36 цитат на тему «Италия» для размышлений

Тема «Италия» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 36 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   — Римляне любят говорить, что «anni, amori e bicchieri di vino, nun se contano mai». — «Годы, любовников и бокалы вина не нужно считать», — перевела Лаура.

   — Римляне любят говорить, что «anni, amori e bicchieri di vino, nun se contano mai». — «Годы, любовников и бокалы вина не нужно считать», — перевела Лаура.

   — Энтони Капелла · книга
2. «

   Зачем учительница говорит: «Посмотрите, ребята, это Италия, она похожа на сапог». Ты о чём говоришь вообще? Италия похожа на рай! Это ты похожа на сапог.

   Зачем учительница говорит: «Посмотрите, ребята, это Италия, она похожа на сапог». Ты о чём говоришь вообще? Италия похожа на рай! Это ты похожа на сапог.

   — Александр Незлобин
3. «

   — Травами хорошо бы ещё подлечиться. Отвар ромашки, мяты… У вас в Италии мята есть? — Откуда у них мята? Видел я их Италию на карте: сапог сапогом и всё.

   — Травами хорошо бы ещё подлечиться. Отвар ромашки, мяты… У вас в Италии мята есть? — Откуда у них мята? Видел я их Италию на карте: сапог сапогом и всё.

   — Федосья Ивановна · фильм
4. «

   Итальянцы в еде следуют строгим правилам. И одно из них, непреложное — мороженое в четыре часа. Это своего рода закон.

   Итальянцы в еде следуют строгим правилам. И одно из них, непреложное — мороженое в четыре часа. Это своего рода закон.

   — Майкл Такер · книга
5. «

   В Италии это нормально. Есть 60 миллионов тактиков, и у каждого свой взгляд. Мы все все смотрим со своих точек зрения, смотрим игры, так что все в порядке. Просто через какое-то время тренер может разозлиться и ответить. Если я буду ломать столы или бить в стенку, это ничего не изменит.

   В Италии это нормально. Есть 60 миллионов тактиков, и у каждого свой взгляд. Мы все все смотрим со своих точек зрения, смотрим игры, так что все в порядке. Просто через какое-то время тренер может разозлиться и ответить. Если я буду ломать столы или бить в стенку, это ничего не изменит.

   — Дженнаро Гаттузо
6. «

   ...итальянская песня без любви — что итальянская кухня без помидоров.

   ...итальянская песня без любви — что итальянская кухня без помидоров.

   — Сергей Лукьяненко · книга
7. «

   В религиоведении под католицизмом понимается Римско-католическая церковь как целостность, включающая прежде всего специфическую доктрину и литургию. Католицизм формировался в западной части обширной Римской империи. С Римом церковь связывала деятельность первоверховных апостолов Петра и Павла, нашедших в нем свой мученический конец. Согласно католической традиции, примат римских пап восходит к воле Иисуса Христа, который своими словами: «Ты — Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою» вручил апостолу Петру и его преемникам полноту власти.

   В религиоведении под католицизмом понимается Римско-католическая церковь как целостность, включающая прежде всего специфическую доктрину и литургию. Католицизм формировался в западной части обширной Римской империи. С Римом церковь связывала деятельность первоверховных апостолов Петра и Павла, нашедших в нем свой мученический конец. Согласно католической традиции, примат римских пап восходит к воле Иисуса Христа, который своими словами: «Ты — Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою» вручил апостолу Петру и его преемникам полноту власти.

   — Игорь Николаевич Яблоков · книга
8. «

   Но хочу заметить, что идея превращения Венеции в музей так же нелепа, как и стремление реанимировать ее, влив свежей крови. Во-первых, то, что считается свежей кровью, всегда оказывается в итоге обычной старой мочой. И во-вторых, этот город не годится в музеи, так как сам является произведением искусства, величайшим шедевром, созданным нашим видом. Вы ведь не оживляете картину, тем более статую. Вы оставляете их в покое, оберегаете их от вандалов – орды которых могут включать и вас.

   Но хочу заметить, что идея превращения Венеции в музей так же нелепа, как и стремление реанимировать ее, влив свежей крови. Во-первых, то, что считается свежей кровью, всегда оказывается в итоге обычной старой мочой. И во-вторых, этот город не годится в музеи, так как сам является произведением искусства, величайшим шедевром, созданным нашим видом. Вы ведь не оживляете картину, тем более статую. Вы оставляете их в покое, оберегаете их от вандалов – орды которых могут включать и вас.

   — Иосиф Александрович Бродский · книга
9. «

   – Что вы о нём думаете?... Он пленник, как Сми в Николасе Никльби… Он одинок. – Он придёт к нам в гости? – Возможно. Он тайна, трагическая европейская тайна. – Говорят он не воспитан. Его вырастили итальянские актёры и бродяги… – У него благородное лицо. Будь я мальчиком, я бы хотела иметь такое же. Как можно поменять Италию на этого страшного старика? – Не говори «страшного» – это сленг. – Я бы умерла от страха.

   – Что вы о нём думаете?... Он пленник, как Сми в Николасе Никльби… Он одинок. – Он придёт к нам в гости? – Возможно. Он тайна, трагическая европейская тайна. – Говорят он не воспитан. Его вырастили итальянские актёры и бродяги… – У него благородное лицо. Будь я мальчиком, я бы хотела иметь такое же. Как можно поменять Италию на этого страшного старика? – Не говори «страшного» – это сленг. – Я бы умерла от страха.

   — Джозефина «Джо» Марч · фильм
10. «

    По мнению Марсилия Падуанского церковь должна быть отделена от государства, как разум от веры, причем церковь должна подчиняться государству. Но и светская власть лишается у Марсилия своего «божественного ореола». Государство есть чисто человеческое установление, основанное на разуме опыте людей. выше всех в государстве не монарх или другой правитель, а закон, установленный народом.

    По мнению Марсилия Падуанского церковь должна быть отделена от государства, как разум от веры, причем церковь должна подчиняться государству. Но и светская власть лишается у Марсилия своего «божественного ореола». Государство есть чисто человеческое установление, основанное на разуме опыте людей. выше всех в государстве не монарх или другой правитель, а закон, установленный народом.

    — Галина Валентиновна Гриненко · книга
11. «

    Рим напоминает мне человека, который зарабатывает на жизнь, показывая туристам труп своей бабушки.

    Рим напоминает мне человека, который зарабатывает на жизнь, показывая туристам труп своей бабушки.

    — Джеймс Джойс
12. «

    Вам бы надо было научиться читать по-испански. Благородный язык. Он не так слащав, как итальянский: итальянский — язык теноров и шарманщиков, зато в испанском языке есть величие; он не журчит, как ручеек в саду, а бурлит и вздымается, как могучая река в половодье.

    Вам бы надо было научиться читать по-испански. Благородный язык. Он не так слащав, как итальянский: итальянский — язык теноров и шарманщиков, зато в испанском языке есть величие; он не журчит, как ручеек в саду, а бурлит и вздымается, как могучая река в половодье.

    — Уильям Сомерсет Моэм · книга
13. «

    В Риме даже земляная пыль — историческая ценность!

    В Риме даже земляная пыль — историческая ценность!
14. «

    Я люблю Францию, где каждый воображает себя Наполеоном, — а здесь каждый воображает себя Христом!

    Я люблю Францию, где каждый воображает себя Наполеоном, — а здесь каждый воображает себя Христом!

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
15. «

    — А светофор здесь ничего не значит? — Ну почему, зелёный свет — проезжай, жёлтый свет для украшения. — А как насчёт красного? — Просто рекомендация.

    — А светофор здесь ничего не значит? — Ну почему, зелёный свет — проезжай, жёлтый свет для украшения. — А как насчёт красного? — Просто рекомендация.

    — Марчелло (любовник Фрэнсис) · фильм
16. «

    Читая Ваше письмо, с великой нежностью и горечью вспомнил Италию — с нежностью потому, что только теперь понял я, как она вошла мне в сердце, а с горечью по той простой причине, что когда-то теперь еще раз доберешься до Вас, до казы Вашей и до вина Вашего. А идет осень, самое лучшее, самое винное время в Ваших морях и странах.

    Читая Ваше письмо, с великой нежностью и горечью вспомнил Италию — с нежностью потому, что только теперь понял я, как она вошла мне в сердце, а с горечью по той простой причине, что когда-то теперь еще раз доберешься до Вас, до казы Вашей и до вина Вашего. А идет осень, самое лучшее, самое винное время в Ваших морях и странах.

    — Иван Алексеевич Бунин
17. «

    Итальянские женщины тем отличаются от благородных английских дам, что берут то, что хотят, они откровенны в своих желаниях…

    Итальянские женщины тем отличаются от благородных английских дам, что берут то, что хотят, они откровенны в своих желаниях…

    — Эдуард де Вер (17-й граф Оксфорд) · фильм
18. «

    Венецианская маска... притягивает и отталкивает своей неподвижностью, фатальной окаменелостью черт. Как бы человек, но не человек, — символ человека. Пугающая таинственность неестественной улыбки, застылое удивление. Иллюзия чувств. Иллюзия праздника. Иллюзия счастья.

    Венецианская маска... притягивает и отталкивает своей неподвижностью, фатальной окаменелостью черт. Как бы человек, но не человек, — символ человека. Пугающая таинственность неестественной улыбки, застылое удивление. Иллюзия чувств. Иллюзия праздника. Иллюзия счастья.

    — Дина Рубина · книга
19. «

    Католицизм формировался в западной части обширной Римской империи. С Римом церковь связывала деятельность первоверховных апостолов Петра и Павла, нашедших в нем свой мученический конец. Согласно католической традиции, примат римских пап восходит к воле Иисуса Христа, который своими словами: «Ты — Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою» вручил апостолу Петру и его преемникам полноту власти. Термин об апостольском преемстве использовался римскими епископами для обоснования своего верховенства в церкви.

    Католицизм формировался в западной части обширной Римской империи. С Римом церковь связывала деятельность первоверховных апостолов Петра и Павла, нашедших в нем свой мученический конец. Согласно католической традиции, примат римских пап восходит к воле Иисуса Христа, который своими словами: «Ты — Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою» вручил апостолу Петру и его преемникам полноту власти. Термин об апостольском преемстве использовался римскими епископами для обоснования своего верховенства в церкви.

    — Игорь Николаевич Яблоков · книга
20. «

    В четырнадцатом веке вся итальянская литература делилась на две четко определенные категории. Трагедии считались высокой литературой, и их писали на официальном итальянском, а комедии относили к низкой литературе и писали на разговорном языке, адресуя к простому населению.

    В четырнадцатом веке вся итальянская литература делилась на две четко определенные категории. Трагедии считались высокой литературой, и их писали на официальном итальянском, а комедии относили к низкой литературе и писали на разговорном языке, адресуя к простому населению.

    — Дэн Браун · книга