0000617. Начинать убирать надо там, где грязнее, а рыба гниет с головы. Но душа тухнет без бодрого кровообращения, а кровь застаивается без активности души.
Время тихо уходит, и наивная ложь, К запястью левой руки примеряет свой нож. Надежда была и осталась напрасной, Она капает на пол липкой жидкостью красной.
— Утред воитель и отец. Он не смог защитить тебя, это его и мучает. — Это снедает воина, но не отца. Потому что он никогда им не был. — Потому что его не было рядом? Знаешь, в скольких битвах он дрался? Сколько раз он отдавал свой меч и силы христианским королям, пренебрегая своими мечтами? Я встретил твоего отца рабом, когда у нас не было ничего! Подумай, чего лишился ты и чем, по сравнению с этим, пожертвовал он. Он сражается за Беббанбург только ради тебя! Чтобы дать наследие, которого он был лишен. Клянусь тебе, он великий муж и его кровь течет в твоих жилах. Тебе следует гордится, что ты с ним.
— Мы взяли Рим. — Славные вести. — Написанные кровью. Путь до курии усыпан трупами... — У тебя не было выбора. — Выбор есть всегда, если готов проиграть.
Говорят, что кровь от любви бурлит. Первое время, конечно, бурлит. Особенно, когда любимый обнимает за бедра, временами тыкается головой в живот и что-то бормочет во сне. Но потом-то ноги затекают так, что никакое бурление не ощущается. Совсем наоборот — пятки леденеют и приобретают подозрительный синюшный цвет.
— Король одерживает победы, и слава Богу. — Он убивает людей. — Разве это не победа? — Покажи мне хоть один спор, решенный кровью и я назову это победой.
Война, — снова шевельнулось в голове князя нехорошее предчувствие. — Гражданская война, свой против своих, русские против русских. Правда на правду, честь против справедливости. Русская кровь зальет земли, насыщая жадных и злобных чужаков.
Больше барахла для нас, больше шансов, что тебя подстрелят, и ты приползёшь сюда, харкая кровью, пока мы будем ржать и тыкать в тебя пальцами, да? Вроде неплохо.