Этот список можно продолжать и продолжать.

   Странные события иногда проникают в нашу повседневную жизнь. Историй предостаточно: воспоминания из мест, о которых ты не помнишь, ребенок, который внезапно начал говорить на иностранном языке, или голос в твоей голове, который в конечном итоге спасёт твою жизнь... Этот список можно продолжать и продолжать.

   — Дневники Отголосков (The Journal's Echoes) · игра
6. «

   Истории – это всего лишь истории, они предназначены для того, чтобы развлекать и поучать, заставлять смеяться и плакать, но только те из них, которые хоть чего нибудь стоят, пробуждают в нашей душе отклик, не стихающий и после того, как перевернута последняя страница или отзвучало последнее слово. А для того чтобы это произошло, история должна быть и умной, и интересной. – Помолчав, он добавил: – Иначе история будет продолжаться, но уже без тебя.

   Истории – это всего лишь истории, они предназначены для того, чтобы развлекать и поучать, заставлять смеяться и плакать, но только те из них, которые хоть чего нибудь стоят, пробуждают в нашей душе отклик, не стихающий и после того, как перевернута последняя страница или отзвучало последнее слово. А для того чтобы это произошло, история должна быть и умной, и интересной. – Помолчав, он добавил: – Иначе история будет продолжаться, но уже без тебя.

   — Чарльз де Линт · книга
7. «

   Лично я смысла в истории не вижу, но не утверждаю, что его нет.

   Лично я смысла в истории не вижу, но не утверждаю, что его нет.

   — Авессалом Подводный · книга
8. «

   — Ты просишь меня оставить потомкам историю, как принцессу Уэссекса сделали шлюхой для тех, кто больше заплатит? — Эта история затмит все остальные. Битва при Этандуне померкнет перед ней. — Но, милорд, если мы заплатим выкуп, не останется никакого Уэссекса. Истории будут о короле, оплатившем собственное уничтожение.

   — Ты просишь меня оставить потомкам историю, как принцессу Уэссекса сделали шлюхой для тех, кто больше заплатит? — Эта история затмит все остальные. Битва при Этандуне померкнет перед ней. — Но, милорд, если мы заплатим выкуп, не останется никакого Уэссекса. Истории будут о короле, оплатившем собственное уничтожение.

   — Король Уэссекса Альфред Великий · сериал
9. «

   Некоторые истории трудно забыть, даже когда животное спасено и пристроено.

   Некоторые истории трудно забыть, даже когда животное спасено и пристроено.

   — Голос за кадром
10. «

    Все правдивые истории содержат мораль, хотя порой клад этот погребен очень глубоко и откопать его удается не сразу, после чего он оказывается столь скудным, что иссохшее ядрышко не оправдывает усилий, потраченных на то, чтобы расколоть скорлупу.

    Все правдивые истории содержат мораль, хотя порой клад этот погребен очень глубоко и откопать его удается не сразу, после чего он оказывается столь скудным, что иссохшее ядрышко не оправдывает усилий, потраченных на то, чтобы расколоть скорлупу.

    — Энн Бронте · книга
11. «

    Плакал над отчётом о суде над двадцатитрехлетней Марией Абрахам, задушившей из-за нужды и голода девятимесячную дочь Барбару мужским галстуком, который она носила вместо подвязки и сняла с ноги. Совершенно банальная история.

    Плакал над отчётом о суде над двадцатитрехлетней Марией Абрахам, задушившей из-за нужды и голода девятимесячную дочь Барбару мужским галстуком, который она носила вместо подвязки и сняла с ноги. Совершенно банальная история.

    — Франц Кафка · книга
12. «

    Суть отличной истории заключается в том, что у нее должно быть начало, середина и конец.

    Суть отличной истории заключается в том, что у нее должно быть начало, середина и конец.

    — Алан Рикман
13. «

    Вестибюль был просторным и роскошным, с гранитным полом квадратиками. По обе стороны от входа красовались двухметровые арочные зеркала, обрамленные лепными карнизами. Зеркала отражались друг в друге, вестибюль, а вместе с ним и барышни, глядевшие в них, а вместе с ними и новый мир, и их новая жизнь превращались в прекрасную бесконечность, где множились отражения, полные тайн, историй, образов. Историй необыкновенных людей, живших в этом доходном доме, построенном как раз перед германской войной.

    Вестибюль был просторным и роскошным, с гранитным полом квадратиками. По обе стороны от входа красовались двухметровые арочные зеркала, обрамленные лепными карнизами. Зеркала отражались друг в друге, вестибюль, а вместе с ним и барышни, глядевшие в них, а вместе с ними и новый мир, и их новая жизнь превращались в прекрасную бесконечность, где множились отражения, полные тайн, историй, образов. Историй необыкновенных людей, живших в этом доходном доме, построенном как раз перед германской войной.

    — Елена Котова · книга
14. «

    Конфликт — очень важная вещь. «Кошка села на подушку» — это не начало романа, а вот «кошка села на собачью подушку» — да.

    Конфликт — очень важная вещь. «Кошка села на подушку» — это не начало романа, а вот «кошка села на собачью подушку» — да.

    — Джон Ле Карре
15. «

    Надо быть немножечко лжецом, чтобы правильно рассказывать истории. Слишком много правды — и факты перемешаются и перепутаются. Слишком много честности — и будет звучать неискренне.

    Надо быть немножечко лжецом, чтобы правильно рассказывать истории. Слишком много правды — и факты перемешаются и перепутаются. Слишком много честности — и будет звучать неискренне.

    — Патрик Ротфусс · книга
16. «

    Папа говаривал, что любую историю можно превратить в сказку, вопрос лишь в том, с чего начать и чем закончить.

    Папа говаривал, что любую историю можно превратить в сказку, вопрос лишь в том, с чего начать и чем закончить.

    — Сара Уотерс · книга
17. «

    Истории дают нам чувство причастности к разным событиям. И, наконец, истории добавляют вкус жизни.

    Истории дают нам чувство причастности к разным событиям. И, наконец, истории добавляют вкус жизни.

    — Александр Куберский · книга
18. «

    Истории похожи на пауков со всеми их длинными лапками, и похожи на паучьи сети, в которых человек сам и запутывается, но которые кажутся такими красивыми, когда вы видите их под листовой на утренней росе, и так изящно соединятся между собой, каждая с каждою.

    Истории похожи на пауков со всеми их длинными лапками, и похожи на паучьи сети, в которых человек сам и запутывается, но которые кажутся такими красивыми, когда вы видите их под листовой на утренней росе, и так изящно соединятся между собой, каждая с каждою.

    — Нил Гейман · книга
19. «

    — Но если бы кто-то это прочел, он бы сказал, здесь не хватает... не хватает конфликта. Персонаж стремится к чему-то, но встречает на своем пути к цели некие препятствия, соперников и противников. Одиссей хочет вернуться домой, но встречает циклопа Полифема, сирен и волшебницу Цирцею. А иногда конфликт происходит не с внешним врагом, а внутри героя. И речь не о переделке веранды, ремонте или аферах с китайцами: я говорю о глубокой внутренней борьбе. Ахилл! Либо идти на войну, либо остаться дома с женой и друзьями. Читатель хочет знать: как герой решит проблему и достигнет цели? Это главный вопрос, который автор должен сформировать в восприятии читателя. Что будет дальше? Пиши ты хоть детектив, хоть шекспировскую драму, но главная задача одна — заставить читателя задаться вопросом: что же будет дальше? «Нет развития», — жалуется читатель, — «скучно». Читатель похож на султана из Шахерезады: «если мне станет скучно, тебе отрубят голову! А расскажешь интересную историю, сможешь выжить». Султан — прекрасный пример. Людям нужны истории! Жизнь без историй ничего не стоит.

    — Но если бы кто-то это прочел, он бы сказал, здесь не хватает... не хватает конфликта. Персонаж стремится к чему-то, но встречает на своем пути к цели некие препятствия, соперников и противников. Одиссей хочет вернуться домой, но встречает циклопа Полифема, сирен и волшебницу Цирцею. А иногда конфликт происходит не с внешним врагом, а внутри героя. И речь не о переделке веранды, ремонте или аферах с китайцами: я говорю о глубокой внутренней борьбе. Ахилл! Либо идти на войну, либо остаться дома с женой и друзьями. Читатель хочет знать: как герой решит проблему и достигнет цели? Это главный вопрос, который автор должен сформировать в восприятии читателя. Что будет дальше? Пиши ты хоть детектив, хоть шекспировскую драму, но главная задача одна — заставить читателя задаться вопросом: что же будет дальше? «Нет развития», — жалуется читатель, — «скучно». Читатель похож на султана из Шахерезады: «если мне станет скучно, тебе отрубят голову! А расскажешь интересную историю, сможешь выжить». Султан — прекрасный пример. Людям нужны истории! Жизнь без историй ничего не стоит.

    — В доме (Dans la maison) · фильм
20. «

    Я еще не встречал людей, которым не интересны истории. Плохих рассказчиков встречал, а тех, кому истории не интересны, не встречал и очень надеюсь, что не встречу.

    Я еще не встречал людей, которым не интересны истории. Плохих рассказчиков встречал, а тех, кому истории не интересны, не встречал и очень надеюсь, что не встречу.

    — Александр Куберский · книга