127 цитат на тему «капитализм» для размышлений

Собрали 127 цитат на тему «капитализм» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Капитализм — законный рэкет правящего класса.

   Капитализм — законный рэкет правящего класса.

   — Аль Капоне
2. «

   Советский Союз есть за что критиковать. И коммунисты — первые, кто желает показать противоречия этой системы, которая стала первой в истории попыткой строительства общества будущего. Но в заочной полемике с авторами фильма «Гибель империи» хочется спросить: «А готовы ли вы признать, что рыночные реформы 90-ых и возврат к капитализму не смогли решить буквально ни одной проблемы советского общества и при этом добавили новых?» Дефицит товаров обернулся инфляцией и снижением качества продукции на фоне падения производства. Дефицитными теперь являются крыши над головой, достойное образование и медицинские услуги. «Железного занавеса» больше нет, но семьдесят процентов населения не только не имеет загранпаспорта, но и не может съездить к родственниками в бывшие советские республики из-за роста русофобии и политической вражды. Рынок не только не повысил конкурентоспособность отечественных товаров, но и вовсе уничтожил целые отрасли российской экономики; не только не снизил зависимость от продажи нефти, но и превратил страну в сырьевую периферию. Капитализм не только не создал ничего нового, но и продолжает паразитировать на старой материальной базе. А вместо инвестиций в национальное производство сотнями миллиардов долларов вывозит за границу национальное богатство нашего народа.

   Советский Союз есть за что критиковать. И коммунисты — первые, кто желает показать противоречия этой системы, которая стала первой в истории попыткой строительства общества будущего. Но в заочной полемике с авторами фильма «Гибель империи» хочется спросить: «А готовы ли вы признать, что рыночные реформы 90-ых и возврат к капитализму не смогли решить буквально ни одной проблемы советского общества и при этом добавили новых?» Дефицит товаров обернулся инфляцией и снижением качества продукции на фоне падения производства. Дефицитными теперь являются крыши над головой, достойное образование и медицинские услуги. «Железного занавеса» больше нет, но семьдесят процентов населения не только не имеет загранпаспорта, но и не может съездить к родственниками в бывшие советские республики из-за роста русофобии и политической вражды. Рынок не только не повысил конкурентоспособность отечественных товаров, но и вовсе уничтожил целые отрасли российской экономики; не только не снизил зависимость от продажи нефти, но и превратил страну в сырьевую периферию. Капитализм не только не создал ничего нового, но и продолжает паразитировать на старой материальной базе. А вместо инвестиций в национальное производство сотнями миллиардов долларов вывозит за границу национальное богатство нашего народа.

   — Олег Комолов
3. «

   [Капитализм] — это удивительная вера в то, что худшие поступки худших людей, тем или иным образом, служат общему благу.

   [Капитализм] — это удивительная вера в то, что худшие поступки худших людей, тем или иным образом, служат общему благу.

   — Джон Мейнард Кейнс
4. «

   Капитализм неизбежно оставляет в наследство социализму, с одной стороны, старые, веками сложившиеся, профессиональные и ремесленные различия между рабочими, с другой стороны, профсоюзы, которые лишь очень медленно, годами и годами, могут развиваться и будут развиваться в более широкие, менее цеховые, производственные союзы (охватывающие целые производства, а не только цехи, ремесла и профессии) и затем, через эти производственные союзы, переходить к уничтожению разделения труда между людьми, к воспитанию, обучению и подготовке всесторонне развитых и всесторонне подготовленных людей, людей, которые умеют все делать. К этому коммунизм идет, должен идти и придет, но только через долгий ряд лет. Пытаться сегодня практически предвосхитить этот грядущий результат вполне развитого, вполне упрочившегося и сложившегося, вполне развернутого и созревшего коммунизма, это все равно, что четырехлетнего ребенка учить высшей математике.

   Капитализм неизбежно оставляет в наследство социализму, с одной стороны, старые, веками сложившиеся, профессиональные и ремесленные различия между рабочими, с другой стороны, профсоюзы, которые лишь очень медленно, годами и годами, могут развиваться и будут развиваться в более широкие, менее цеховые, производственные союзы (охватывающие целые производства, а не только цехи, ремесла и профессии) и затем, через эти производственные союзы, переходить к уничтожению разделения труда между людьми, к воспитанию, обучению и подготовке всесторонне развитых и всесторонне подготовленных людей, людей, которые умеют все делать. К этому коммунизм идет, должен идти и придет, но только через долгий ряд лет. Пытаться сегодня практически предвосхитить этот грядущий результат вполне развитого, вполне упрочившегося и сложившегося, вполне развернутого и созревшего коммунизма, это все равно, что четырехлетнего ребенка учить высшей математике.

   — Владимир Ильич Ленин · книга
5. «

   Даже в ранних классовых обществах ограничивали отношения рабства, ограничивали возможность обращения в рабство свободных общинников, чтобы не подрывать социальную структуру общества. Какие-то первые социальные гарантии возникли вместе с институтом государства. Это делалось не потому что государство заботилось о жизни простого человека, а, будучи, инструментом в руках господствующего класса, оно обеспечивало сохранение объекта эксплуатации. Так же и здесь — перед государством с позиции капитализма стоит важная задача — не дать уничтожить рынок, не дать, скажем так, передохнуть всему стаду, с которого активно «стрижёт шерсть» мировой капитализм.

   Даже в ранних классовых обществах ограничивали отношения рабства, ограничивали возможность обращения в рабство свободных общинников, чтобы не подрывать социальную структуру общества. Какие-то первые социальные гарантии возникли вместе с институтом государства. Это делалось не потому что государство заботилось о жизни простого человека, а, будучи, инструментом в руках господствующего класса, оно обеспечивало сохранение объекта эксплуатации. Так же и здесь — перед государством с позиции капитализма стоит важная задача — не дать уничтожить рынок, не дать, скажем так, передохнуть всему стаду, с которого активно «стрижёт шерсть» мировой капитализм.

   — Олег Комолов
6. «

   Капитализм двигает прогресс только там, где ему выгодно, где можно производить дешевле. И двигает прогресс туда, где можно увеличить объёмы продаж и «повешать лапшу на уши» людям. Плюс — заняться спекуляциями. В результате лучше развиваются информационные технологии, передача информации, телекомуникации. Хуже развиваются машины, автоматизация. Нет сокращения рабочего дня, хотя прогресс это уже позволяет.

   Капитализм двигает прогресс только там, где ему выгодно, где можно производить дешевле. И двигает прогресс туда, где можно увеличить объёмы продаж и «повешать лапшу на уши» людям. Плюс — заняться спекуляциями. В результате лучше развиваются информационные технологии, передача информации, телекомуникации. Хуже развиваются машины, автоматизация. Нет сокращения рабочего дня, хотя прогресс это уже позволяет.

   — Александр Владимирович Бузгалин
7. «

   Капитализм. Я делаю это не для себя, а ради денег.

   Капитализм. Я делаю это не для себя, а ради денег.

   — Карел Чапек
8. «

   Фантаст Роберт Шекли в одном из своих рассказов, «Nothing for Something», показывает человека, подписавшего с дьяволом, агентом по продажам, контракт, по которому ему предлагалась вечная жизнь и неограниченный кредит, на который он мог приобрести мраморный дворец, одежду, украшения, множество услуг. Много лет он наслаждался своим богатством и в один прекрасный день получил счёт, по которому должен отработать по контракту. 10 тысяч лет рабом на каменоломнях за пользование дворцом, 25 тысяч лет рабом на галерах за пиры и 50 тысяч лет рабом на плантациях за всё остальное. Впереди у него вечность.

   Фантаст Роберт Шекли в одном из своих рассказов, «Nothing for Something», показывает человека, подписавшего с дьяволом, агентом по продажам, контракт, по которому ему предлагалась вечная жизнь и неограниченный кредит, на который он мог приобрести мраморный дворец, одежду, украшения, множество услуг. Много лет он наслаждался своим богатством и в один прекрасный день получил счёт, по которому должен отработать по контракту. 10 тысяч лет рабом на каменоломнях за пользование дворцом, 25 тысяч лет рабом на галерах за пиры и 50 тысяч лет рабом на плантациях за всё остальное. Впереди у него вечность.

   — Михель Гофман
9. «

   Я убеждён, что ответ на вопрос об абсолютной несовместимости любви и обычной «нормальной» жизни верен только в том, что несовместимы принципы, лежащие в основе капиталистического общества и любви.

   Я убеждён, что ответ на вопрос об абсолютной несовместимости любви и обычной «нормальной» жизни верен только в том, что несовместимы принципы, лежащие в основе капиталистического общества и любви.

   — Эрих Фромм · книга
10. «

    Говорить о том, что деньги не производят порабощения,— это все равно что было бы говорить полстолетия тому назад, что крепостное право не производит порабощения.

    Говорить о том, что деньги не производят порабощения,— это все равно что было бы говорить полстолетия тому назад, что крепостное право не производит порабощения.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
11. «

    …Я всю свою жизнь провожу так: ем, говорю и слушаю; ем, пишу или читаю, т. е. опять говорю и слушаю; ем, играю, ем, опять говорю и слушаю, ем и опять ложусь спать, и так каждый день, и другого ничего не могу и не умею делать. И для того, чтобы я мог это делать, нужно, чтобы с утра до вечера работали дворник, мужик, кухарка, повар, лакей, кучер, прачка; не говорю уже о тех работах людей, которые нужны для того, чтобы эти кучера, повара, лакеи и прочие имели те орудия и предметы, которыми в над которыми они для меня работают: топоры, бочки, щетки, посуду, мебель, стекла, воск, ваксу, керосин, сено, дрова, говядину. И все эти люди тяжело работают целый день и каждый день для того, чтобы я мог говорить, есть и спать. И я-то, этот убогий человек, вообразил себе, что я могу помогать другим и тем самым людям, которые кормят меня…

    …Я всю свою жизнь провожу так: ем, говорю и слушаю; ем, пишу или читаю, т. е. опять говорю и слушаю; ем, играю, ем, опять говорю и слушаю, ем и опять ложусь спать, и так каждый день, и другого ничего не могу и не умею делать. И для того, чтобы я мог это делать, нужно, чтобы с утра до вечера работали дворник, мужик, кухарка, повар, лакей, кучер, прачка; не говорю уже о тех работах людей, которые нужны для того, чтобы эти кучера, повара, лакеи и прочие имели те орудия и предметы, которыми в над которыми они для меня работают: топоры, бочки, щетки, посуду, мебель, стекла, воск, ваксу, керосин, сено, дрова, говядину. И все эти люди тяжело работают целый день и каждый день для того, чтобы я мог говорить, есть и спать. И я-то, этот убогий человек, вообразил себе, что я могу помогать другим и тем самым людям, которые кормят меня…

    — Лев Николаевич Толстой · книга
12. «

    Чтобы избегать кризисов перепроизводства, государства всё чаще вмешиваются в рыночный процесс, например, запрещают капиталистам утилизировать непроданные излишки. Корпорации повсеместно используют экономические модели, которые позволяют расширить горизонты планирования, более точно определить оптимальные объёмы производства и так далее. Наконец, каждый новый кризис заканчивается усилением монополизации. Но все эти попытки капитализма сделать свою жизнь более предсказуемой и менее рискованной разрушают саму суть рынка, его стихийную природу и анархию товарно-денежных отношений, которая исторически была для рыночной экономики ключевым условием роста. Таким образом, чтобы развиваться, избегая кризисов, капитализму надо перестать быть капитализмом: заменить товарность планомерностью, а частную собственность — общественной.

    Чтобы избегать кризисов перепроизводства, государства всё чаще вмешиваются в рыночный процесс, например, запрещают капиталистам утилизировать непроданные излишки. Корпорации повсеместно используют экономические модели, которые позволяют расширить горизонты планирования, более точно определить оптимальные объёмы производства и так далее. Наконец, каждый новый кризис заканчивается усилением монополизации. Но все эти попытки капитализма сделать свою жизнь более предсказуемой и менее рискованной разрушают саму суть рынка, его стихийную природу и анархию товарно-денежных отношений, которая исторически была для рыночной экономики ключевым условием роста. Таким образом, чтобы развиваться, избегая кризисов, капитализму надо перестать быть капитализмом: заменить товарность планомерностью, а частную собственность — общественной.

    — Олег Комолов
13. «

    Экономическое знание неизбежно ведет к либерализму.

    Экономическое знание неизбежно ведет к либерализму.

    — Людвиг фон Мизес
14. «

    Капитал — опора дурного правления.

    Капитал — опора дурного правления.

    — Амброз Бирс · книга
15. «

    Бывает, задумают какие-нибудь деловые коротышки организовать доходное предприятие, выпустят акции, чтоб собрать капитал, затратят денежки, а акций у них никто покупать не станет. В таких случаях говорят, что их общество лопнуло. А бывает, соберется какая-нибудь шайка мошенников, выпустят акции, продадут их, а сами сбегут с деньгами. Вот тогда тоже говорят, что общество лопнуло.

    Бывает, задумают какие-нибудь деловые коротышки организовать доходное предприятие, выпустят акции, чтоб собрать капитал, затратят денежки, а акций у них никто покупать не станет. В таких случаях говорят, что их общество лопнуло. А бывает, соберется какая-нибудь шайка мошенников, выпустят акции, продадут их, а сами сбегут с деньгами. Вот тогда тоже говорят, что общество лопнуло.

    — Николай Носов · книга
16. «

    Система перемещения капиталов в более прибыльные отрасли буквально обескровила нашу экономику.

    Система перемещения капиталов в более прибыльные отрасли буквально обескровила нашу экономику.

    — Андрей Петрович Паршев · книга
17. «

    Социализм на словах, шовинизм на деле, отличается подлым лакейским приспособлением «вождей социализма» к интересам не только «своей» национальной буржуазии, но именно «своего» государства, ибо большинство так называемых великих держав давно эксплуатирует и порабощает целый ряд мелких и слабых народностей.

    Социализм на словах, шовинизм на деле, отличается подлым лакейским приспособлением «вождей социализма» к интересам не только «своей» национальной буржуазии, но именно «своего» государства, ибо большинство так называемых великих держав давно эксплуатирует и порабощает целый ряд мелких и слабых народностей.

    — Владимир Ильич Ленин · книга
18. «

    Распуская небылицы о голоде 30-ых годов, олигархические власти Украины и Казахстана пытаются сохранить своё положение. В странах — неравенство, нищета, коррупция. По приказу Назарбаева в Жанаозене расстреливают рабочих, подавляют профсоюзы. «Не беда! Вы, главное, к коммунизму не обращайтесь!»

    Распуская небылицы о голоде 30-ых годов, олигархические власти Украины и Казахстана пытаются сохранить своё положение. В странах — неравенство, нищета, коррупция. По приказу Назарбаева в Жанаозене расстреливают рабочих, подавляют профсоюзы. «Не беда! Вы, главное, к коммунизму не обращайтесь!»

    — Андрей Рудой
19. «

    Я ищу выгоды: объект должен быть желанным с точки зрения социальной ценности, и в то же время должен сам желать меня, учитывая мои скрытые и явные достоинства и возможности. Два человека влюбляются тогда, когда чувствуют, что нашли наилучший объект, имеющийся на рынке, учитывая при этом границы собственного обменного фонда. Часто, как при покупке недвижимого имущества, заметную роль в этой сделке играют скрытые возможности, которые могут быть развиты со временем. Едва ли стоит удивляться, что в культуре, где превалирует рыночная ориентация и где материальный успех представляет выдающуюся ценность, человеческие любовные отношения следуют тем же образцам, которые управляют и рынком.

    Я ищу выгоды: объект должен быть желанным с точки зрения социальной ценности, и в то же время должен сам желать меня, учитывая мои скрытые и явные достоинства и возможности. Два человека влюбляются тогда, когда чувствуют, что нашли наилучший объект, имеющийся на рынке, учитывая при этом границы собственного обменного фонда. Часто, как при покупке недвижимого имущества, заметную роль в этой сделке играют скрытые возможности, которые могут быть развиты со временем. Едва ли стоит удивляться, что в культуре, где превалирует рыночная ориентация и где материальный успех представляет выдающуюся ценность, человеческие любовные отношения следуют тем же образцам, которые управляют и рынком.

    — Эрих Фромм · книга
20. «

    Капитал — это объективная сила, и она подчиняет себе капиталиста; не миллионер управляет миллионами, а миллионы управляют миллионером.

    Капитал — это объективная сила, и она подчиняет себе капиталиста; не миллионер управляет миллионами, а миллионы управляют миллионером.

    — Александр Владимирович Бузгалин