111 фраз, которые всё говорят о «капитализм»

Собрали 111 цитат на тему «капитализм» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Фантаст Роберт Шекли в одном из своих рассказов, «Nothing for Something», показывает человека, подписавшего с дьяволом, агентом по продажам, контракт, по которому ему предлагалась вечная жизнь и неограниченный кредит, на который он мог приобрести мраморный дворец, одежду, украшения, множество услуг. Много лет он наслаждался своим богатством и в один прекрасный день получил счёт, по которому должен отработать по контракту. 10 тысяч лет рабом на каменоломнях за пользование дворцом, 25 тысяч лет рабом на галерах за пиры и 50 тысяч лет рабом на плантациях за всё остальное. Впереди у него вечность.

   Фантаст Роберт Шекли в одном из своих рассказов, «Nothing for Something», показывает человека, подписавшего с дьяволом, агентом по продажам, контракт, по которому ему предлагалась вечная жизнь и неограниченный кредит, на который он мог приобрести мраморный дворец, одежду, украшения, множество услуг. Много лет он наслаждался своим богатством и в один прекрасный день получил счёт, по которому должен отработать по контракту. 10 тысяч лет рабом на каменоломнях за пользование дворцом, 25 тысяч лет рабом на галерах за пиры и 50 тысяч лет рабом на плантациях за всё остальное. Впереди у него вечность.

   — Михель Гофман
2. «

   Страшны преступления американского капитализма, с удивительной ловкостью подсунувшего народу пошлейшее кино, радио и еженедельное журнальное пойло и оставившего для себя Толстого, Ван-Гога и Эйнштейна, но глубоко равнодушного к ним.

   Страшны преступления американского капитализма, с удивительной ловкостью подсунувшего народу пошлейшее кино, радио и еженедельное журнальное пойло и оставившего для себя Толстого, Ван-Гога и Эйнштейна, но глубоко равнодушного к ним.

   — Илья Ильф · книга
3. «

   Но пока доллар всех поэм родовей. Обирая, лапя, хапая, выступает, порфирой надев Бродвей, капитал — его препохабие.

   Но пока доллар всех поэм родовей. Обирая, лапя, хапая, выступает, порфирой надев Бродвей, капитал — его препохабие.

   — Владимир Маяковский
4. «

   Ну-ка, влезайте в нашу шкуру — людей, постоянно живущих на Западе! Мы добываем средства к существованию ценой таких усилий, о каких в России и понятия не имеют!... Высокий уровень жизни на Западе принудителен. Ты просто обязан хорошо жить, иначе будешь выброшен за борт… Вот отвратительная суть капитализма! В Советском Союзе даже люди, живущие от получки до получки, и то выставляют на стол все, что есть в доме, когда к ним приходят гости. У нас на Западе такое не увидишь! Мы — общество жмотов! И это есть один из источников нашего западного благополучия!

   Ну-ка, влезайте в нашу шкуру — людей, постоянно живущих на Западе! Мы добываем средства к существованию ценой таких усилий, о каких в России и понятия не имеют!... Высокий уровень жизни на Западе принудителен. Ты просто обязан хорошо жить, иначе будешь выброшен за борт… Вот отвратительная суть капитализма! В Советском Союзе даже люди, живущие от получки до получки, и то выставляют на стол все, что есть в доме, когда к ним приходят гости. У нас на Западе такое не увидишь! Мы — общество жмотов! И это есть один из источников нашего западного благополучия!

   — Владимир Кунин · книга
5. «

   Капитализм сегодня — это система, при которой один процент населения имеет столько же денег, сколько остальные девяносто девять. Это безумие!

   Капитализм сегодня — это система, при которой один процент населения имеет столько же денег, сколько остальные девяносто девять. Это безумие!

   — Майкл Мур
6. «

   Чтобы избегать кризисов перепроизводства, государства всё чаще вмешиваются в рыночный процесс, например, запрещают капиталистам утилизировать непроданные излишки. Корпорации повсеместно используют экономические модели, которые позволяют расширить горизонты планирования, более точно определить оптимальные объёмы производства и так далее. Наконец, каждый новый кризис заканчивается усилением монополизации. Но все эти попытки капитализма сделать свою жизнь более предсказуемой и менее рискованной разрушают саму суть рынка, его стихийную природу и анархию товарно-денежных отношений, которая исторически была для рыночной экономики ключевым условием роста. Таким образом, чтобы развиваться, избегая кризисов, капитализму надо перестать быть капитализмом: заменить товарность планомерностью, а частную собственность — общественной.

   Чтобы избегать кризисов перепроизводства, государства всё чаще вмешиваются в рыночный процесс, например, запрещают капиталистам утилизировать непроданные излишки. Корпорации повсеместно используют экономические модели, которые позволяют расширить горизонты планирования, более точно определить оптимальные объёмы производства и так далее. Наконец, каждый новый кризис заканчивается усилением монополизации. Но все эти попытки капитализма сделать свою жизнь более предсказуемой и менее рискованной разрушают саму суть рынка, его стихийную природу и анархию товарно-денежных отношений, которая исторически была для рыночной экономики ключевым условием роста. Таким образом, чтобы развиваться, избегая кризисов, капитализму надо перестать быть капитализмом: заменить товарность планомерностью, а частную собственность — общественной.

   — Олег Комолов
7. «

   Избавившись от слабых и занудных, прикормленных, ручных левых, правые окажутся один на один со своими народами, которые ничего не захотят знать о проблемах капиталистов, о глобальном кризисе или низкой производительности труда. Они будут ждать обещанного рыночного чуда, ждать, когда их накормят, желательно не баснями. И вот когда либертарианские пузыри начнут лопаться, сказочки про всеобщее обогащение разобьются о кровавую и безработную реальность, вот тогда и появятся на сцене истинные левые. Не добрые и не вегетарианские левые, а примерно такие, каких мы помним их по фильмам об Октябрьской революции.

   Избавившись от слабых и занудных, прикормленных, ручных левых, правые окажутся один на один со своими народами, которые ничего не захотят знать о проблемах капиталистов, о глобальном кризисе или низкой производительности труда. Они будут ждать обещанного рыночного чуда, ждать, когда их накормят, желательно не баснями. И вот когда либертарианские пузыри начнут лопаться, сказочки про всеобщее обогащение разобьются о кровавую и безработную реальность, вот тогда и появятся на сцене истинные левые. Не добрые и не вегетарианские левые, а примерно такие, каких мы помним их по фильмам об Октябрьской революции.

   — Константин Семин
8. «

   Общество, устроенное на принципах наживы и обогащения, общество, в котором с младенчества человек выращивается как конкурент и соперник другому человеку (а в бизнесе иначе нельзя), будет производить чудовищ, оплакивать жертв крокодильими слезами и производить новых.

   Общество, устроенное на принципах наживы и обогащения, общество, в котором с младенчества человек выращивается как конкурент и соперник другому человеку (а в бизнесе иначе нельзя), будет производить чудовищ, оплакивать жертв крокодильими слезами и производить новых.

   — Константин Семин
9. «

   Буржуазия очень любит так называемые «положительные» типы и романы с благополучными концами, так как они успокаивают ее на мысли, что можно и капитал наживать и невинность соблюдать, быть зверем и в то же время счастливым.

   Буржуазия очень любит так называемые «положительные» типы и романы с благополучными концами, так как они успокаивают ее на мысли, что можно и капитал наживать и невинность соблюдать, быть зверем и в то же время счастливым.

   — Антон Павлович Чехов
10. «

    Крест — это символ пытки. Я предпочитаю знак доллара — символ свободной торговли и свободного разума.

    Крест — это символ пытки. Я предпочитаю знак доллара — символ свободной торговли и свободного разума.

    — Айн Рэнд · книга
11. «

    Мировая экономика — это не свободный идеальный рынок, где тебя все ждут и хотят с тобой честно конкурировать. Это сфера, в которой «развитые» страны постоянно давят с помощью политических, нерыночных инструментов на «неразвитые» страны, чтобы они так и оставались неразвитыми. Они всячески мешают развитию образования, науки, высокотехнологичного производства в «развивающихся» странах.

    Мировая экономика — это не свободный идеальный рынок, где тебя все ждут и хотят с тобой честно конкурировать. Это сфера, в которой «развитые» страны постоянно давят с помощью политических, нерыночных инструментов на «неразвитые» страны, чтобы они так и оставались неразвитыми. Они всячески мешают развитию образования, науки, высокотехнологичного производства в «развивающихся» странах.

    — Василий Садонин
12. «

    Конкуренция заставляет внедрять более совершенное оборудование и сокращать издержки. Но проблема в том, что человек, его заработная плата, его безопасность на рабочем месте — это тоже издержки. Экономия на заработной плате снижает платёжеспособный спрос населения. Увеличение рабочего дня или интенсивности труда — это хорошо только для конкурентной борьбы, но плохо для работника; это отнимает его здоровье. В погоне за прибылью и сокращением издержек капиталисты пренебрегают безопасностью не только своих работников, но и своих клиентов и потребителей.

    Конкуренция заставляет внедрять более совершенное оборудование и сокращать издержки. Но проблема в том, что человек, его заработная плата, его безопасность на рабочем месте — это тоже издержки. Экономия на заработной плате снижает платёжеспособный спрос населения. Увеличение рабочего дня или интенсивности труда — это хорошо только для конкурентной борьбы, но плохо для работника; это отнимает его здоровье. В погоне за прибылью и сокращением издержек капиталисты пренебрегают безопасностью не только своих работников, но и своих клиентов и потребителей.

    — Василий Садонин
13. «

    Вы спрашиваете, в чём разница между капитализмом и социализмом? Капитализм — это когда человек эксплуатирует человека, а социализм — это когда наоборот.

    Вы спрашиваете, в чём разница между капитализмом и социализмом? Капитализм — это когда человек эксплуатирует человека, а социализм — это когда наоборот.

    — Александр Викторович Сосновский
14. «

    Я убеждён, что ответ на вопрос об абсолютной несовместимости любви и обычной «нормальной» жизни верен только в том, что несовместимы принципы, лежащие в основе капиталистического общества и любви.

    Я убеждён, что ответ на вопрос об абсолютной несовместимости любви и обычной «нормальной» жизни верен только в том, что несовместимы принципы, лежащие в основе капиталистического общества и любви.

    — Эрих Фромм · книга
15. «

    Если капитализм – это формация, в которой простое существование не имеет смысла, то коммунизм (социализм) – это строй существования без действительности.

    Если капитализм – это формация, в которой простое существование не имеет смысла, то коммунизм (социализм) – это строй существования без действительности.
16. «

    В целом рейганомика обернулась для США кредитной ставкой в 20%, безработицей в 12%, бюджетным дефицитом в 200 миллиардов долларов и тотальной деиндустриализацией. Именно поэтому сегодня говорим «Детройт», подразумеваем — «Рейган». И вышла Америка из того кризиса, отнюдь не благодаря Рейгану, а благодаря разрушению СССР. Мародёрство и грабёж на руинах соцблока — и есть единственный секрет чуда рейганомики.

    В целом рейганомика обернулась для США кредитной ставкой в 20%, безработицей в 12%, бюджетным дефицитом в 200 миллиардов долларов и тотальной деиндустриализацией. Именно поэтому сегодня говорим «Детройт», подразумеваем — «Рейган». И вышла Америка из того кризиса, отнюдь не благодаря Рейгану, а благодаря разрушению СССР. Мародёрство и грабёж на руинах соцблока — и есть единственный секрет чуда рейганомики.

    — Константин Семин
17. «

    Борьба между капиталистом и наёмным рабочим начинается с самого возникновения капиталистического отношения.

    Борьба между капиталистом и наёмным рабочим начинается с самого возникновения капиталистического отношения.

    — Карл Маркс · книга
18. «

    Акции — это такие бумажки, вроде денежных знаков. Их можно напечатать в типографии. Каждую акцию мы будем продавать, скажем, по фертингу. Вырученные деньги затратим на постройку летательного аппарат, а когда семена будут доставлены, каждый владелец получит свою долю семян. Разумеется, у кого окажется больше акций, тот и семян получит больше.

    Акции — это такие бумажки, вроде денежных знаков. Их можно напечатать в типографии. Каждую акцию мы будем продавать, скажем, по фертингу. Вырученные деньги затратим на постройку летательного аппарат, а когда семена будут доставлены, каждый владелец получит свою долю семян. Разумеется, у кого окажется больше акций, тот и семян получит больше.

    — Николай Носов · книга
19. «

    Между прочим. Мексика — первая капиталистическая страна, в которой я побывал. И, к моему великому удивлению, всё негативное, что говорилось и писалось у нас про малоразвитые страны и капитализм, оказалось правдой. (Очень, очень мало очень богатых и очень, очень много очень бедных… Ну и остальной набор: трущобы, безработные, малолетние проститутки, официальная продажность чиновников и так далее.) Сейчас-то всё это мы испытали на себе, а тогда я считал, что это полёт больной фантазии советской пропаганды.

    Между прочим. Мексика — первая капиталистическая страна, в которой я побывал. И, к моему великому удивлению, всё негативное, что говорилось и писалось у нас про малоразвитые страны и капитализм, оказалось правдой. (Очень, очень мало очень богатых и очень, очень много очень бедных… Ну и остальной набор: трущобы, безработные, малолетние проститутки, официальная продажность чиновников и так далее.) Сейчас-то всё это мы испытали на себе, а тогда я считал, что это полёт больной фантазии советской пропаганды.

    — Георгий Данелия · книга
20. «

    Капитализм тормозит прогресс для того, чтобы сохранять и увеличивать норму прибыли, которая стремится к нулю при развитии технологий.

    Капитализм тормозит прогресс для того, чтобы сохранять и увеличивать норму прибыли, которая стремится к нулю при развитии технологий.

    — Олег Комолов